Нестандартный формат (СИ)

Интересно, что бы они сказали, узнав, что Руслан…находится в неволе и «свободные даты» обусловлены примерными числами его выхода на свободу?..
Второй СММ-менеджер, которому Оксана передала аккаунты в социальных сетях, тщательно развивала странички и удаляла хейт и флуд «осведомленных», распускающих сплетни о том, что «слышали, где сейчас Разумовский»…
И самое главное и ценное — удалось организовать выставку! В одной из популярнейших галерей. Это просто колоссальный труд — переговоры, «выгрызание» места, периода, стиля. И всё, конечно, благодаря очень и очень немалым суммам, выделенным найденными спонсорами. Эта часть оставалась за Вардгесом и Ромой, и Ева с нетерпением ждала намеченного дня, чтобы пожать руку каждому из тех, кто поверил в Руслана, согласившись на официальное финансирование. Естественно, девушка отдавала себе отчет в том, что это должны быть знакомые или друзья, выказывающие тем самым своё почтение и доверие что Вардгесу, что Руслану, ведь оба являлись надежными партнерами и бизнесменами. Но сути дела не меняло.
Стоя перед зеркалом, Ева в очередной раз придирчиво разглядывала себя, когда раздался дверной звонок. Как и обещал вчера на кладбище, Рома заехал за ней, чтобы прибыть в галерею вместе.
— Если готова, можем ехать, — оповестил после приветствия.
— Дай мне еще ровно пять минут!
— А Богиня спит?
С легкой подачи Элизы Богдану многие называли Богиней, Бодей, Богдусей и Боней. Но никак не более подходящими Даной или Даночкой. Потому что предсказуемость и очевидность — не наш формат.
— Да, они обе заснули в обычной позе, если ребенка укладывает тетя, — Ева махнула в сторону запертой гостиной и скрылась в спальне, завершая сборы.
Когда она вернулась, в дверном проеме её застала немая сцена, точно достойная того, чтобы её запечатлеть. Но девушка просто прислонилась к косяку, наблюдая, как Рома с нежностью гладит племянницу по голове. Которая, к слову, спала на груди Элизы. А вторая, в свою очередь, лежала пластом на ковре, тоже унесенная Морфеем. Вот такой абстракционизм: Богдана на Элизе, Элиза — на полу.
И, конечно, Элиза была бы не Элизой, если бы одной репликой не разрушила бы волшебство момента:
— Фантомас, твою мать…
Шепотом. С угрозой. Недовольством. Разбудил её и попал под раздачу.
— Я готова! — вмешалась Ева тихо, чтобы пресечь возможную перепалку.
К счастью, Рома всегда был уравновешенным и спокойным человеком, на которого не действовала буйность сестры. Он тут же поднялся и направился к выходу, и уже через час они прибыли на место.
Тимус вибрировал от волнения, эйфории и полнейшего неверия в то, сколько народу пришло на выставку. Ребята — Элиза, Лилит, Левон — распространили информацию по своим университетам, и среди пришедших было много молодежи, что, наверное, исходя из стилей и наклонностей Руслана, только к лучшему. А ещё был определенный процент пригласительных для «особых» и «нужных» гостей определенного круга, которые в дальнейшем захотят выкупить работы, выставленные на продажу на сайте.
Организация заслуживала высшей оценки. Ярко. Броско. Гармонично. Словно кадром из фильма — светский вечер с многочисленными обсуждениями, которые сопровождались бокалами различных алкогольных напитков и легкими закусками. Комфортно. Уютно. Располагающе.
Признаться, сама Ева вряд ли бы явилась на такое мероприятие с целью купить что-то из представленного, ибо предполагала, какие ценники на таких «пирах». Её никогда не интересовала эта область, да и «дорогостоящее» современное искусство в целом. И тут есть одно большущее НО. Это всё — часть имиджа. Дорого-богато-недоступно-простым-смертным. Престиж. Вот, что покупают нынешние «коллекционеры». Завышенная планка товара. То, о чем говорят громко, долго и с надрывом. И даже если пиар будет черным, но громогласным, вызвав реакции, соответствующие пласты общества вознамерятся вложиться и похвастаться.
Это…странно. Не укладывается в систему ценностей девушки, но раз такова реальность, что же с ней поделать?.. Тем более, что она — заинтересованная сторона.
