Возвращение домой (СИ)
— Я свинище, — примиряюще поднял руки Лаи. — А ты фиалка! Только в попу пьяная… — добавил он себе под нос.
Вспышка ярости моментально угасла. Новоявленная фиалка вновь приложилась к бутылке. Затем икнула и, с трудом ворочая языком, выдала:
— Знаешь, как я с Искоркой познакомилась? А, не знаешь! Я тогда впервые прибыла в Грейсван. С рекомендательным письмом! Поддельным конечно. Иначе в город не попасть. Все монеты растаяли за пару дней, ну ты видел какие тут цены. Пришлось искать работу. А что я умею? Только драться. Толстосум один искал охрану. Я рискнула наняться. Просто так конечно не взяли, пришлось доказывать, что достойна. — женщина показала собеседнику свои кулаки. — Взяли! Прикинь? Наниматель — известный в городе богатей, меценат. На вид отличный дядька — воспитанный, вежливый, веселый, с прислугой не важничал, платил достойно. И детей любил. Приюты для сироток строил по всему городу, учителей находил, грамоте сироток учил. Еще страсть у него была к музыке. В каждом приюте организовывал хор из самых талантливых воспитанников. А чтобы расходы покрыть — регулярно проводил благотворительные музыкальные вечера. Я с напарником частенько у дверей стражу несла, пока толстосумы детским пением наслаждались. Красиво сиротки пели, проникновенно… Как сейчас помню! — Трицитиана промычала какую-то совершенно непознаваемую мелодию без слов. Аргилай, всеми силами, постарался не подать виду, как жуткий фальшь режет его слух. — И вот стоим мы у дверей, хор слушаем, ожидаем, когда эта благодельня закончится, чтобы, богатея нашего до дома проводить. И тут раз — двое в черных костюмах. Напарника моего сразу из арбалета уложили. Я от стрелы увернулась и с одним из негодяев схватилась. Первого скрутила, а второй в меня из арбалета целит. Я этой падлой прикрылась, нож ему к горлу приставила и ору: бросай мол арбалет, тварь, а то я другу твоему улыбку на шее вырежу. А второй негодяй мне в ответ: ты, говорит, вообще сердце имеешь, ночью спать можешь после этих ваших благотворительных вечеров? И, что удивительно, женским голосом говорит, со страстью, искренни. Я призадумалась, ситуация нестандартная. Обдурить меня хотят, что ли? А женщина маску снимает, арбалет в пол опускает и продолжает: ты, мол, вообще в курсе, что за этой дверью происходит? Тут меня сомнения взяли. Я, все так же прикрываясь вторым бойцом, к двери подошла, приоткрыла и в щелочку заглянула. Никогда себе такого не позволяла, исправно службу несла, а вот тут что-то дернуло меня. Заглянула и поняла, что зря раньше не заглядывала. На сцене хор детишек поет, проникновенно, чувственно… Вот только голые все. А в зале так вообще форменное злодеяние. Не знала, что люди на такое способны. Даже варвары так с детьми не поступают. — арт-три закрыла лицо руками и покачала головой. — Я себя контролировать перестала, ярость глаза затмила. Как в дверь влетела не помню, как убивала не помню. Очнулась уже посреди зала вся чужой кровью перемазана. Кругом трупы богатеев лежат, а Искра с Хедшотом детей из приюта выводят, на телеги грузят, да загород отправляют. Вот тогда я и познакомилась с Искоркой. Вступила в гильдию Городских Стрелков. Мне же больше ничего не оставалось, после того, как я нанимателя своего грохнула. Приют мы сожгли, чтобы бойню скрыть. А сиротки меня за тот поступок Феей прозвали, Огненной Феей, как та — из сказок, что злодеев убивает. Вот так и прилипло с чужой кровью — до сих пор не отмоюсь.
Пока Трицитиана вела свой рассказ в кабак ввалились трое выпивох самой лихой наружности. Мужчины явно, что-то весело отмечали и потому совершенно не заботясь о спящих в столь поздний час, ржали во весь голос и самозабвенно горланили:
— В кабак припортовый с парнями пришли,
— Йо-хей-йо-хей-йо-хоооу!
— Пенного выпить, размять кулаки,
— Йо-хей-йо-хей-йо-хоооу!
Но заметив у стойки арт-три, выпивохи примолкли, взяли кувшин пива и теперь тихонько переговариваясь, цедили свой солодовый напиток за ближайшим столиком. На Трицу они поглядывали откровенно враждебно.
