Большая игра (СИ)
Март внимательно слушал Александра III, мысленно суммируя все возможные направления нового курса внешней политики: Япония в минус, Китай и Корея в плюс. Индия, Африка — на пути к независимости. Тут и за рынки борьба, и отвлечь англичан от дальнего востока. Масштабно… Значит нужно что? Завернуть идею в красивую обертку, тем более что мы здесь и не лукавим почти…
— Я понял. Позвольте еще одно предложение.
— Говори.
— Отчего бы не созвать мировой конгресс? Собрать на нем правителей и общественных деятелей отовсюду. Не только из Европы, но и Африку, Азию, Южную Америку пригласить. А вам выступить с программной, идеологической речью о будущем, на пятьдесят или даже сто лет вперед, о том, каким должен стать мир. И чтобы без лишней крови и переворотов. Создать ряд дискуссионных площадок по разным направлениям, на них обсудить разные темы. Авиация, целительство, образование, финансы, международное право, колонии и их переход в статус самостоятельных государств…
— Не бывало такого еще. А ведь это идея… Только где проводить?
— Можно и в Питере. Но лучше в Крыму. В той же Ялте. Там и дворцов, и отелей на всех хватит. А заодно и рекламу наших курортов, вин крымских и прочих разносолов устроим.
— А что, звучит вроде и неплохо. Сделаем заявку, посмотрим на реакцию… Глядишь, чего и получится выкружить.
— Государь, позвольте еще один вопрос?
— Задавай.
— Почему сейчас?
— Интересуешься, отчего раньше таким разговором тебя не озадачил? А куда спешить? Надо было понять, кто таков Мартемьян Андреевич Колычев. Enfant terrible или серьезный человек. Так ведь сразу и не скажешь. Тем более по виду ты сущий младенец, пусть и способный выполнить невыполнимое. Я за тобой все лето наблюдал, хотел увидеть, как будешь с ОЗК справляться. Побежишь за помощью или сам совладаешь.
— Убедил?
— Пока ты все делаешь толково и без особых огрехов. Ответил я на твой вопрос?
— Да, ваше величество.
— Вот и славно. А пока будешь добираться домой, подумай, как уже и в свадебном путешествии наше дело продвигать…
Время монархов расписано по секундам, и через некоторое время Александр недвусмысленно дал понять, что ему пора. Получившему множество заданий, а также пищу для размышлений Марту ничего не оставалось, как откланяться.
Немного поскучав в одном из проходных залов, он дождался Александру.
— Как все прошло? — спросил он.
— Не здесь, — еле слышно ответила супруга, и они вместе направились к стоянке автомобилей.
Что-нибудь случилось? — встревожено спросил он, трогаясь с места.
— Можно сказать и так, — выдохнула Саша.
— А конкретнее?
— Если опустить жалобы на здоровье и августейшего мужа, ее величество крайне зла на великого князя…
— Принимая во внимание его роль в известных событиях, это неудивительно. Но тебя как будто что-то беспокоит?
— Еще бы! — неожиданно бурно отреагировала свежеиспеченная мадам Колычева. — Императрица Евгения жаждет его крови и отчего-то вбила себе в голову, что именно ты должен ей в этом помочь!
— Да ладно!
— Ты мне не веришь?
— Верю-верю, просто не очень понимаю, как это возможно?
— Даже не знаю, как тебе сказать… в общем, она ненавязчиво поинтересовалась, можно ли лишить одаренного его способности к связи с энергосферой?
— Что⁈
— Вот именно!
— Хм. Для такого человека, как князь «Эгалите», сколько я его знаю, это было бы худшим наказанием…
— Еще бы, — лукаво улыбнулась Саша. — Из почти что гроссов в простецы. Это хуже, чем из князи в грязи… Погоди-ка, ты что, это можешь?!! — она внимательно посмотрела на мужа, широко распахнув и без того широкие небесно-фиалковые глаза, отчего у него на миг даже вылетело все из головы, до того его любовь была прекрасна в этот момент…
— Кхм… никогда не думал об этом, — в первый раз в своей супружеской жизни соврал Март.
[1] Точность вежливость королей.
