Вернуть Боярство 8 (СИ)

— Смотрите, кого я нашел! — с хохотом швырнул Архимаг перед одним из алтарей, украшенных рунами скандинавских богов, его с Леной. — Хорошая жертва, которая придется по душе нашим богам!
Подняв взгляд, он скривился — на алтаре, у которого они оказались, была распята обнаженная молодая девушка. Та самая, за которой они сюда пришли. Хельга Романова, избитая, окровавленная, с залитым кровью лицом. Возлюбленная господина…
— Я слышал, что гордые викинги никогда не отказываются от поединка перед ликом своих богов, — выплюнул, сам не понимая, что и зачем он делает, Пётр. — Дай шанс сразиться с тобой, и я отправлю тебя на встречу с твоими предками!
— Ты хочешь боя⁈ — захохотал Архимаг. — Что ж, посмотрим, сумеешь ли ты, болтливый червь, даровать мне достойную наших богов смерть в священном бою!
А затем он ощутил, как удерживающие его чары спадают. Поднимаясь на ноги, он хотел было предложить повременить с жертвой девушки, потянуть время в надежде на чудо, заболтать врагов…
Но жертвенный нож начал спуск вниз, вонзаясь в беззащитную белую плоть. Хельгу выгнуло дугой, и жадный камень, посвященный древним кровожадным сущностям, начал поглощать саму суть жизни своей очередной добычи…
И в тот же откуда-то сверху раздался вопль… Нет, не вопль. Человеческая глотка, сколько не усиливай её чарами, подобный звук исторгнуть не могла. Там, наверху, встав в полный рост перед сотнями изумленных глаз, вскинув голову к невидимым отсюда небесам, ревело разъяренное чудовище, почуявшее, что у него отнимают самое для него дорогое.
Семь разноцветных молний били во все стороны. Рухнул, нет, скорее обратился пеплом высокий, укрепленный чарами свод, и с небес ударили потоки зачарованного электричества. Несмолкающий рёв гнева, ярости и боли смешался с раскатами ужасающего грома, и Петр Смолов ощутил, как из самых глубин его души поднимается странный, истерический смех. Впервые он воочию, в реальном мире увидел ту силу, перед которой он решил преклониться и за которой последовал, предпочтя рабство смерти.
  
Глава 6
 
Петр ощутил отчетливый страх своего контрактора, осознавшего, с чем он торговался и кому он выставлял условия. Петр не знал, как и каким образом сумел его господин скинуть с себя оковы нынешней жизни, нынешнего тела и обрести былую, истинную мощь. Несомненно, цена этого будет очень, очень высока, однако здесь и сейчас он стоял, среди десятков изумленных чародеев немыслимой для него прежнего силы — Архимагов и Магов Заклятий. Стоял и хохотал, как безумный глядя разворачивающееся действо, пока прочие молчали.
— Убъю-ю! — взревело существо, которое ещё недавно все считали пусть и гениальным, но всего лишь Младшим Магистром. — Убью-ю!!!
А в следующий миг он оказался прямо перед алтарем, на котором билась в агонии девушка. Ладонь охваченного разноцветными молниями волшебника легла на грудь девушки, вливая импульс зеленого электричества — и Пётр ощутил, как в единый, кратчайший миг сплетается заклятие, сильнее и изощреннее которого он ещё не видел.
И закрылись раны девушки. Распахнулись зеленые глаза-изумруды — но потускневшие, с трудом узнающие стоящего перед ними человека… Что-то важное похитил из неё алтарь древних северных богов, что-то, что было не так просто вернуть.
— Убью. Всех. И. Каждого! — с огромным трудом произнес Аристарх.
А в следующий миг Петра отшвырнуло в сторону — Архимаг северянин призвал своего собственного элементаля и слился с ним, разом окутавшись ледяной аурой. Силы стылой, мёртвой зимы закружились вихрем, стремясь отвоевать своему хозяину территорию… Вернее, не так — Территорию с большой буквы, зону, где сила чародея стала бы доминирующей над остальными.
И тем могучий маг, сам того не осознав, обрек себя.
— Во имя Тора и Тюра!.. — в восторге зарычал северный воитель, вскидывая секиру.
Сверкнула ледяная изморозь, взвились полупрозрачные Духи Зимы за спиной чародея, взвывая от голода и злобы… Враг, на которого он покусился, враг, явившийся столь нежданно, не обратил на храбреца никакого внимания, бережно касаясь своей возлюбленной. Нападающий Архимаг так и не понял, что именно произошло и как оказалась отнята его жизнь — просто шагнувший вперед чародей расплескался, обратившись в дымящуюся груду внутренностей и кровавых ошмётков.
 
