Нестандартный формат (СИ)

Отпустив ту с миром, уселась за компьютер и, быстро печатая, заполнила карту. Она уже заканчивала, когда в дверь постучали.
— О, ты уже одна? — Тома вошла и сразу же плюхнулась на диванчик. — У меня больше никого нет. Подождать тебя или ещё занята будешь?
— Есть последняя запись. Потом еду к родителям. Элиза сегодня вернулась из Кейптауна. Хочешь, поехали вместе? Все будут рады.
— Ой, это было бы классно, я по всем соскучилась. А еще эти огурцы соленые…
— Да-да, мама всегда делает с запасом и для тебя, — улыбается Ева, закрывая файл.
— Замётано. Я пока переберу препараты. Позови, как освободишься.
Подруга выпорхнула, а минут через десять явилась постоянная клиентка, с которой весь час прошел быстро и непринужденно.
А еще через час они с Томой входили в родную квартиру Евы, где неизменно пахло ванилином, табаком и весельем. Последнее — странно. Но именно так ей всегда и казалось. Будто озорные искорки в глазах отца, поджигающих атмосферу вокруг него, могли иметь какой-то особенный запах, неподдающийся логике и описанию. Но зато до боли родной и нужный.
Выскочившая из спальни Элиза была привычно взрывной и взбудораженной, лишь слегка изменившись внешне — немного заострились черты, и кожа загорела до золотисто-шоколадного оттенка. Все горячо обнимались и одаривали друг друга торопливыми истосковавшимися взглядами.
А потом был ужин. Много-много информации o городe. Взахлеб. Описание видов на гавань, где постоянно можно было наблюдать, как швартуются навороченные яхты. Дальше сестра принялась за рассказ об острове Роббен с музеем в здании тюрьмы, в стенах которой когда-то был заточен Нельсон Мандела.
— Я так и понял, что вам не до волонтерства было. Какие уж права человека в ЮАР, когда можно скакать с острова на остров, да? — беззлобно поддел её отец.
— Ой, завидуйте молча, товарищ инженер, — в своей манере ответила Элиза, обаятельно улыбнувшись.
А Ева, незаметно подглядывающая за Томой, с неподдельным удивлением отметила, что та не просто уничтожила тарелку с соленьями, но ещё и в перерывах умудрялась закусывать свои любимые огурцы томатным соусом. Симптомы налицо, как говорится. Поймав красноречивый взгляд подруги, Тамара смущенно прикусила губу, и в её взгляде читался ответ на немой вопрос. Да, за эти два с половиной месяца, прошедших со дня свадьбы, они с мужем времени зря не теряли.
Буквально засияв от радости, Ева поспешила заткнуть рот стаканом сокa, чтобы на эмоциях не выдать маленькую тайну.
Ужин, плавно перетекший в чаепитие, закончился, когда часы показывали практически одиннадцать. Благоверный Томы поджидал её внизу, та попрощалась со всеми, и уже в коридоре подруги крепко обнялись, будто это друг с другом они не виделись столько времени.
— Поздравляю, — тихо прошептала Ева.
— Спасибо. Передаю эстафету!
Когда дверь за девушкой закрылась, раздался полный ехидства голос:
— Она ж беременна, да?
Обернувшись к сестре, она укоризненно покачала головой. Элиза и деликатность — вещи несовместимые. Хорошо, что при Тамаре сдержалась.
— Пошли, поболтаем, подруга дней моих суровых, — Еву настойчиво потащили в комнату за руку, посадили на кровать и сели напротив. — Что не так?
Пронзительные глазища сканировали её с особой скрупулезностью.
— В смысле? — насторожилась Ева.
— С тобой. Что не так? Ты изменилась.
Растерянно пожав плечами, девушка развела руками.
— Да? Может, ты просто отвыкла от старшей сестры?
— Ева-а-а! Ты что-то уже успела натворить? — сощурилась.
И они обе разразились смехом после секундного молчания. Главный разбойник их семейства пытался поймать тихоню с поличным. Да уж. Если брать в пример игру «Мафия», именно Элиза всегда была действующим злом, а Ева — мирным жителем.
— Ну, ты же не беременна тоже? — задала вопрос напрямую неугомонная сестра.
Большим усилием воли девушка смогла остаться внешне бесстрастной.
— Не получается, как я хотела. Для ЭКО нужно письменное разрешение мужа. Ты же понимаешь, что это невозможно.
