Безрассудная

— Вы помните день, когда мы встретились? — спросила Камилла.
— Конечно, — ответила Кэт. — В музее. Вы работали с картой.
— Да, и эта карта исчезла. Вы не могли бы воспроизвести ее?
— А вы не можете приобрести другую?
Камилла покачала головой:
— Карте почти сто лет. Это была работа одного из первых видных британских египтологов, приехавших в страну после поражения Наполеона. Он имел доступ к документам, которые мы никогда не увидим снова. На ней были маленькие ориентиры. Подумайте, что вы можете вспомнить из них. О, я знаю, что прошу о невозможном. Но, пожалуйста, попытайтесь.
Кэт кивнула. Сначала ее пальцы пробежались по бумаге. Она чувствовала неуверенность, пытаясь изобразить береговую линию и объекты природы. Но затем, набросав основу, она начала вспоминать детали. Карта почти отпечаталась в ее уме.
Камилла молча стояла рядом.
Они обе так сосредоточились на работе, что вздрогнули, когда дверь купе открылась. Вошел Брайан, за которым следовал Хантер.
Брайан поднял брови. Камилла поднесла руку к горлу.
— Чему мы помешали? — спросил Хантер.
— Смотрите! — с удовольствием заявила Камилла. — Кэт воссоздает мою карту!
Хантер подошел к Кэт, изучая рисунок. Их взгляды на мгновение встретились, и она с радостью увидела, что он впечатлен ее работой.
— Я не могу ручаться за точность, — сказала Кэт.
Она посмотрела вниз и увидела его руки. У него были чудесные руки, слегка загорелые, так как он не надевал перчаток, когда ездил верхом. Пальцы были длинными, ногти — аккуратно подстриженными. Кэт была уверена, что его сжатый кулак обладал недюжинной силой, а прикосновения кончиков пальцев…
Она закашлялась, глядя на Камиллу.
— Возможно, кое-что удастся добавить. Думаю, я пока остановлюсь и посмотрю на это снова утром.
— Прекрасно. К тому же вечером мы сойдем с поезда и переберемся в отель. Мир ненадолго остановится, — улыбнулась Камилла.
— Значит, это так важно? — спросила Кэт.
— Может быть. — Камилла посмотрела на Хантера. — Конечно… это не будет абсолютно точно.
— Мы трое знаем, что ищем в песках пустыни, — заговорил Хантер. — И знаем, как трудно это может быть. Даже если бы у нас были абсолютно точные документы, это не значит, что мы сделаем открытие.
— Ну, с потерей карты это лучшее, что у нас есть, — напомнила Камилла.
Хантер снова посмотрел на Кэт:
— Да, пожалуй.
В дверь постучали. Это была Лавиния, которая открыла дверь, не дожидаясь приглашения.
— Чай, детки! Пошли. Мы скоротаем следующие несколько часов, а затем наконец прибудем в Рим!
Лорд Эйври, Брайан и Хантер решили между собой, что одна ночь в Риме не причинит вреда, хотя все они сильнее всего желали как можно скорее добраться до места назначения.
В элегантных номерах на Виа-Венето леди могли необходимое время наслаждаться теплой ванной и провести спокойную ночь перед тряской в поезде в Бриндизи и качкой на корабле во время перехода в Александрию. Комната Кэт была соединена с просторной гостиной, а та, в свою очередь, с комнатой Хантера. Лавиния помещалась с другой стороны от нее, а Эмма — в маленькой комнатке рядом; апартаменты Эйври и Карлайлов находились неподалеку.
Хотя Кэт часто слышала французскую речь и понемногу преуспевала в языке, итальянский был новым для нее. Как ей нравились звуки этого языка! И Рим с его великолепием и древностями…
Когда все отдохнули, приняли ванну и закусили, путешественники должны были встретиться в элегантной гостиной между комнатами Кэт и Хантера. Кэт, не привыкшая к комфорту, быстро была готова. Камилла принесла папку с рисунками в гостиную, и, открыв ее, Кэт обнаружила рисунок карты, сделанный ею по памяти. Сидя там, она вспомнила серию маленьких волнистых линий и добавила их. Потом она припомнила несколько символов.
В дверь постучали, и Кэт открыла ее. На пороге стояли Дейвид, Элфред и Аллан.
— А где четвертый мушкетер? — шутливо осведомилась Кэт.
