Измена. (Не)нужная пара (СИ)
— Кристи…
— Вот чёрт! Неандерталец! — рядом раздался испуганный возглас.
Светлана остановилась, как вкопанная, крепко ухватив меня за локоть. Недоумевая, я проследила за её взглядом и наткнулась на русого парня с серыми глазами. Он был выше знакомых на полголовы и шире в половину. Выражение лица его хищно менялось, губы растягивались в довольной предвкушающей улыбке. И причина этого сейчас больно впилась пальцами мне в локоть, царапая кожу наманикюренными ногтиками.
— Это она! Моя будущая жена! — воскликнул громила. И быстро стал ломиться к нам, как медведь через малинник, бесцеремонно отпихивая всех, кто стоял на его пути. На его реплику оглянулась половина гостей. Взгляды скрестились на мне: от недоумённых до крайне заинтригованных. У меня самой глаза стали по пять копеек. И нет бы, развернуться и уйти хотя бы под защиту отца, телом я осталась стоять на месте, но внутренним перепуганным волчонком потянулась к своему защитнику.
Руслан предупреждающе зарычал. Смазанным движением переместился ко мне и встал на пути громилы, закрывая нас своей спиной. На фоне великана он казался субтильным мальчиком. От испуга за сохранность его шкуры я придушенно пискнула. Света за моей спиной крепко вцепилась в мою талию и упёрлась лбом мне в плечо. Мой и ее испуг можно было осязать.
Я не поняла до конца, что произошло, но Руслан раздался вверх и вширь. Белая рубашка затрещала, расползаясь на лоскуты. Он даже не коснулся сероглазого, а тот словно наткнулся на стену, пошатнулся и отступил, встряхнув головой. Взгляд стал более осмысленным.
— Андрей, ты пугаешь мою супругу и нашу гостью, — изменённым голосом прорычал Руслан. — Остынь.
Тот заморгал быстро-быстро. Встряхнул головой и с виноватым видом, вытянув шею, старался рассмотреть за широкой спиной Астахова нашу с подругой слившуюся в одно композицию.
Опасность миновала, поняла я и с облегчением выдохнула. Даже смогла немного осмотреться. Отец стоял неподалёку, скрестив руки на груди, но не вмешивался. Мама напряглась всем телом, подавшись в моем направлении, но её рука была крепко зажата в локте отца.
Родители Руслана тоже стояли близко. И я не заметила на их лицах ни капли волнения, скорее, так бы смотрел учитель на ученика у доски: заинтересованно и с толикой предвкушения — ответит или облапошится?
Руслан обернулся к нам, уже изменившись снова до внешности человека. В карих глазах читалась тревога, когда он оглядывал меня с головы до ног.
Он сам взял мою руку с побелевшими от сильной хватки пальцами. Осторожно вынул из неё бокал.
— Маленькая, сильно испугалась? — заговорил со мной, вглядываясь в глаза.
Заторможенно кивнула и отмерла, шагнув вперёд, и утыкаясь лбом ему в плечо. Аура альфы ласково окутывала меня и при этом ощущалась бронёй, способной защитить от опасностей враждебного мира.
— Немного. Кто он? — хрипло спросила, нащупывая руку Светы и подтягивая девушку под защиту Руслана. Тот помедлил, но приобнял нас обеих. Макушкой я почувствовала лёгкое прикосновение его губ к волосам. Вздрогнула от неожиданности и запрокинула лицо, рассматривая встревоженного оборотня.
— Рус, ты мог бы не обнимать мою девушку, — недовольно засопел сероглазый, с высоты своего роста заглядывая через плечо Руслана.
— Андрей, ты бы для начала представился сам и спокойно познакомился с девушкой, а потом бросался бы громкими фразами.
— Как я могу спокойно познакомиться, если ты её лапаешь на моих глазах? — ворчливо возмутился «неандерталец», делая акцент на слове «спокойно».
— Света-а, — протянула я, поворачиваясь к притихшей подруге. — Хочешь уйти?
Но моя подруга не имела бы прозвище Фурия, если бы сбежала, поджав хвост.
— Мы ещё торт не ели, — буркнула она и отстранилась от плеча Руслана.
Причина так себе, если учесть, что, несмотря на страшную любовь к сладкому, Светлана жёстко ограничивала себя в сладостях.