Да, правду не сказала. Но и не соврала. Увильнула, потому что не была готова признаться, что усиленно работает в этом направлении. Чтобы быть беременной. Тоже.
 
— Ну и слава Богу! — искренне обрадовалась Элиза. — Родители ходили сами не свои после твоих заявлений. Меня это устраивало, поскольку в кои-то веки стресс причиняла им не я… Но всё равно их было жаль.
М-да.
Ева знала. И тем хуже ощущала себя в данную минуту, когда по многим причинам была вынуждена скрывать, что от идеи не отказалась. Лишь сместила вектор достижения.
Как об этом рассказать, если и сама пока не понимает ничего?..
* * *
— Приглашаю тебя на свой день рождения в среду.
Его глаза неотрывно наблюдают за ней, пока Ева торопливо облачается в свою одежду, непременно чувствуя неправильность этих действий. Будто произошел какой-то скачок, в результате которого возникла гендерная неразбериха, и теперь женщины используют мужчин, оставляя после секса в гордом одиночестве. И именно в таком режиме и прошли эти два месяца после той памятной ночи.
— В среду? Почему ты не перенес на выходные? — удивилась, но держалась вежливо и отстраненно, понимая, что это не её дело.
— Я не буду праздновать. Просто соберемся здесь. Несколько близких друзей.
Ева ощущала нарастающую неловкость. С одной стороны, как отказать? С другой стороны, как прийти? В качестве кого? Нанимателя осеменителя? Хотя…никого она не нанимала, всё происходит на добровольной основе.
— Э-э…ты уверен, что это будет уместно? — начала осторожно, застегивая последние пуговки.
— Вполне.
Руслан не настаивал. Предоставлял право выбора, и это как раз самое сложное. Обременять вот такой нестандартный формат отношений чем-то дополнительным не хотелось от слова совсем. Условия изначально были такими.
— Я…постараюсь, — произнесла уклончиво, избегая его пронизывающих насквозь взглядов. А это становилось сложнее и сложнее с каждым разом. — С…спокойной ночи.
Чуть было не отблагодарила по привычке, вспомнив вовремя его холодную просьбу больше никогда этого не делать. Руслан тогда вскочил на ноги, схватил её, уже повернувшуюся к выходу из комнаты, за запястье и заставил взглянуть себе в лицо, чеканя тихо и зло:
— Прекрати. Вот эти свои «спасибо». Прекрати раз и навсегда.
Ева лишь кивнула и вырвалась, спеша испариться. Но с тех пор иногда проскальзывал первый слог…прежде чем она успевала спохватиться и исправиться.
Почти как сейчас.
Он не провожал. Всегда оставался лежать в постели, совершенно не обременённый приступом целомудрия, то есть, нагим и неприкрытым. Ева отводила глаза, не позволяя себе лишних созерцаний. И будто убегала.
От себя. От него. От того, что творится между ними. От того, чему нет логического объяснения или названия.
Успешно держала чувства где-то далеко, давно воспользовавшись тумблером.
И это действительно помогало. Помогало делать вид, что всё хорошо.
Работа, дом, вечерние посещения его квартиры. Редкие пропуски ввиду физиологических причин. В таком режиме и протекала её жизнь в последнее время. И Еву, как ни странно, именно такой расклад и устраивал в полной мере.
Сближаться с Русланом она не имела намерений. И с его стороны любое рвение ею пресекалось. Наверное, правильнее было бы не идти к нему на день рождения, но почему-то девушка не смогла так поступить. Мысленно договорившись с собственным нутром, пообещала себе, что заскочит на час, оставив подарок, а затем привычно ретируется.
И здесь встал вопрос с презентом. Что подарить состоятельному мальчику, о котором она ничего не знает?.. Кроме того, что целуется он так, что хочется…забыться сиюсекундно. И приходится напоминать себе, что это непозволительно.
Терзаемая сомнениями, Ева пришла к выводу, что бутылка хорошего алкоголя и собственноручно сотворенный торт вполне сойдут в данных обстоятельствах. И поэтому во вторник после работы девушка пропустила свой вечерний «сеанс», сославшись на дела. А сама с поразительным энтузиазмом собирала двухъярусное лакомство из бисквитов, пропитанных кремом из вареной сгущенки с качественным маслом, украшая всё для контраста клубникой, свежими листьями мяты и кусочками шоколада. Просто. Эффектно. Но главное — чтобы было вкусно.