Измена. (Не)нужная пара (СИ)

В городе бы я предупредила по телефону, что задерживаюсь, а тут увы.
Отстегнув с пояса специальные перчатки без пальцев, надела их, крепко фиксируя липучками вокруг запястья. Приценившись с какого зацепа начать, подпрыгнула и зацепилась правой рукой. Нащупала ногой опору и снова нашла удобный выступ. Горка хоть была невысокой, но лезла я без страховки, поэтому не торопилась, помня главное правило альпиниста: поспешишь, костей не соберёшь!
При моём неспешном подъёме на новой для меня территории, времени ушло всего пятнадцать минут. На саму вершину забираться не стала, коснулась ладонью, обозначая финиш и осторожно начала спуск вниз, распластываясь по скале.
— Двадцать минут, — отметила скорость спуска и резко развернулась на шорох в кустах, через которые я пробиралась сюда.
У меня сердце обмерло от испуга и я в ужасе прижалась спиной к прохладному камню, высматривая в шаговой доступности камень или палку для обороны.
В мыслях пролетел не один сценарий, как меня кидается и загрызает волк! Убежать от хищника невозможно!
Очень крупный чёрный волк смотрел на меня в упор. Дикий зверь замер, вытянувшись в струну, будто для стремительного броска, но почему-то медлил.
Волчий взгляд казался разумным. Я знала, что дикому зверю нельзя смотреть в глаза! Но оторваться не могла.
И вдруг зверь весь обмяк, упал на лапы и, скуля, как большой пёс, пополз к мои ногам. Его треугольные уши, прижались к крупной голове, а хвост оказался зажат где-то под пузом.
Собственный страх растворился в растерянности. Я внимательно наблюдала за крупным хищником, не понимая, что ждать от него в следующую минуту. Его поведение было странным до ужаса!
В мечущихся мыслях мелькнуло знание: дикие звери могут выходить к людям, если им нужна помощь!
— Волчонок, тебе нужна помощь? — негромко спросила, справившись с волнением.
Волк был настолько крупный, что когда он подполз ко мне, его голова оказалась на уровне моей талии. Прижатые уши, казались бархатными, и я робко прикоснулась к левому уху. Под моей рукой волк крупно вздрогнул, испугав меня до чёртиков. Отдёрнув руку, закусила губу, чтобы не вскрикнуть и не спровоцировать хищника. Вжалась спиной в твердыню, но взгляд от животного не отвела.
Зверь снова заскулил, мелко перебирая согнутыми передними лапами, подползая так близко, как это возможно и вдруг лизнул длинным гибким языком мои пальцы.
По натянутым нервам прострелило импульсом. Внутри всё перевернулось, будто бы я на качелях сделала «солнышко». Я сглотнула пересохшим горлом и снова спросила:
— Где у тебя болит?
Волк резко вскинул лобастую голову, становясь ещё выше и заглянул в глаза. Уши его встали торчком. Головой он повёл в сторону, оскалившись, коротко рыкнул. Поднялся, становясь практически одного роста со мной, если считать по ушам и отбежал от меня на пару шагов. Обернулся и снова вернулся.
Теперь я могла его рассмотреть во всей красе, не испытывая естественного страха перед хищником. Вот почему-то я точно знала — не обидит.
Волк действительно выглядел не совсем здоровым. Его чёрная шерсть имела светло-серый подшерсток. Она местами торчала клочками, была тусклой. Ещё и рёбра выпирали.
Во мне включился медик: «Не доедает? Может у него глисты?»
— Волчонок, что с тобой? — тихо спросила, вглядываясь в кусты в том направлении, куда смотрел зверь, нервно поддёргивая крупными ушами.
Зверь стремительной стрелой метнулся ко мне, на секунду ткнулся мокрым холодным носом в плечо с татуировкой, влажно лизнул и убежал в совсем другую сторону, не туда, откуда пришёл.
— Капец, — выдохнула, понимая, что могла крупно вляпаться. Хорошо, что зверь оказался дружелюбным. — А! Это наверное волк Александра Емельяновича! — дошло до меня. По крайней мере, по моей логике, всё сходилось.
Чтобы не искушать судьбу, я решила бегом возвращаться домой. И буквально столкнулась на тропе с Никитой Астаховым.
— Кристина?! Ты что тут делаешь?
— И тебе привет, — улыбнулась парню.
— Привет, — смутился он. Никита был двойней Руса. Парень тоже был черноволос и кареглаз. И вырос не меньше брата, но от него не веяло такой силой, как от Руслана вчера. Несмотря на это уверена, от девчонок у Кита нет отбоя.
 