 
И снова голова кругом. Хочется присесть в уголке и тайком следить за эмоциями посетителей. Чем почти первые полчаса Ева и занимается, пока Рома переходит от одних своих знакомых к другим, общаясь, собирая информацию о впечатлениях и выглядя при этом так, словно он — недостающее звено этого раута. Высокий, стильный, уверенный, внушающий уважение и капельку страха…
Девушка немного засмотрелась, поэтому не сразу заметила направленный на неё взгляд. А когда глаза в глаза они встретились с Аристархом Станиславовичем, вмиг опешила, нахмурившись. Совершенно не ожидала его здесь застать, зная, что тот буквально вычеркнул сына из своей жизни из-за своеволия… Но мужчина вдруг вполне дружелюбно отсалютовал ей бокалом и вернулся к разговору с другими импозантными мужчинами, в кругу которых стоял. Ситуацию, порядком выбившую её из колеи, разъяснил подошедший Рома:
— Это часть наших спонсоров…
— И…он тоже?
— Да. Я не стал противиться. И скинул на него самое дорогое. Аренду помещения ближе к центру.
Ева резко подняла голову, поражаясь невозмутимости, с которой он это выдал. Свойственной, конечно, ему. Но в адрес собственного отца?..
А собеседник обдал её внимательным серьезным тоном, под стать которому задумчиво высказал:
— Когда люди изъявляют желание хоть как-то искупить свою вину, пусть и в завуалированной форме, полагаю, им всё же следует давать шанс.
Она просто сглотнула, не зная, как относиться к этой борьбе, в которой явилась катализатором. У нее нет права вмешиваться или давать оценочное суждение. Как-то разом настроение испортилось, а пожимать руки дяденькам-толстосумам, для которых это всё — лишь временная игра, резко расхотелось.
Задержавшись ещё на полчаса, в которые убедилась, что вызвать интерес у толпы всё же удалось, а также встретив нескольких знакомых и друзей, Ева решила вернуться домой, о чем и сообщила позже Роме, уверяя, что доберется сама. И уже у выхода встретила брата с сестрой в их общей компании.
— Еще раз спасибо вам за всё, — обняла Левона с Лилит искренне и крепко.
— Да ладно, Ев, ты что! — возмутилась та в ответ. — Как будто чужие. Считай, это часть искупления наших многочисленных грехов перед тобой. Сколько крови выпили тебе в детстве втроем…
— Точно-точно, — подтвердил своим басом бугай.
Никто и никогда не догадается, что эти двое — двойняшки. Хрупкая тоненькая Лилит со своими высветленными волосами и громадный спортсмен Левон со своей темной шевелюрой. Ни одной общей черты. Внешней. Зато живут душа в душу, обладая схожим непоседливым характером.
Ева распрощалась со всем и поспешила к себе. Туда, где можно сгрести в охапку свое маленькое чудо, глядя в глаза которого она чувствовала просто неописуемое, безграничное, несравненное счастье. Туда, где всё было пропитано Русланом, которого она ждала каждый день, час, миг. Отчаянно. С нетерпением. И любовью.
«Винегрет» из людей на выставке очень быстро утомил её. Да и отлучилась она от Богданы впервые. Ей хватило проведенного там времени и ажиотажа, который почувствовала.
Теперь задача была следующей: сохранить и приумножить. Чтобы Руслану было, куда возвращаться. Не ломая себя вновь так, как он это делал на прошлой работе, что ему совсем не подходила…
Итак, осталось семь месяцев…
* * *
Невероятные вещи продолжали происходить и дальше.
Под Новый год, то есть, буквально через месяц после выставки, Элиза и Рома…расписались. Не поженились, а именно расписались, поставив всех родных перед фактом. Поговорили с родителями и объяснили, что не хотят свадьбу. Сестра сделала акцент на том, что второй «традиционной» эпопеи, как было у Евы с Кареном, не выдержит. Намекая на фальшивость действа. Мама с папой пережили небывалый шок, ибо никаких предпосылок не было. Господи, да эти двое даже не общались…и вдруг…
Элиза просто не оставила никому выбора или шанса на обсуждение. Да и Рома нравился всей семье, и каждый признавал, что он очень многое для них сделал, зарекомендовав себя надежным и верным мужчиной. Спартак Арсенович, кажется, на этот раз смирился быстрее, подшучивая над тем, что «нормально» у них ничего не получается…