— Ты поступила правильно! — с искренним восхищением произнес Аргилай, когда горлопаны заткнулись.
— А… — махнула рукой пьяная женщина. — Это Искра правильно поступила. Она с товарищами тогда очень рисковала, чтобы детей освободить. А я дура столько вечеров у той двери провела и ни разу заглянуть не решилась. Все хор слушала. До сих пор себе простить не могу.
— А не Огненная ли это Фея? — нагло ухмыляясь, спросил один из трех явившихся в кабак выпивох. Мужчина оставил своих товарищей за столом и теперь медленно шел по направлению в барной стойке, где расположились Трица, Лаи и Лиса.
— Ты обознался. — буркнула Трицитиана, мрачно поглядывая исподлобья.
— Да точно она, век воли не видать — Фея это! — крикнул один из мужчины, оставшихся за столом.
— Фея ты, Фея. — мрачнея, произнес подошедший. — Я вашего брата из гильдии за версту чую. От вас кровью воняет и мочой.
— Это кот в тапок. — попытался оправдаться Аргилай, но его реплику проигнорировали.
— Дерьмоеды трусливые, — брызгая слюнями, зарычал незнакомец. — Друга моего порешили, твари!
— Не знаю я ни тебя, ни твоего друга, — устало вздохнула Трицитиана, заглядывая в горлышко бутылки. — Иди своей дорогой.
— А я тебя знаю! И подругу твою Искру блудливую знаю. Шлюхи Грейсванские!
— Цыц, шваль! — рявкнула Трицитиана, багровея. — Закупорься!
— Порежь ее Бык! — крикнули от стола группы поддержки. — Вскрой брюхо, как Хедшоту!
Мужчина, названный Быком, выхватил из-за голенища сапога заточку и пригнувшись в позу уличного бойца пошел вперед. Трицитиана ловко подбросила бутылку, поймала ее за горлышко и со звоном приложила донышко сосуда об барную стойку. Арт-три медленно поднялась навстречу противнику, вооруженная самым популярным оружием кабацких потасовок — розочкой.
Аргилай и Лиса с хитрыми улыбками переглянулись — похоже намечалась неплохая драчка и они оба знали, кто выйдет победителем из этого сражения. Наемница наконец нашла, как выпустить пар и на ком отыграться.
— Знаешь меня… — фыркнула женщина, сильно покачиваясь. — А нихрена ты меня не знаешь. Я Трицитиана дочь арт-три, известная как Огненная Фея! — с этими гордыми словами Трицитиана дочь арт-три, известная как Огненная Фея сделала шаг вперед, оступилась и с грохотом упала на пол в глубокий алкогольный обморок.
Розочка из винной бутылки со звоном подкатилась к ногам Быка. Тот нагнулся и поднял оружие своей поверженной противницы.
— Этим я тебя и порежу. — криво ухмыльнулся мужчина и направился выполнять свое обещание.
Но не дошел. Остановился в удивлении. Путь ему преградили двое смельчаков, облаченных в халаты с вышивкой отеля Восточный Утес. Лиса рычала, как бешеный зверек и сжимала свои маленькие кулачки. Аргилай за неимением лучшего оружия выставил перед собой, обсосанный котом, тапок.
Товарищи Быка, сидевшие за столом, поднялись, достали свои заточки и присоединились к своему приятелю. Посмеиваясь и поигрывая оружием мужчины медленно пошли в наступление, приближаясь на расстояние точного удара под ребра, прикрытые только халатом.
— Я предупреждаю, — в отчаяние вскричал юноша, судорожно соображая, какие действия можно предпринять в столь безвыходной ситуации, кроме геройской смерти. — Этот тапок замарал самый заразный и вонючий кот Грейсвана!
Противники замерли в нерешительности. На их лицах читалось удивление и толика страха. Аргилай несколько раз сморгнул, пытаясь понять, а не померещилось ли ему. Но нет, угроза действительно напугала лихих вояк. Необходимо было срочно закрепить и развить полученный успех и Лаи сделал робкий шажок вперед, поднимая над головой мокрый шлепанец. На голову что-то неприятно капнуло.
— А вот кому первому по щам ссаной тапкой?! — угрожающе закричал Аргилай, делая еще один маленький шажочек. — Ну!? Кто смел?
Смелых не нашлось. Опустив свои заточки мужчины торопливо отступали к выходу.
— То-то же! Валите пока сухие! — крикнул им вдогонку, окончательно осмелевший юноша, замахиваясь шлепанцем и только после этого заметил позади себя исполинскую тень и обернулся.