Большая игра (СИ)
— Серьезное предложение. Я так понимаю, ты про новые ракеты и те кораблики, которые под них строятся?
— Да, все верно.
— Не просто тебе будет их главному штабу навялить. Разве что дед поможет? Уж больно они неформатные…
— А я пока и не собираюсь их предлагать флоту и добиваться включения в реестр ВВФ, запишем чистыми рейдерами.
— А чего так? Ведь так все расходы на тебе?
— Зато и претензий от кого-бы то ни было ноль. Все частным образом. А содержание их мы пока на Чана повесим.
— Он готов подписаться?
— А какие у него есть варианты? Ждать, пока наши раскачаются? Так можно и до морковкиного заговенья досидеть… Предварительно мы с ним это обсудили. Как только поднимем флаг на всех кораблях и соберем экипажи — сразу подписываем контракт, и вся бригада временно становится «Воздушными тиграми Зимина».
— Хм, по крайней мере, звучит красиво. А действующую эскадру клана Колычевых ты как-то задействовать намерен?
— Пока не знаю. Формально такое право у нас есть. Но не факт.
— Да, морока еще та… Пока все согласования получишь, устанешь…
— Вот. А «Тигров» нам никто не помешает использовать, как посчитаем нужным.
— Тебе виднее. И как же ты намерен бить японца? Такими корабликами против фрегатов и линкоров…
— Ставку я делаю на два фактора. Новое оружие и люди Силы. Понимаете, это ведь будет не сборная солянка из приватиров. Настоящая воздушная армия. Пусть и небольшая. На каждом корабле капитан и начарт-оператор ракет — одаренные. Покажем всем кузькину мать… А во главе вы — настоящий бог войны и ас. Состав: бригада МРК из 15 вымпелов, флагман — фрегат тоже ракетный, еще возьмем самый большой транспорт и переоборудуем его в корабль снабжения всем — от БК до топлива, опять же лазарет, пункт управления и связи. Там же разместим кубрики постоянные для экипажей.
— Постой, если команды на нем, то где будут сами МРК? Ты планируешь его и как корабль-док использовать?
— Да, это будет полноценный авианосец.
— Да, масштаб впечатляет. Только объясни, зачем их на нем таскать? Это же корабли, а не самолеты-этажерки и не боты. Могут и своим ходом…
— А зачем моторесурс расходовать? В боевой обстановке — будут сами летать, а пока идет переброска на удаленный ТВД, то вполне логично на чужом хребте, как на мой взгляд. Опять же они получат возможность в ходе боя возвращаться на базу и пополнять запас ракет, авиакеросина, сдать раненых, если потребуется, то и провести замены в экипажах.
— Понятно. По твоим расчетам, за какой срок все авиакрыло сможет стартовать с носителя?
— Там будет четыре створа. Если все отработать, то минут восемь-десять и все в воздухе. А если учесть, что дежурное сопровождение уже в небе, то еще быстрее. Это все предварительно. Как вы там все организуете и настроите, так и будет.
— Согласен. Но работы тут непочатый край. Так, давай тогда прикинем по срокам чего и как.
— Из малых ракетных кораблей три уже готовы к полетам, остальные в стадии достройки, думаю, несколько месяцев и подразделение будет введено в строй. А экипажи и командиров уже сейчас надо гонять и готовить на все пятнадцать, благо, есть на чем. Первое звено возглавит Чкалов. Он уже дал добро и принял командование.
— Лучшего командира и испытателя для новой техники и не придумать, — одобрил Зимин.
— Да, с ним уже согласовано. На головном МРК часть людей вы сами и подобрали. Валерий Палыч распределит свою команду с фрегата на только достроенные борта — неделя-другая, и они будут в целом готовы. Короткая экспедиция в Африку — но там только на звено из двух кораблей задача. Проверят себя в боевой обстановке, освоятся и назад — за учебу остальных.
— То есть я пока по твоему замыслу буду в тылу отсиживаться?
— Владимир Васильевич, ваша задача важнее, и сроки очень жесткие. Если нам удастся продавить нейтралитет Берлина и Вены, а в идеале и Вашингтона, то действовать надо будет очень быстро и решительно. А на подготовку времени в обрез.
