Когривед (СИ)

— Технари отчёт прислали, — пояснила она. — Картинки и голосовое с пояснениями. Придётся слушать.
Оксана нажала на воспроизведение, и из динамика забубнило:
— Расклад такой. Начисто выгорел блок управления. Хорошо, что автоматика отработала и не дала убить остальную начинку. Это не внутренняя неисправность. Разряд пришёл снаружи. На первой фотке, в красном кружке, — гидроакустический передатчик. Он постоянно работает, чтобы мы могли найти аппарат в случае его потери. Соединяется с блоком управления. Именно через передатчик и прилетело. Да так, что все «мозги» спалило. Возможно, дефект изоляции или её недостаточность. Никто ж не думал, что под водой будет током бить. Да, ещё. Посмотрел я ваш видос, где рыба нападает. Вторая картинка — это логи «нырка». Красным подчеркнул запись о скачке напряжения. До секунды совпадает с моментом укуса. Может, рыба электрическая. Типа скат там или кто ещё… Не разбираюсь я в них. Думайте, короче. Вы ж учёные! Файл с отчётом пришлю в течение дня. На связи!
— Подожди, — удивлённо заморгала Оксана. — Ты же говорил, что это…
— Это Нобелевская! — перебил её Олег. — Морской электрический угорь!
Он вскочил со своего места и начал возбуждённо ходить туда-сюда.
— Сейчас известны только три вида электрических угрей, — Олег поправил очки, — и все они пресноводные, обитающие в бассейне Амазонки. Родственно они ближе к сомам, поэтому, можно сказать, не считается. А тут — настоящий угорь! Понимаешь? Мы открыли новый вид! Сколько же предстоит работы! Изучить повадки, сделать ДНК-тесты, выявить общего предка, исследовать электрический орган…
Оксана помахала руками у него перед лицом, а потом взяла за плечи.
— Успокойся, — сказала она. — Ты упускаешь один важный момент. Мы его ещё не поймали. Пока у нас есть неисправный «нырок», видеозапись, отчёт от технарей и твоя гипотеза.
— И чего же мы ждём? — встрепенулся Олег. — Надо срочно снаряжать экспедицию!
— Я запрошу руководство, — пообещала Оксана. — Но не забывай, что мои «листики» важнее для заказчика, чем потенциальное открытие нового вида. Если, конечно, оно не принесёт какой-то ощутимой пользы для космоса.
IV
Вода в кастрюле закипела, и Оксана устремила свой взгляд на крабов. Требовалось выбрать самого невезучего, которому предстоит стать обедом.
— На корабле на Марс летели, — начала она, — два астронавта, три космонавта, крылатая кошка, собачка Тотошка, тигр одноногий, бычок длиннорогий, лысенький критик, обиженный нытик, один странный парень по имени Май. В кастрюлю. Скорее. Дружок. Полезай!
Выбор пал на очень крупного краба. Оксана удовлетворённо кивнула. Она сразу положила на него глаз, но хотела дать ракообразному последний шанс. Не повезло. В лотерею выиграли другие.
На кухне станции существовало два варианта готовки: для ленивых, когда приготовление пищи отряжалось автоповару, и он делал всё на свой вкус или по запросу — конкретное блюдо, либо самостоятельно, если наличествовали время и желание. Несмотря на любовь к науке, Оксане часто хотелось отвлечься от работы, поэтому она колдовала у плиты, вызывая кулинарные восторги у Олега и дяди Миши, которого Оксана обязательно угощала новыми блюдами, привозя на «Везучего» контейнеры с обедом или ужином.
Неудачник несколько раз дёрнулся в кипятке, потом затих, отправившись в вечное странствие по подводным полям, богатым пищей. А вот его телу предстояло стать частью нового блюда — тортеллини с соусом из краба. Эти итальянские пельмени Оксана заранее приготовила вчера, щедро нашпиговав их сыром, и «гостинец» от дяди Миши оказался очень кстати.
Пока тортеллини и краб варились, она взяла свой любимый самозатачивающийся нож и принялась за лук. Олег заворожённо смотрел, как только что целая луковица исчезает, превращаясь в мелкую нарезку. Нож мелькал с такой скоростью, что ни один кухонный комбайн, устрой они на станции соревнования, не угнался бы за Оксаной. За луком последовал чеснок. Зубчики безжалостно раздавили ручкой ножа: Оксана никогда их не нарезала или не измельчала на тёрке, считая это чуть ли не богохульством. Аромат они дадут и в таком виде.