[2] ИНК — Индийский Национальный Конгресс. Партия создана в 1885 году. С 1920 под руководством Махатмой Ганди добилась очень значительных успехов в борьбе за независимость Индии от Британской империи. Индия обрела суверенитет в 1947.
Глава 5
Прекрасно ты, Петра творенье… Да, осенний и мирный Санкт-Петербург образца 1942 года был величественен, огромен и донельзя, при том круглосуточно бодр.
Всякого, кто оказывался здесь, будь это интеллигент и местный житель в третьем поколении; студент, прибывший покорять столицу; турист, благоговейно открывающий архитектурные красоты великого города; приезжий, снующий по делам; иностранец, с завистью взирающий на богатства Северной Пальмиры, — всех их захватывал и пробирался внутрь мощный ритм пульсации его сердца, по чьим артериям: набережным, проспектам, улицам и бульварам, воздушным, речным и морским, а также железнодорожным путям и узловым центрам: портам и вокзалам, — бежала живительная, деятельная сила, добираясь до самых отдаленных окраин необъятной империи.
Все шумело, сверкало, стремительно двигалось нескончаемыми потоками людей, машин и кораблей. И лишь закованная в гранит Нева, строгая аристократическая красота каналов, дворцов и храмов как бы застыли в этом беге времени, оттеняя своей вечной красотой быстротечность людской суеты.
Ничего удивительного, что в разгар дня весь город стоял в пробках. Только элита могла позволить себе полную свободу перемещения, летая на железных птицах и снисходительно посматривая вниз на людские скопища.
Март медленно ехал по Садовой в сторону Сенной площади, в который раз напоминая себе, что надо обзавестись мини-ботом для разъездов. Скорость определялась не им, а почти неприличным количеством личного и общественного автотранспорта, одномоментно возжелавшего передвигаться по центру города.
Опель-капитан катился по улицам мимо спешащих пешеходов, облаченных в легкие осенние пальто, плащи и обязательные шляпы разных фасонов. Знающие о причудах здешней погоды петербуржцы к тому же массово вооружались зонтами — конец сентября в Северной Пальмире — время прекрасное, но требующее соблюдения разумных предосторожностей.
Еще минуту назад в небе ярко сияло солнце, а вот уже над крышами дворцов, многоэтажных доходных домов, шпилем Адмиралтейства и золотым куполом Исаакиевского собора сгустились тучи и начал накрапывать мелкий, нудный дождик.
Марту показалось, что Саша немного поежилась от задувшего с Финского залива холодного, сырого ветра. Очень красивое, но такое легкое шелковое платье и жакет оказались не слишком подходящим нарядом при таких капризах природы. Он на ходу прикрыл окна и включил печку, ободряюще и нежно коснулся гладкого колена жены.
— Ничего, Саш, скоро окажемся в южных краях. Там будет и солнце, и тепло. Еще накупаемся в море, даже в Ялте еще бархатный сезон, а где-нибудь на Мальдивах и вовсе вечное лето…
Она в ответ улыбнулась мечтательно, но тему не поддержала, а, проявив законное любопытство, задала совсем иной вопрос.
— О чем вы беседовали с его величеством?
Март не спешил с ответом, к тому же над ними прошли один за другим, шумя винтами, три воздушных бота, а потом пришлось выруливать с Сенной на Московский проспект. Ему было, о чем подумать. С одной стороны, делиться секретами с женой вроде и неразумно, а с другой, она ведь не просто супруга, но и друг, а в перспективе — соратник, помощница и единомышленник. Надежная опора, готовая, если понадобится, и с оружием в руках прикрывать ему спину в бою. Тем более что мечом Александра владела блестяще, в чем он и сам не раз убеждался во время учебных поединков, которые они проводили на тренировках по фехтованию.
Опять же, как верно написал Пушкин:
Ведь жена не рукавица
С белой ручки не стряхнешь
И за пояс не заткнешь…
К тому же Саша помимо того, что она сильная одаренная, еще и внучка своего сановного деда, и вся из себя светская дама, в недавнем прошлом фрейлина. Так что никаких тайн и иллюзий по поводу венценосной семьи и большой политики у нее нет. Зато знаний о жизни двора в избытке.