Альфа и Альфа (СИ)
— А Маккартеры? Что они поимели от того раздела?
— Насколько я понял, они вступили в деловой союз с Андервудами через брак Дерека Маккартера с Патрицией Андервуд… Сразу же, как только появилась информация, что заложница Алисия Корнуел погибла в результате взрыва дома, где её скрывали похитители. Взрыв произошёл во время штурма моей группы. Кто-то сливал информацию. Когда мы прибыли туда и развернулись, нас уже ожидали. Первым погиб лейтенант Фредерик Колинз, которого снял снайпер. Сержант Чарлз Рой подорвался на растяжке, когда штурмовал комнату с заложницей. Разорвало его и Алисию… Так я думал тогда. Меня отстранили от дела. Фактически выгнали со службы. Какое-то время через друзей я следил за тем, как продвигается расследование. И уговорил назначенного следователя провести ДНК-экспертизу останков тела Алисии, но она так и не была проведена. В один из дней сгорела экспертная лаборатория, вместе с годными для анализа образцами. Кто-то очень не хотел, чтобы подтвердилась версия, что Алисия не погибла тогда.
— А Вы узнали что-либо о похитителях? — рассказ детектива не давал мне покоя. Что-то смутно тревожило меня во всей этой истории. То, что Дерек Маккартер и моя мама были помолвлены, почему-то задело меня. Я видела неподдельное выражение счастья на их лицах, запечатлённое на той фотографии. И это нервировало.
Мои родители — истинная пара, но отец явно не из круга мамы. Так где же и при каких обстоятельствах они познакомились и сблизились? Если учитывать мой возраст, то все эти события: помолвка, похищение и моё зачатие, произошли в одно и то же время.
— Исполнители были профессионалами из гильдии наёмных убийц. У одного из убитых была соответствующая татуировка в районе сердца — чёрный ворон с шестерёнкой в раскрытом клюве.
— Что Вы сказали? Ворон с шестерёнкой? Это разве не символ часовщиков? — я видела такую татуировку у деда, живущего на маяке, когда мы вместе купались в море. Он сказал, что все мужчины в нашей семье накалывают её, как дань памяти первому пращуру, ступившему на этот континент. Он был часовщиком… по версии деда.
— Как мне удалось разузнать, шестерёнка или зубчатое колесо — это символ гильдии. Каждый зубчик — это член тайного сообщества. Как зубчик точно совпадает с пазом, когда приходит в движение, так и эти оборотни умеют мимикрировать под окружающее общество, чётко с ним сливаясь. Их не отличишь и не уличишь, если сами они этого не захотят. Это закрытое сообщество малочисленно. Граничное количество — двадцать два члена. Ворон же – самая мудрая птица, которая живёт несколько сотен лет, как и существует их тайное сообщество. Литературные источники свидетельствуют, что первоначально сообщество зародилось не на этом континенте. К нам его члены попали во времена первой миграционной волны из Нордии ещё в колониальную эпоху.
Я смотрела на детектива, сосредоточенно листавшего блокнот и зачитывающего из него некоторые тезисы, и мне казалось, что я оказалась в каком-то третьесортном фильме с дешёвыми спецэффектами, в котором главную героиню ошарашили новостью, стукнув кувалдой по голове, и от этого вокруг неё закружили птички с громким чириканьем.
Детективу я, конечно, не стала рассказывать о том, где я воочию видела тату ворона с шестерёнкой и при каких обстоятельствах. А ещё я подумала, что за эти три дня после исчезновения мамы так почему-то и не попробовала набрать ни её номер телефона, ни отца, с которым, возможно, ничего и не случилось.
Ключ, который я планировала показать детективу, так и остался в кармане. Теперь я знала и понимала, что прошлое — не такое уж и далёкое, а самое что ни на есть близкое и настоящее. И вероятность похищения Алисии теми, кто похитил её двадцать пять лет назад, очень высока. Никто из сильных мира сего не заинтересован в появлении Корнуелов на политической арене и возрождении Клана. Ситуация достаточно серьёзна и опасна для жизни. И что делать с полученной информацией я, откровенно говоря, не понимала.