Прищурив голубые глазища, она оценивающе осмотрела парня. Тот плавно переместился из-за спины Руслана на линию обзора и теперь с каким-то тревожным волнением смотрел на девушку. Я так и осталась стоять, прижавшись спиной к груди Астахова. И могла адекватно наблюдать за знакомством оборотня с человеком.
— Светлана Медведева, человек, — девушка протянула здоровяку руку.
Руслан хмыкнул.
— Андрей Лесной, Альфа медведей, — церемонно представился парень. Он аккуратно взял женскую кисть, которая утонула в его лапе, и поцеловал. — Потанцуем?
Света утвердительно кивнула и поплыла с партнёром на помост. Пара выглядела гротескно: огромный мужчина и миниатюрная на его фоне Светлана.
У меня рот открылся от этого представления. Опомнившись, я оглянулась на Руслана. Тот провожал пару задумчивым взглядом. Мне стало интересно, о чём он сейчас думает. Встряхнувшись, Руслан взглянул на меня.
— Не переживай за Свету. Андрей лишнего не позволит.
Я скептически посмотрела на Астахова. Вспомнился тот случай в «Норе» с почти похищением Фурии этим самым мужчиной. Но спорить не стала. Отошла на шаг. Улыбнулась, разглядывая новый лук Руслана.
— Тебе стоит переодеться, — ошмётки рубашки держались на уцелевшем воротничке. Гости к этому времени потеряли интерес к происходящему и снова принялись общаться, танцевать, пить и есть.
— Составишь мне компанию? — Руслан протянул мне руку. И я уверенно вложила в неё свою.
Уходя в сторону дома, увидела одобрение на лице отца. Восприняла я его неоднозначно. С одной стороны приятно, как всегда. Одобрение отца было для меня ценным. А с другой стороны — я не хотела, чтобы каждое моё действие, фраза, движение рассматривалось под микроскопом. Даже если и сделаю ошибку, то это будет моя ошибка и мой опыт.
Глава 27. Точки соприкосновения
Уже дважды за день я оказывалась в спальне Руслана. Если утром я была в гневе и не придала этому значения, то сейчас смущалась, осматриваясь по сторонам, пока Руслан вышел переодеться в ванную. Дом Александра Емельяновича только снаружи выглядел типичным, как дома деревенских, а внутри оказался спланирован по-современному: с внутренними ваннами и туалетами на этаже и в гостевой комнате, которая досталась мне.
В спальне концентрированно пахло Русланом. Это немного беспокоило. Видимо, на уровне инстинктов я понимала, что оказалась на территории опасного хищника. Я всегда придавала значение запахам и ароматам. И теперь понятно, отчего так.
— Кристи! — Астахов возник за спиной неслышно, чем сильно напугал меня. В этот время я рассматривала старую фотографию и от испуга разжала руку, выронив рамку. И инстинктивно зажмурилась, ожидая звона разбившегося стекла.
— Осторожнее, — раздалось совсем близко. Лопатками я ощутила прикосновение твердокаменного горячего мужского тела и резко дёрнулась вперёд, подальше от Астахова. Открыв глаза, развернулась лицом к нему. Натолкнулась спиной на комод, ударилась и оказалась прижата бёдрами Руслана к деревянной поверхности. Карие глаза Астахова стали по-волчьи жёлтыми. Он первым делом подался вперёд и поставил семейное фото на комод, ещё больше прижимаясь ко мне.
— Отойди, пожалуйста, — вполне спокойно попросила. Хотя сердце заходилось от испуга не только из-за внезапности появления оборотня в пустой комнате, но и из-за его явного возбуждения. Прочитать как-то иначе его голодный взгляд, направленный на меня, было невозможно. Да и реакция тела трактовалась однозначно.
Руслан прикрыл глаза и медленно повёл носом, обнюхивая мою шею в районе метки.
— Я не помню, когда Волк её ставил, — как-то обиженно произнёс он и резко отпрянул назад, оттолкнувшись руками от крышки комода.
В руки он взял себя быстро. Улыбнулся ехидненько, в своей астаховской манере, и прокомментировал:
— Кристина, ты не волчица, а перепуганный заяц. У тебя сердце отплясывает чечётку. Неужели не слышала, как я вошёл?
— Нет, — мотнула головой и глубоко вздохнула, успокаивая мятежное сердце. Не понял причину моего испуга или тактично промолчал? Второе вряд ли. Тот Руслан, которого я знала, не упустил бы возможности постебаться. — Ты ходишь очень бесшумно.