Нестандартный формат (СИ)

Во-вторых, друзья. Нужно было поддерживать Тому, которая должна родить уже вот-вот, прогнозируя, что вполне вероятно сделать Еве такой вот подарочек в день рождения, хотя срок поставили позже. Тимур и Денис приходили чаще, словно их подкупала атмосфера квартиры друга, которого они почти потеряли из виду, наигранно жалуясь, что тот стал примерным семьянином. Так и выходило, что вечера с Русланом они редко проводили наедине. Пару раз в неделю к ним присоединялась и Элиза. Само собой, изначально она смотрела на парня с холодной настороженностью, вела себя отстраненно и очень внимательно следила за его словами и действиями. Но постепенно стала ослаблять этот режим надзора, отмечая, что Ева действительно светиться. И, да, эти двое таки спелись.
В-третьих, та же работа, которая отлично отвлекала и не оставляла места для рефлексии, потому что после ухода подруги в декрет найти замену еще не успели — Инга Робертовна очень привередлива относительно своих работников, а поток остался тот же, и приходилось немного подгонять себя, чтобы успеть больше.
А вот у Руслана все было сложнее. Он не рассказывал, щадил ее — девушка это прекрасно понимала. И когда садилась в машину, неизменно ожидающую ее у здания центра, всегда ловила его потухший взгляд. Постепенно глаза, конечно, зажигались — приятный разговор, шутки, а потом вкусный ужин и частое наличие веселых компаний. Но сама проблема никуда не исчезала. Там явно далеко не гладкая ситуация. Выведать не получалось, зато первым, что Ева делала, оказываясь в салоне, — тянула руки к галстуку, ослабевая и снимая аксессуар, который будто был символом мук трудоголизма.
Вообще, она не раз пыталась разговорить парня на тему этой самоотверженности. Зачем насиловать себя, занимаясь тем, что не любишь, особенно в этом случае, когда обладаешь талантом, который бесспорен? И который развивал, углублялся в азы? Оказывается, год, проведенный «на свободе» после армии Руслан тратил не только на то, чтобы пуститься во все тяжкие, но и самосовершенствовался, окончив Высшую школу фотографии, а затем посетил несколько курсов в Европе. Ева не смогла скрыть тогда своего изумления. Он раскрывался для нее с новых неожиданных сторон. Или слой за слоем. Разбалованный мажор, «укомплектованный» с рождения, представал глубокой личностью, хранившей потаенные двери, которые открывались далеко не каждому.
И вот слой за слоем девушка убеждалась в том, что рядом с ней — правильный человек. Когда как у многих благовоспитанность — поверхностная маска, Руслан обладает этим качеством на каких-то первоначальных настройках по умолчанию, внешне являясь ветреным проказником. Опять же, он далеко не идеален. И Ева не лукавила, рассказывая маме, что сам по себе парень для неё раньше был противоположностью мужчины, которого она видела рядом с собой. И тут внутренний голос прорывался наружу, напоминая, что «такой» имелся, но оказался бутафорией. А Руслан, наоборот, отворяясь, будто заставлял влюбляться больше…
* * *
Праздновать день рождения Ева не имела никакого желания. Тома, успевшая родить раньше срока, — естественно, прийти не могла. Родители — тоже по понятным причинам. Раздувать всё в торжество и бронировать стол в ресторане — бессмысленно. И они решили по-тихому провести вечер дома, так никого и не пригласив. Кто захочет — поздравит. Но на всякий случай девушка наготовила еды и испекла торт, по этому случаю поменявшись выходным с коллегой. С утра пораньше явилась Леся с поздравлениями, посидела пару часов, а потом откланялась. В процессе уговаривала сменить женскую консультацию, куда Ева встала на учет, обосновывая тем, что в «Центре Планирования семьи и репродукции», где женщина работает, специалисты самые толковые и надежные. Девушка деликатно отказалась, но все же обещала сходить и туда на осмотр.