— На сопку ходила. Я пять лет альпинизмом увлекаюсь с друзьями. Смотрела на Медвежью горку.
— Ты сама была? — подозрительно прищурился Кит и заглянул мне за спину. Я даже сама обернулась посмотреть: уж не волк ли за мной увязался? Но никого поблизости не было.
— Светка дрыхнет. Пришлось самой.
Никита придирчиво осмотрел меня, словно я кого-то прятала под одеждой.
— И волка не видела? — прищурившись, спросил.
— Волчонка? Это волк вашего дедушки? Александр Емельянович мне утром говорил. Ваш волк пробегал мимо, пока я у сопки была.
Таиться не стала. Во-первых, моя одежда оказалась в волчьей шерсти и слепой заметит, во-вторых, волку нужна была помощь.
— Волчонок… — Никита ухмыльнулся, повторяя за мной.
— Александр Емельянович его лечит?
Брови Никиты вопросительно устремились вверх. И я уточнила:
— Волчонок выглядит больным.
— Ага, — весело оскалился Кит. Его веселье я не разделяла. К всяким болезням и бедам я относилась серьёзно. Если могу чем-то помочь, всегда это сделаю.
— Ничего смешного, Никита. Видно же: зверь сам ищет помощи.
— Знала бы ты как мне не смешно, Кристи… Э-э-э… или теперь ты для меня тоже только Кристина?
— Всё зависит от твоего поведения! — мне стало забавно: Никита так дёрнулся на моём сокращённом имени. А после моего ответа расслабился и широко улыбнулся.
— Ты сейчас куда?
— В деревню.
— Идём, провожу, — мотнул головой парень в сторону дома и подхватил меня под локоть. Потом резко убрал руку. Почему-то побледнел, стрельнул в меня глазами и, насвистывая мелодию, засунул руки в карман.
Дорога в компании Никиты показалась совсем короткой. Уже через пару шагов мы разговорились. Натянутости между мной и братом Руслана никогда не было. И Никиты не было при том фатальном разговоре три года назад. Он болел тогда.
Никита провёл меня до окраины деревни. Тут мы остановились.
— Вы придёте со Светой вечером на старую насосную? — традиционное место сбора молодежи.
— Пока не знаю, — пожала плечами. — Если не сегодня, то завтра или послезавтра! — рассмеялась, увидев какую рожицу скорчил Кит. На том и расстались.
На часах было полдесятого!
Четыре двора я пробежала метеором и, запыхавшись, влетела во двор.
Меня уже потеряли.
Макс уже собрался на мои поиски. Он недовольно высказал мне всё, что он думает о девичьем уме.
Светлана надула губы и разразилась нотацией, взывая к моей потерянной совести.
Благо, Зинаиды Михайловны дома не оказалось. Поэтому она осталась в счастливом неведении, что блудная внучка потерялась.
Перед Максимом я искренне извинилась, коротко объяснила, где была, что делала, с кем виделась.
Подругу утащила в нашу комнату. Та ещё немного бухтела, но услышав, что я знаю, что виновата и посыпаю голову пеплом, сбавила обороты.
Судя по её внешнему виду, подруга приступила к борьбе с сорняками в одиночку и это ей очень не нравилось.
— Прекрати дуться, подруга, — я вытащила из своей сумки подходящую одежду для работы в огороде, взяла полотенце, мыло с мочалкой, — я тебе такое расскажу — не поверишь! Вот только обмоюсь быстро, переоденусь и пойдём работать.
— А завтракать будешь? — уточнила она.
Прислушавшись к себе, поняла, что голодна, как волк! И тут же перед глазами возник образ несчастного волка.
Почему-то я была уверенна, что встречусь с ним ещё раз. И не только в лесу. В мыслях закружилось: «Мясо нужно где-то раздобыть. И мультивитамины можно ему скормить. Запас имеется!»
— Буду! Накрывай на стол, а я в душ.
  
Глава 10. Хватит работать! Пора отдыхать!
 
— С меня хватит! — с этими словами подруга отшвырнула от себя сапу и плюхнулась попой на кучу зелёной выполотой травы. Выражение её лица было таким, словно она сейчас кинется на кого-нибудь.