Пять принцев для попаданки. Книга вторая (СИ)
Но было грех не воспользоваться этой заминкой, и я снова рванула в сторону выхода. Ноша была тяжелой и мягко говоря не удобной. Если птица не шевелилась в импровизированной авоське, то принц искал позу поудобнее у меня на спине.
- Да не ерзай ты,- наконец не выдержала я.
- Поторапливайся, нам вон туда,- и кивнул головой на узенькую тропинку между скал. Вот была бы человеком, точно бы не смогла там пробраться, а сейчас преодолела все сложности в одно мгновение.
Я не знала, есть ли за нами погоня, но внутренний страх подгонял меня в шею. Даниэль показывал путь, а я понимала, что если превращусь снова в человека, то просто не смогу тащить на себе ни кота, ни птицу. Сейчас же я чувствовала себя тягловой лошадью.
За те несколько часов, что я волочила на себе Дана, а в зубах авоську с Длинношеем, я сделала несколько привалов. Принц становился все слабее, кровотечение не прекращалось, и я все уже была в крови котика, но это поправимо. А вот как быть с кинжалом? И как мне снова стать человеком? Как мне ему помочь пока я какая-то коза/антилопа? Выясню в кого превратилась, потом, сейчас не до этого. Куда он меня ведет? Я не мучила его расспросами, просто упорно тащила всех на себе.
Но постепенно и я выдохлась, и когда в очередной раз позвала котика, он не отозвался. Я начала паниковать, кричать, но он не приходил в себя. Осмотрелась по сторонам и к своему восторгу я узнала место, куда он так упорно указывал путь. Это была та самая пещера, в которой он обитал и в которой мы всей честной компанией пережидали сезон дождей.
Я ринулась по тропинке, обогнула утес, прошла еще чуток и вот он вход. Заскакиваю и с облегчением выдыхаю. Почему-то это место вселяет в меня спокойствие. Будто я домой попала, возникает чувство безопасности.
Но радоваться пока рано, надо спасать упрямого котопринца. Вот зачем он приперся один, злюсь мысленно я. Почему не позвал подмогу в виде мужей. Осторожно сгрузив с себя кота, я опустила птицу. Она начала пытаться выбраться из авоськи, которая к слову тоже кровью пропиталась. Я помогла, как могла и вот уже птица свободна. Она неуклюже направляется к Дану, волоча перебитые крылья по полу пещеры.
Даниэль лежит без сознания, птица подходит вплотную к нему и, повернув в мою сторону голову призывно курлычет. Я непонимающе уставилась на нее. Она, что зовет меня подойти? Я решаю делать, как просит Длинношей, как бы это не абсурдно звучало. А птица недвусмысленно намекает мне, что я должна извлечь кинжал из бока принца. Я непонимающе уставилась в такие умные глаза и тоже постаралась показать ей, что у меня не руки, а копыта сейчас, между прочим.
Птица возмущенно курлычет и снова показывает на кинжал, потом склоняется к рукоятке и щипает за нее клювом. Вот же я тупица, точно, зубами. Я подхожу еще на шажок и осторожно, хватаюсь зубами за рукоять кинжала и начинаю тащить на себя. Лезвие плавно выходит из тела котика, и я отбрасываю его в сторону.
Дальше действия птицы вообще были странными для неразумного существа. Длинношей положил свои окровавленные крылья на рану Даниэля, стараясь, что бы его кровь попала в рану.
Тогда-то я и вспомнила о рассказе Эдмунда, о том, что кровь Королевских Длинношеев использовалась в целительстве. Наша спасенная птичка пытается исцелить принца. Я легла перед принцем и уставилась на все манипуляции птицы. Она тоже сложила крылья и ненадолго затихла. Кажется, мы все уснули, все же приключение выдалось не из приятных. Я чуть не вышла замуж в шестой раз, да еще и за темного мага. Птичку, чуть не принесли в жертву, а Дан вообще, получил ножом в бок. Единственное о чем я молилась даже во сне, это о том, что бы все выжили.
Очнулась я уже ночью, но на удивление в человеческом обличье. Если честно, я очень волновалась, как пройдет мое перевоплощение. Всю жизнь оставаться антилопой/козой я не хотела. Но жаль, что я не рассмотрела себя. Сначала было не до того, а потом, как то не догадалась, заняты были спасением Даниэля.