И мир, до того словно замерший в неустойчивом равновесии, в очередной раз дрогнул, приходя в себя. Подхватив лежащую и изумлённо глядящую на происходящую Лену Багрянину, Смолов сделал то единственное разумное, что ему оставалось — подошёл поближе к своему господину. Если и остались шансы пережить где-либо надвигающуюся бурю, в которой Старшие Магистры были столь же беззащитны, как и простые смертные — то это в самом её сердце. В Оке Бури, и нигде больше.
— Обрати всё сущее в тлеющий прах, Рюджинджакка! — вскинул меч один из японцев.
И словно солнце вспыхнуло в некогда прекрасном зале. Ударили волны жаркого, яростного пламени, заревели реки пламени, стекаясь словно бы из иных пластов бытия и втягиваясь в могучую, покрытую шрамами фигуру Мага Заклятий, что скинул с себя верхнюю одежду, оставшись по пояс обнаженным. Неистовая мощь разрушительного пламени вся сконцентрировалась в нём и в его катане — и боевой маг высочайшей категории шагнул вперед, поднимая своё оружие для первого, самого страшного удара.
— Держи клетку! — взревел с другой стороны могучий скандинав другому представителю страны Восходящего Солнца. — Держи несмотря ни на что — мы должны убить его раньше, чем к нему придет помощь!
Вспыхнули, вздулись края запирающего Заклятья Темницы Хаоса, наливаясь всей доступной силой, латая нанесенные ей появлением нового врага повреждения — Тайра осознавал не хуже Свена Олафсона, насколько рискованной и опасной стала для них ситуация. Впрочем, их всё ещё оставалось четверо против одного — не говоря уж о десятках Архимагов… Главное — недопустить, что бы запертые в клетке чародеи пришли на помощь своему неожиданному союзнику. А они, эти русские, очень старались — Тайре пришлось подключить всех имеющихся жрецов и Архимагов, что бы выдерживать посыпавшиеся изнутри удары. И это не учитывая, что Второй Император ещё даже не нанёс своего удара, лишь медленно и тщательно его выплетал…
Тем временем окутанный молниями молодой воин, бросив короткий взгляд через плечо, нахмурился и бросил в воздух:
— Воздвигнись, Крепость Отпорной Звезды!
И молнии, стянувшись к своему повелителю, словно загустели, обрели материальную основу, свиваясь коконом вокруг чародея и ближайших к нему людей. А затем, не обращая более внимания на окружающих, он положил вторую ладонь на камень алтаря — и у Тайры волосы на затылке зашевелились от ужаса, когда он ощутил, что именно делает их враг.
— Верни украденное, падаль! — рыкнул чародей.
С правой руки в девушку непрерывным потоком вливались изумрудные молнии, левая же, свободная, исторгла черные, как сама тьма разряды прямо внутрь алтарного камня — и Свен, с четко ощутимыми нотками паники и страха в голосе, заревел:
— Убейте этого недоумка!!!
Подавая пример, он нанёс удар первым — Секира Снежных Великанов, Заклятье Олафсона, смело остатки стен и потолка многострадального дворца, без разбора круша и убивая всех бедолаг за его стенами, кому не повезло попасть под горячую руку разошедшегося викинга. Архимаги и Маги Заклятий были единственными, кому в радиусе километра удалось пережить остаточное эхо этого удара…
Громадная ледяная секира обрушилась с небес на землю, и в её эпицентре грянул направленный, управляемый взрыв ледяной магии — взрыв льда такой мощи, что земля на несколько километров вглубь и в стороны обратилась ледяным песком. Маг Заклятий был умелым пользователем своих чар — девяносто пять, а то и более, процентов мощи его удара, не расплескалось в стороны, нанося сопутствующий урон округе, нет. Почти вся мощь этой атаки пошла в барьер застывших, материализованных молний — и этот удар не прошел даром.