Обговорив с детективом некоторые нюансы поиска двух моих родственников, я распрощалась с ним и покинула его дом. На улице совсем стемнело и свежий весенний ветер, пахнущий нежной зеленью, набросился на меня, трепля волосы, завязанные в хвост, и остужая разгорячённую мыслями голову. Красной линией в сознании проходило то, что Блеквуды и Андервуды виновны в том, что произошло с моей семьёй… с семьёй Корнуелов.
Глава 24. Выпустить пар - удачная идея?
Меня разрывало от объёма полученной информации. Cпокойно вернуться домой к Итану и что-то ему объяснять сейчас было просто невозможно! Только в одиночестве я могла подумать, проанализировать и прийти к каким-то определенным выводам. К тому же, отсутствие сомнений в друге никак не отменяло того, что Том, его родной дядька, вырастивший Итана, как собственного сына, тесно связан с Мартином. Следовательно, высока вероятность, что Том— член гильдии киллеров, как и Мартин. Уж кто-кто, а дядя Итана очень даже вписывается в этот образ. А Мартин... мой дядя, который, скорее, был моим старшим товарищем... не верилось. Хотя, зная его характер и хватку - сомнения можно отставить. И дедушка... Милый, добрый, заботливый, души во мне не чаявший. Если бы я воочию не видела тату ворона с этой шарговой шестерёнкой у него на груди... А видела ли я когда-либо оголённый торс Мартина или отца? Никогда!
В целом, моё душевное состояние было взрывоопасным. Мне крайне необходимо было выпустить пар. Даже если я буду нестись на бешеной скорости навстречу ветру, этого будет недостаточно. Только один известный мне способ разрядки был способен очистить сознание и помочь переосмыслить всё беспристрастно. Именно поэтому я развернула байк и поехала к северной окраине города, а дальше по вечерней трассе в сторону леса.
Отъехав от города километра на три, съехала с дороги и немного углубилась в лес. Оборотни не боятся ночи и темноты, наше зрение позволяет достаточно хорошо видеть в такое время. Заглушив мотор, прислушалась к звукам леса. Ухнул филин, летящий на охоту. Пискнула придушенная им мышь. Лес уже давно проснулся после зимы. Сонм запахов окружил меня, и я жадно их вдыхала, пока снимала одежду и складывала её в багажник байка. Абсолютно обнажённая ступила на мягкую хвойную подстилку. Мелкие иголки хвои покалывали ступни, пока я делала первые шаги ещё в человеческом обличии. Свежий весенний воздух вызывал мурашки на коже от холода.
— Ну что, моя дорогая, ты готова выйти на свободу? — вполголоса обратилась я к своей пантере, которая на радостях забыла, что обижена на меня.
Оборот больно скрутил и вывернул мышцы, кости, но всё закончилось гораздо быстрее, чем на мысе. Через минуту на лесной подстилке из хвои уже стояла чёрная пантера с голубыми глазами и принюхивалась к ароматам леса. Первые минуты после оборота самые удивительные. Всё ярче, чётче: и запахи, и звуки, острее зрение.
Лес призывал бежать вперёд, углубиться в него. Я приняла приглашение. Сорвалась с места. Понеслась. Вперёд… Быстрее… Безумный бег на пределе сил и возможности гибкого, сильного тела пантеры. Сначала просто бесцельный бег, а затем инстинкт охотника уловил биение сердца жертвы. И я застыла на месте. Буквально прямо на меня выбежал молодой годовалый олень, испуганно дрожащий и загнанно дышащий. Я оказалась на пути у других охотников. Три волка выскочили на поляну. Серебристая волчица и два крупных волка – чёрный и белый, красавцы с жёлтыми глазами. Рыкнув, я отпрыгнула в сторону, показывая, что не претендую на добычу. В два прыжка самцы окружили и завалили оленя. Самка осталась в стороне, настороженно следя за мной, огибающей по дуге поляну.
Волки явно из одной стаи, но в Орланде сейчас не было единой сплочённой. К тому же местные предпочитали селиться в пригороде или сельской местности, выбирая спокойные места для обитания, а не суету и шум большого города. Я удивлённо принюхалась, рассматривая великолепных представителей вида. Самка была беременна, поэтому оборотни и устроили охоту так близко от многонаселённого города. Для полноценного развития детёнышей необходимо свежедобытое мясо.