Я посмотрела на котопринца. Он лежал в той же позе, что ранее. Поверх раны, сложив перебитые крылья, лежал Длинношей. Отважная птица, и какая-то слишком разумная. В душу закралось сомнение, может это и не птица вовсе. Подошла поближе, потрогала Дана. Погладила по голове, потрогала раненный бок. Шерсть свалялась и склеилась от запекшейся крови. Принц не проснулся, но вот птица подняла голову и внимательно посмотрела на меня.
- Что, болят крылышки? Чем же мне тебе помочь?- я осмотрелась по сторонам. Птица сделала то же самое и посмотрела на горячем источнике. Подошла к нему, смешно переваливаясь из стороны в сторону, и опустила голову к воде.
- Тебя обмыть?- спросила я, а птица будто, поняв мой вопрос, утвердительно закивала головой.
Я подошла к теплому источнику, и задумалась, как мне все это провернуть. Не придумала ничего лучше, как решила сама залезть в воду, и обмыть птицу, придерживая в воде. Быстро сняла с себя одежду, и зашла в воду. Подтащила к краю Длинношея и бережно взяв ее на руки, опустила в воду по шею. Птица благодарно закурлыкала и легонько пошевелила крыльями в воде. Он них пошли кровавые разводы по водной глади. Я присмотрелась к ранам. Оракул, скотина такая, перерезал крылья на месте сгиба. Надеюсь, ничего важного не повредил, и раны скоро затянуться. Приведя в порядок и себя и птицу, я вышла из воды.
Вытираться было нечем, и я снова осмотрела пещеру. В углу, где, когда-то мы оставили Грега, лежали пледы и одеяла. Я взяла одно из них, завернула в него птицу, аккуратно распрямив крылья. Из другого сделала гнездо и осторожно поместила в него Длинношея.
Третий плед взяла себе. Завернулась в него и, обсохнув, начала одеваться. Моему удивлении не было предела, когда я увидела, что рана на руке зажила,царапины и синяки прошли. Вот же исцеляющая сила крови волшебной птицы. Я с благодарностью посмотрела на нее, но Длинношей мирно спал, распрямив поврежденные крылья.
Одевшись и просушив волосы, я подошла к Дану. Он спал, и я прилегла рядом. Еще полночи можно было поспать, а я не могла. Я прижалась к теплому боку, подстелив под себя плед. Думала о мужья и о Дане. Как нам разрулить эту всю ситуацию. Мысли перескакивали с одной на другую, и я не могла ухватить ни одну, что бы спокойно все обдумать. На мне сказывался стресс последних дней. Постепенно я снова уснула и снился мне Даниэль, но не такой как сейчас, а возмужавший.
Я увидела его на берегу озера, в Стальном королевстве в родовом замке. У него на плечах сидела девчушка с сиреневыми волосами. Я залюбовалась ребенком, такая она была хорошенькая, и так похожа на Даниэля. Она, что-то рассказывала ему, склонившись к его уху, а он периодически кивал, а в конце они оба заливисто засмеялись. Я порадовалась за своего котопринца, он достоин счастья. После чего картинка исчезла, и я провалилась в сон, но уже без сновидений.
Проснулась я от сопения. Даниэль шумно дышал мне в ухо. Я повернула голову и посмотрела в глаза котопринцу. Он сверлили меня взглядом.
- Выспалась?- заворчал он.
- Да. А ты?- проигнорировала его дурное настроение. Я быстро осмотрела его бок, рана покрылась коркой и уже не кровоточила.
- Нам пора идти в храм,- проигнорировал, мои слова Дан. Да что с ним такое? Что за ворчливое настроение с утра пораньше?
- Ты чего такой ворчун? Болит?- допытываюсь я, но принц снова игнорирует мои вопросы. Осторожно встает на лапы и, прихрамывая, направляется к источнику. Попив воды и освежившись, он так же молча направился в сторону выхода из пещеры.
Проходя мимо Длинношея, который по-прежнему лежал в гнезде из одеял, Даниэль остановился. Долго сверлил птицу взглядом. Глаза в глаза, при этом птица недоуменно склонила голову набок. Потом кивнул и направился дальше. Это он что, спасибо так сказал? Вот очухается, я ему еще все выскажу.
Решила сейчас не давить на него. Причины дурного настроения я не знала, но почему-то не хотела провоцировать своими расспросами. Боялась очередного выплеска темной магии.