 
Сдобрив сковороду оливковым маслом, она высыпала туда подготовленную смесь, отставила в сторону тортеллини и взялась за краба. Под напором Оксаны покрасневший панцирь печально хрустел, обнажая сочное мясо, а нож в её руке беспощадно вычищал ароматное лакомство в тарелку.
— Олег, помешай поджарку! — попросила она.
Олег и без того не скучал, наблюдая за процессом, но с радостью в него включился, помешивая содержимое сковороды. Лук почти дошёл, оставалось не больше минуты. Вывалив крабовое мясо туда же и наказав Олегу контролировать, Оксана открыла один из кухонных шкафов и вздохнула. По рецепту требовалось вино, но стоявшее там каберне от «Шато Пино» откровенно жалко. Правда, выбора ей никто не предоставил, да и ближайший магазин находился в Мурманске. Оксана вздохнула и открыла одну из бутылок. Высокая кухня иногда требует и не таких жертв. Тем более, надо-то всего стакан!
Всё, вино залито, теперь можно спокойно подготовить оставшиеся ингредиенты. С томатным соусом, сыром и сливками был полный порядок, а с базиликом вырисовывалась проблема. Точнее, не с базиликом. С его отсутствием.
— Мы разве не заказывали? — уточнила Оксана у Олега.
— Так ты базилик везде пихаешь, — ответил тот. — Видимо, закончился.
— А что у нас есть из трав помимо?
— Петрушка, укроп, кинза…
Оксана задумалась. Без базилика обойтись реально. Будет не так пряно и всё равно вкусно. Хотя…
— Нарекаю вас тортеллини по-кавказски! — продекламировала она и принялась нарубать кинзу.
В конечном итоге, кто тут повар?!
V
Морские исследования шли по графику, поэтому добро на поисковые работы дали. Если есть возможность открыть новый вид подводных обитателей, то почему бы ей не воспользоваться?
Восьмиместное беспилотное судно отчалило и побежало прочь из бухты, плавно набирая скорость. Можно, конечно, просто отправить на поиски «калана», но учёные решили, что появился хороший повод совершить прогулку и провести время пусть и у мониторов, зато не на станции.
Глубина под килем прибавлялась медленно. Пологое дно лениво уходило вниз, без резких провалов и перепадов. По песку были разбросаны морские звёзды и ежи. Ладно, не разбросаны, они приползли сюда сами, но со стороны это выглядело так, словно дети бесились в своей комнате и забыли убрать игрушки. Кое-где попадались скопления гальки и щебня, поросшие водорослями. Да, северное море отличалось от тропиков, где часто приходилось бывать Олегу.
Он вспомнил, как ездил в Египет на Всемирную конференцию по ихтиологии. Она проходила в Шарм-Эль-Шейхе, на территории громадного отеля с собственной бухтой. Всех делегатов разместили в огромных номерах и кормили так, будто хотели превратить их в идеальные фигуры — шары. Разумеется, в рамках программы гостеприимства запланировали и посещение Рас-Мохаммед, где всем желающим предлагалось погрузиться с аквалангом или поплавать с маской, наслаждаясь красотой и богатством здешней флоры и фауны. Выполнить это удалось только частично: по морю они прокатились, а вот о плавании не могло быть и речи. В бухту заплыло несколько акул-мако, и рисковать здоровьем учёных никто не захотел.
Олега ситуация немного расстроила, но он не привык унывать и решил организовать собственное погружение на пляже отеля. Несмотря на нескладное телосложение, плавал Олег превосходно. Друзья шутили, что с такими ступнями, — на минуточку, сорок шестого размера, — ему абсолютно не нужны ласты. Так оно или нет, Олег развивал в воде приличную скорость и мог не бояться нападения большинства некрупных хищников. От мако и других акул он, конечно, вряд ли бы удрал, но поблизости их не наблюдалось, поэтому опасаться не стоило.
В отельной бухте риф постепенно умирал. Правда, это совсем не мешало местным рыбам приплывать сюда для кормёжки. Чтобы посмотреть его живую часть, требовалось уйти на глубину, что Олег и сделал. Нацепив маску, он «бомбочкой» прыгнул в воду с понтона и сразу нырнул. Бирюза мелководья сменилась насыщенной синевой. Резкий провал на границе рифа ещё не превратился в бездну. Она находилась гораздо дальше. Здесь до дна всего каких-то десяток метров.