— Пошел привести леди Маргарет и ее отца, — улыбаясь, ответил Элфред. Ей все еще было не по себе, когда он смотрел на нее.
 
— Кофе в том кофейнике. — Она указала на поднос, стоящий на краю фортепиано. — Отличный. Не думаю, что я когда-либо пробовала что-нибудь настолько вкусное, как итальянский кофе. — Кэт умолкла, решив, что не станет болтать слишком много. Притворяться, что все собравшиеся друзья и между ними ничего не произошло, было трудно.
Дейвид смотрел на нее, пытаясь улыбнуться, хотя в его глазах застыла обычная боль. Кэт улыбнулась в ответ. Тем временем Элфред остановился перед ее эскизом.
— Что это? — спросил он.
Кэт подошла и закрыла папку.
— О, просто не очень хорошая работа.
— А по-моему, превосходная. — Элфред потянулся к папке, но Кэт твердо держала ее, вымученно улыбаясь. — Пожалуйста, Кэт, дайте нам взглянуть на ваш рисунок.
— Да, пожалуйста. — Дейвид тоже подошел.
Все, казалось, хотели посмотреть рисунок.
Кэт могла сопротивляться или уступить. Она предпочла последнее.
Молодые люди положили папку на стол и открыли страницу с картой. Все долго смотрели на нее, потом перевели взгляд на Кэт.
— Это совершенно невероятно. Вы можете так копировать? — удивился Элфред. — Вот это талант!
— Едва ли талант, если я всего лишь копировала, — пробормотала она.
— А где оригинал? — спросил Аллан.
— Думаю, затерялся в куче бумаг, — небрежно ответила Кэт.
В дверь снова постучали. Не дожидаясь приглашения, вошла Лавиния в красивом голубом платье, подходившем к ее серебристым волосам. Она несла зонтик и легкую дорожную накидку.
— Мы идем смотреть достопримечательности? — осведомилась Лавиния.
— Думаю, да. Скоро все соберутся.
Следующей вошла Маргарет. Она тоже была в голубом, и мягкий оттенок очень подходил к ее глазам. Кэт изучала фасон платья — оно было элегантным и в то же время практичным. Корсаж выглядел вполне скромно, хотя и подчеркивал округлости фигуры.
— Как красиво! — оценила фасон Лавиния.
Маргарет улыбнулась, посмотрела на Кэт и склонила голову.
— У меня личный модельер. Невероятно талантливая молодая женщина.
Кэт усмехнулась, кивком признав комплимент по адресу сестры, а Лавиния начала настаивать, чтобы ей назвали имя модельера.
— Ах, Джеггер, что задержало вас так надолго? — спросила она, когда лорд Эйври вошел в комнату. — Я могла бы увидеть полстраны, пока вы бреетесь, друг мой.
— Лавиния, дело в том, могло ли полстраны увидеть вас, — отозвался он.
Хантер вошел через боковую дверь, приветствуя всех. Его взгляд упал на открытую папку, затем на Кэт, и он на секунду сдвинул брови. Подойдя к папке, он небрежно закрыл ее.
— Итак, какое сокровище мы осмотрим в имеющееся у нас время? — спросил Хантер.
Подошли Камилла и Брайан, который проинформировал:
— Внизу ждет несколько карет, но лучше, если мы выберем маршрут заранее.
— Я хотела бы увидеть Форум и Колизей, — сказала Камилла.
— Тогда, если никто не возражает, — сказал Хантер, — мы это и сделаем.
Они отбыли в трех каретах. Кэт не могла удержаться от того, чтобы постоянно не смотреть в окно, потрясенная зрелищем арок и акведуков, руинами, разбросанными между более новыми зданиями, великолепными храмами. Итальянцы словно пчелы сновали по улицам. Кого только не было: дамы и синьоры в прекрасных одеждах, цыганки с детьми на руках. Кафе усеивали тротуары, и отовсюду слышались крики «Ciao, bella!» [1]
Когда они прибыли к Колизею, к ним подошли гиды. Хантер быстро договорился с ними.
— Будьте осторожны, Лавиния, — предупредил лорд Эйври. — Здесь повсюду закоулки, трещины и крутые ступени.
— Джеггер, я не настолько стара, чтобы меня оберегали. Но я с радостью присмотрю за вами.
Аллан и Роберт умудрились занять позицию рядом с леди Маргарет. Кэт покраснела, когда Хантер взял ее под руку — его глаза светились странным светом, а на губах играла улыбка.