Денис и Тимур неожиданно возникли на пороге спустя час после Олеси, всучили ей огромный букет, подарочный пакет и сразу же ушли, огорошив именинницу. Пообещали зайти завтра и отведать торт. Не успела она закрыть дверь, ураганом в квартиру влетела Элиза, приехавшая после пар. Стиснула Еву в объятиях и душевно поздравила, зацеловывая до удушья. Девушка смеялась, с обожанием смотря на младшую сестру и чувствуя острый приступ грусти…потому что родители до сих пор не позвонили. И не позвонят, судя по всему… Впервые в жизни она останется без теплых слов и объятий. Как безжалостной иглой в сердце.
 
Им вдвоем, конечно, было не до вселенских печалей, поэтому последующие несколько часов прошли в увлекательных беседах, в перерывах они умилялись присланным Томой фотографиям младенца, а также успели ответить на десятки звонков родственников и друзей Евы.
— Молва, кажется, еще не сильно распространилась, но парочка глаз светила особенно ярко… — резюмировала Элиза недовольно. — Очень хотели узнать, правда ли, что ты такая гулящая…
— Но твое присутствие обломало порыв любознательности, — рассмеялась Ева, намекая на то, что многие не рискуют сплетничать при сестре, она очень резкая и без стеснения ставит на место «Варвар».
— Но это тоже временно, ты же понимаешь? Москва, может, и большой город, но вероятность встретить их на улице очень велика, и как ты будешь выкручиваться? Ладно, они думают, ты в разводе, просто считают испорченной и позором семьи. А Руслану как объяснишь, если кто-то проболтается? Меня рядом не будет, чтобы их заткнуть…
— Вардгес обещал, что на днях будет ясно, что с заявлением.
— А если нет?
— Тогда попробуем снова. Элиз…
Та подняла руки, выставив ладони тыльной стороной вперед:
— Всё-всё, сегодня больше ни слова об этом. Давай накрывать на стол, я уже не могу ждать твоего благоверного. В отличие от него, знаешь ли, у меня растущий организм. Питаться надо монументально.
— Лилит и Левон точно не приедут? Это не очередной ваш внезапный сюрприз?
Ближе всех из внушительного генофонда они общались с детьми маминого родного брата, с которыми росли бок о бок, пока дела дяди не взлетели вверх, и он перевез семью в шикарный частный дом. Элиза была на год старше двойняшек, но эта троица по жизни была неразлучна и являла собой знамение разрушения. Еве постоянно приходилось отдуваться за них, если взрослые просили присмотреть. Разница в пять-шесть лет девушку не спасала — ее один черт никто не слушал, слишком те были активными и расположенными к забавам.
— Да нет, честно, Лёв на соревнованиях, Лил — с ним. Это не декорации, ты же видела сзади суматоху, когда они звонили…
— Хорошо, — немного расстроившись, произнесла она в ответ и решительно встала, приступая к сервировке.
Как оказалось, весьма своевременно. Через десять минут вернулся с работы Руслан. Как всегда — слегка удрученный, но пытавшийся скрыть сей факт. Обнял, поцеловал и отправился в душ.
— Классный парень Руслан, а тебе идет костюм, — поддразнила Элиза, когда он присел рядом с Евой, откинувшись на стул.
— Да неужели ты меня хвалишь, Ворона?
— Пытаюсь служить примером, но ты безнадежен — обучаемость обошла стороной. Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты меня так не называл?!
— Не могу удержаться, ты такая же вредная и чернющая…
Ева не могла не улыбаться. Элиза действительно вредничала и сама нарывалась. Вообще, для неё вот такое открытое общение с противоположным полом возможно лишь в том случае, когда она принимает собеседника за «своего пацана», то есть, убеждается, что в ней не видят вожделенный объект завоевания, и расслабляется. Это редкость, ибо сестру без преувеличения можно назвать красивейшей девушкой в её окружении. Наверное, от силы наберется три-четыре случая подобного расположения к кому-то из мужчин. Ведь кто не захочет хотя бы просто пофлиртовать с такой?.. Ну, из тех, что посмелее, конечно. Даже Денис и Тимур, пару раз пересекшиеся с ней, были так впечатлены, что не удержались от поползновений. Только вот…Элиза тут же каменеет и превращается в невыносимую особу. Увы, это вполне себе смахивает на мужененавистничество.
— Не чернее тебя, — закатила глаза та в ответ, — вы, ребята, точно русские? То есть, чистокровные?