— Остается вопрос моей повторной отставки… — не скрывая иронии, заметил адмирал.
— Я постараюсь согласовать это с царем и Колчаком.
— На твоих ухарей — Хаджиева и Кима я могу рассчитывать?
— Безусловно. Я и сам в полном вашем распоряжении.
— Богато… Остается еще один пилот твоей команды…
— А… да… Владимир Васильевич, хотел вам сказать, да все никак не получалось…
— И о чем же это?
— Вы скоро станете дедом, — собравшись с духом, выпалил Март.
— А вы время даром не теряете. Молодцы. Хорошо, что сейчас сказал. Я-то все думал, сколько они будут отмалчиваться.
— Так вы знали?
— «Сферу» не обманешь. И все же родная кровиночка. Сразу заметил, что аура изменилась… дальше — дело техники…
— Понял. А я вот, представьте, умудрился пропустить момент…
— Прилетело от Сашки? — почти с сочувствием поинтересовался Зимин, прикуривая очередную сигарету и весело скалясь.
— Да, немного. В воспитательных целях… Но в бою она держалась молодцом.
Зимин молча кивнул и уже без тени улыбки подытожил.
— Стало быть, пилот Колычева Александра Владимировна выводится за штат и от полетов отстраняется на неопределенный срок.
— Так точно.
— Мартемьян, раз мы все обговорили, то вот тебе мой ответ. Я согласен взяться за это дело.
— По рукам! Владимир Васильевич, учтите, что как только достроим первую серию, сразу приступим к закладке еще двенадцати единиц. Ну и запас ракет будем наращивать всеми силами, чтобы не жадничать и бить врага беспощадно.
Третьей встречей, последней за этот долгий день, стало совещание на борту головного малого ракетного корабля проекта Ка-42 «Охотник». Два других борта — «Отважный» и «Опричник» стояли в том же ангаре, дожидаясь своих командиров и экипажей.
Небольшие размеры кораблей компенсировались короткими крыльями-консолями с направляющими для запуска эр-эсов. Основное вооружение — два торпедных аппарата на нижней палубе носового отсека, заряжаемых тяжелыми 533 мм реактивными управляемыми ракетами. Предусматривалась возможность перезарядки «труб» прямо в бою. Из артиллерийского вооружения имелись только три турели ПВО и 30 мм курсовая скорострелка.
Едва ли не впервые конструкторы под руководством Марта создали проект, не имевший выступающих надстроек. Боевая рубка-кокпит корабля, смонтированная в передней оконечности верхней палубы над пусковыми трубами, располагала хорошим уровнем бронирования, но была тесной, в ней едва хватало места командиру, второму пилоту, штурману-оператору ракетных пусков и бортмеху. Выглядело это скорее «по-самолетному» в духе авиации начала 21 века.
Внутреннее устройство «Охотника» также оказалось спланировано с непривычным для начала сороковых минимализмом. Сразу за кабиной начинался короткий коридор, ведущий к моторному и торпедному отсекам. По правую сторону располагались гальюн и радиорубка. По левую сторону — небольшая кают-компания с койками в два этажа, миниатюрным камбузом, точнее, просто зоной для хранения и разогрева еды с холодильником, электроплиткой, духовкой, новомодной кофемашиной, бойлером для кипятка и общим столом по центру. Вот и все радости.
Собрались они здесь вчетвером. Сам Колычев, Ким, Королев и Чкалов.
— Господа, знакомьтесь…
— Да мы уже не раз встречались, — решительно перебил Марта Чкалов на правах хозяина и командира «Охотника», — нечего разводить китайские церемонии. Садитесь, товарищи, чего ноги зря бить, чай не казенные. В тесноте да не в обиде!
— Что ж, — ничуть не смутившись, спокойно продолжил Колычев, — раз никого представлять не требуется, сразу перейдем к делу. И начнем с главного! Сергей Павлович, поздравляю вас! — обратился он к генеральному конструктору. — УР ВВ в бою отработали штатно и на сто процентов.
— Жаль, меня там не было… Телеметрию снимали?
— Все вопросы к Виктору, он проводил пуски и «держал» изделия через «сферу».
Королев всем телом по-волчьи повернулся к Киму и с ходу забросал его вопросами: