Когривед (СИ)

— Бить никого не надо, руки-ноги тоже не ломайте. Только огневой контакт. Мы же робота тестируем, в первую очередь. Если силы девать некуда, бронемашину лбом протарань. Только потом покрась в ободранных местах. Я, кстати, серьёзно. «Барсы» надёжные, хоть гранатами кидайтесь, пока мои парни внутри. Лишь бы гражданских не зацепило. Стоп! РПГ нельзя!
Ястреб с Пересветом синхронно вздохнули. Больше для виду, потому что гранатомётов «частникам» не полагалось.
Забубнила рация.
— «Голиаф» активирован, — сообщил командир. — Требуется интегрировать его в систему безопасности НИИ.
— Знайка, приступай! — скомандовал Островский.
— Будет исполнено, повелитель! — отрапортовал тот.
Через полчаса «Голиаф» получил доступ ко всем камерам по периметру и буквально знал в лицо сотрудников института и охрану. Дело оставалось за малым. Разыграть нападение.
— Ну, господа хорошие, — Пересвет замахал руками, выгоняя всех из переговорной, — валите-ка на свои позиции, а я со Знайкой пошепчусь.
Когда все вышли, Пересвет осмотрелся по сторонам и заговорщически прошептал:
— В общем, дружище, план такой…
III
— Вы видели?! — восхищённо воскликнул Гарик. — Боевой робот, здоровенный!
Ленка с Колей закивали.
— Его скоро испытывать будут. Всем гражданским запрещено выходить на улицу, то есть нам тоже, — расстроился Коля. — А посмотреть хотелось бы…
— А отца твоего попросить? — предложила Ленка.
— Просил. Говорит, дома сидеть. Потом, мол, в записи с камер наблюдения посмотреть можно. Фигня! Такое надо своими глазами видеть!
— Что же делать? — задумался Гарик.
— Давайте спрячемся! — в глазах Ленки появилась хитринка. — Если сидеть тихо, то нас не обнаружат.
— А где? — Гарик огляделся.
— Вон там, например, — Коля указал на одинокую берёзу, росшую недалеко от забора.
Дерево подходило идеально. Сумев отстоять своё жизненное пространство у сосен и елей, оно нарастило себе густую крону, в недрах которой компанию никто не заметит.
— Оборудуем там сидушки. Я у контейнеров поролон видела и проволоку. За мной!
Ленка припустила вперёд. Кроме перечисленного, друзьям удалось добыть несколько кусков маскировочной сетки, которую крайне удачно выбросили «частники». Подхватив полезный хлам, они покрались к берёзе: попадутся — уши им пообрывают гарантировано.
Первой залезла Ленка. Коля передал ей свою ношу и подсадил Гарика. Тот, конечно, пыхтел, но на дерево лез уверенно, ни разу не оступившись и не сорвавшись. Коля подпрыгнул, ухватился за ветку, подтянулся и сделал «выход на две». Поднялся ещё выше и обнаружил несколько удобных развилок, где довольно крепкие ветви расходились в стороны. И сидеть удобно, и под весом не сломается. И Гарика, по идее, выдержит. Ладно, в крайнем случае, будут ему в больницу конфеты таскать.
Примотав поролон к стволу, друзья принялись натягивать сетку. Не сказать, что небольшие обрывки очень сильно помогали в маскировке, зато возникала атмосфера таинственности, будто они выполняют секретное задание по поручению важного чиновника или самого президента.
— Когда начнётся? — Ленка болтала ногами, глядя куда-то вниз.
— Не знаю, — пожал плечами Коля. — Папа не говорил.
— Эх, скоро же обед… — протянула Ленка. — Пропустим. Ты пожрать-то взял?
— Конечно, — Коля расстегнул рюкзак. — Кстати, а почему ты никогда с собой ничего не берёшь?
— Мне лениво, — Ленка сморщила нос. — И вообще. Если ты ничего приносить не будешь, какой смысл мне с тобой дружить?!
— Вот, значит! — Коля протянул руку и ущипнул Ленку за бедро.
Она вскрикнула и попробовала пнуть товарища в ответ, но дотянуться ей не удалось. В отместку Ленка показала язык.
— Тихо! — прикрикнул на них Гарик. — Похоже, начинается!
IV
Рязанская область, Когривед, внешний контур.
Внешние ворота открыли настежь. По легенде их взорвали. На КПП створки тоже распахнули, чтобы не портить имущество. «Барсы» способны снести их в два счёта, поэтому если нападающие сумеют туда прорваться, договорились, что эти ворота тоже считаются уничтоженными.
 
Пересвет ходил вдоль дороги и забора, заглядывал под кусты и ворошил траву. Брови нахмурены, губы сжаты, на лице — недовольная мина.
— Где же ты есть-то? — пробормотал он.
— Что-то потерял? — спросил Ястреб.
Давно пора выдвигаться, но старшой не давал команды.
— Да Колючка куда-то делся! — раздражённо ответил Пересвет. — Скоро замес начнётся, а он шляется не пойми где! Под колёса угодит или ещё что…
— Мы давно готовы! — вышел на связь командир.
— А мы — нет! — рявкнул Пересвет.
— То есть?! — опешил командир. — У нас же график!
— Пересвет ищет ежа, — пояснил Ястреб.
— Какого… — Командир сумел проглотить ругательство. — Что ещё за ёж?
— Обычный, с иголками. Кореш старшого.
— Вы там, на «гражданке», вообще больные? — взорвался командир. — Я приказываю…
— Своим приказывай! — парировал Пересвет. — На этом объекте по безопасности главный я. Не дам отмашку — ничего не начнётся!
Командир немного помолчал, потом распорядился в эфир:
— Бойцы, начинаем операцию «Игельс»! Прочесать всю зону отчуждения и найти этого… Хм… Ежа. Попадётся больше одного, гребите всех и волоките к воротам. Пусть сам разбирается, какой из них его кореш. Приступаем!
Из рации раздался приглушённый хохот.
— Василий Евгеньевич, у вас передача включена. Мы вас слышим, — подсказал Ястреб.
Островский ойкнул и отключился.
V
Колючку нашли через полчаса. Правда, Пересвету пришлось идти и забирать его лично: ёж забился под корягу, шипел и умудрился прокусить палец одному из бойцов. Завидев своего друга, он успокоился и позволил унести себя в «бункер», как его называли «частники», — заглублённое на две трети под землю здание со спальными комнатами, кухней и прочими удобствами.
Колючка осмотрелся и потопал исследовать новое место, а Пересвет вернулся на позицию. Поехали! Он выстрелил из ракетницы. По рации успеют наговориться.
«Барсы» проскочили через первые ворота, и две замыкающие машины сразу съехали с дороги — налево и направо, — стремясь оттянуть на себя часть защитников института. Буквально через сотню метров обе подорвались на условных минах, отчего их экипажи вынуждены были занять оборону, ведя перестрелку с «частниками». Фланговая атака провалилась. На минах настоял Пересвет. Он просчитал, что при таком нападении у защищающихся окажется достаточно времени для беглого минирования и отхода в более безопасные сектора.
Два других «Барса» продолжали нестись в сторону КПП, затем резко затормозили, так как навстречу им практически выпрыгнул «Голиаф». Шустрый для его габаритов! Пересвет выглянул из укрытия и невольно им залюбовался. Смертельная красота! Мощные гусеницы, толстые листы брони, кумулятивный экран и бронестекло, закрывающее голову с оптическими сенсорами. Руки-пулемёты вскинулись, фиксируя цели, вдруг что-то зажужжало, и «Голиаф» обмяк.
— Что случилось? — заорал Пересвет.
— Разбираюсь, — Знайка, наоборот, совсем не нервничал, ибо не умел. — Вероятно, отказ по питанию.
«Голиаф» «заглох» в самом удачном месте: «Барсам», как они ни старались, не удавалось протиснуться в ворота ни с одной стороны. Попытки сдвинуть робота, упёршись в его корпус бамперами, успехом не увенчались. Эффект неожиданности нападавшие упустили. Оставалось выбраться наружу и действовать малыми группами. Перепарковав «Барсы» так, чтобы появилась возможность использовать их для укрытия, бойцы выскользнули из салонов и рванули вперёд. Защитники накрыли нападавших встречным огнём, но те отделались лёгкими царапинами и закрепились на КПП.
Пересвет выжидал. Ничего серьёзного. Контроль не потерян. Те, чьи машины «подорвались», вероятнее всего, попытаются отойти к своим на КПП и организовать прорыв. Доберутся далеко не все. Местность простреливается хорошо, три-пять человек точно в минус. Итого на штурм НИИ пойдут около двадцати бойцов. Учитывая, что они — профессиональные военные, а не голодранцы в шлёпанцах, стрельба предстоит знатная.