Девятое зеркало (СИ)

И какая ему разница?
– Да.
– А меня?
Он еще и спрашивает!
– Нет.
– Нет? И что со мной не так, раз я не достоин даже жалости?
– Ты – убийца!
Акар рассмеялся.
– Думаешь, Дерион свят? Знаешь, кем он бывает время от времени? Эмора оставила в нем слишком много от зверя.
– А в тебе от бесчувственного куска гранита?
– Черный габбро. Камень, из которого я создан. Он тверже железа.
– Заметно.
– Заметно? – он коснулся моей щеки ладонью, провел большим пальцем по губам, заставляя окаменеть меня. – Это не значит, что я не умею быть ласковым.
Это прикосновение так напугало меня, что я дернулась
– Отпусти меня домой! Ха-шиир будет меня искать!
– Драгманец? – Беспечно отозвался Акар. – Он убьет тебя, когда придет срок. Люди трусливы, лицемерны и готовы на многое, чтобы спасти свою жизнь.
– Ха-шиир никогда так не поступит. Он найдет другой выход.
– Пусть сообщит мне, когда это случится.
Неужели другого выхода нет? Глупо думать, что Акар не желал освободиться и покинуть мир, созданный Эморой.
Он стянул с моей головы шапку и, невзирая на мои «Эй!» и попытки вернуть искомое, расплел мои волосы, пропустил сквозь пальцы.
– Ты красива, – произнес, заставив меня вспыхнуть. – Твои волосы светлые и мягкие… никогда не видел таких, – он собрал их в кулак. – Длинные и блестящие… – а затем наклонился к моим губам: – Я не стану жалеть тебя. Мне безразлично, кому ты отдашься до меня, станешь чьей-то женой, сбежишь, продашь свою душу, умрешь, в конце концов – это неважно. Я заберу тебя. Ты будешь украшением моего Железного дворца, моим удовольствием, – он с жадностью потянулся к моим губам.
– Акар, пожалуйста, подожди! – взмолилась я. – Сделку! Я предлагаю сделку!
– Сделку? – прошептал он, почти касаясь моих губ своими: – Что еще ты можешь мне предложить, глупая?
И, едва я успела опомниться, коснулся прохладными губами моих губ. Насмерть. Так, что я перестала дышать.
Со всего маху – от души – залепила ему пощечину, и сама завыла от боли. И расплакалась, испугавшись, потому что он обхватил меня руками и плотно прижал к себе.
– Ты что делаешь, девчонка? – Акар попытался снова поцеловать, но я замотала головой и забилась в его руках. – Что ты дергаешься? – попытался перехватить мой взгляд: – Так уж тебе есть разница, девка? С этим твоим драгмнацем иначе? Я что-то делаю не так?… Как с вами нужно, человеческие девы?
Он был так взвинчен моей истерикой, что от удивления я сразу затихла.
И Акар тоже унялся – только взгляд его сиял безумным черным огнем.
Чудовище.
Хуже всех, кого я знала.
Встретив такого, можно возненавидеть всех мужчин разом. Но ведь Ха-шиир не такой, даже близко не такой. И даже Дерион – мимо.
– Отпусти меня домой, – попросила я: – Ты обещал не трогать! Огонь скоро потухнет…
– Будет гореть до самого утра, – недовольно прорычал Акар, грубо спихнул меня на землю и поднялся.
Я шмыгнула носом, понимая, что устала, опустошена и страшно проголодалась.
– Я хочу есть, – сказала с укором. – Мне нужна еда. И тепло. Позволь мне вернуться в замок.
– Ты могла выбрать бессмертие, – бросил на меня хмурый взгляд Акар. – Могла иметь все, что пожелаешь… Ты бы забыла о боли. Но ты хочешь страдать. Отлично. Я устрою тебе это.
Он поднял с земли и надел перчатку, сжал пальцы в кулак. Прошел мимо, вынимая меч из земли – пламя тотчас потухло. Акар убрал оружие в ножны и посмотрел на меня.
– Когда придет срок, кто-то из вас должен быть мертв, девка, иначе умрете оба. Как думаешь, кто это будет?
– Не знаю.
– Еще раз, – зарычал он. – Когда часы на башне пробьют последний раз, кто из вас умрет, учитывая, что у меня тысячу лет не было женщины?
Я отвернулась, уязвленная его словами.
– Как ты думаешь, – он схватил меня за подбородок и развернул к себе мое лицо: – я позволю тебе умереть?
– Не знаю.
– Как думаешь, я заберу тебя у Борогана, Дериона и твоего драгманца, учитывая, что я почти неуязвим? – продолжил Акар, удерживая меня.
– Не знаю.
– Знаешь, проклятье. Ты знаешь.
 
– Нет, – совсем тихо.
– Сегодня я дал слово Борогану, чтобы сохранить твою жизнь, и я сдержу его. Но настанет новый день, дева, и я приду за тобой. И это ты тоже знаешь.
Я взглянула в его глаза, найдя там решимость добиться своего любой ценой. Он сделает это, о боги, сделает!
Мужчина поднял мою шапку и бросил мне в руки. Я растерянно натянула ее на голову и плотнее закуталась в куртку.
Без огня снова ударил и завыл ветер.
– Пошли, – Акар двинулся в ночь, приподнимая меня за шиворот и ставя на ноги. – Шаг в шаг, глупая, не отставай.
Возмущаться его грубости не было смысла, я была в полной его власти и могла лишь копить обиду, надеясь, что когда-нибудь, изолью ее сполна.
Снова взвилась метель, еще сильнее прежнего: ветер сносил с ног, снег ослеплял. И во всем этом безобразии, где-то издали замерцал свет. О, святой Тангор, мы возвращались в замок! Свет становился все ярче, пока я не увидела силуэт – сквозь пургу шел Ха-шиир.
Акар тоже увидел его, но шаг не замедлил.
Мы двигались навстречу другу друг: терпеливо, напряженно и неотвратимо, как две планеты, которым суждено столкнуться.
– Тея! – услышала я рев драгманца.
– Ха-шиир, – прошептала я, неосознанно дернувшись в его сторону.
– Уссаться от радости, – мрачно выдал Акар и предупредил: – Не торопись, – и было в этом столько неприкрытой угрозы, что я всерьез обеспокоилась.
– Пожалуйста, не трогай его, ведь я пошла с тобой добровольно. Мы договаривались! – потребовала я у Акара, но он ничего не ответил.
Когда мы оказались друг напротив друга, Ха-шиир выхватил топор и крикнул:
– Ко мне, Тея!
Лицо его было напряженным и хищным. Ослушаться мог только безумец, но изучив Акара – этого ледяного монстра – я вопросительно взглянула на него, безмолвно спрашивая разрешения.
– Ну давай. Беги, – хозяин гор усмехнулся: – Тея.
Я медленно двинулась к Ха-шииру и спряталась ему за спину. Выдохнула, но, странным образом, в безопасности себя не почувствовала.
– Он не обидел тебя? – голос драгманца был переполнен яростью, а во взгляде считывалось безумие.
Он взглянул на мою руку, заметив царапины и налившееся синевой запястье, и в тот же миг сделал шаг к Акару, замахиваясь топором – разрубит надвое!
И убил бы… любого другого!
Но топор заскрежетал о сталь черного меча Акара, а потом и вовсе был отброшен. Я зажмурилась от ужаса, а затем услышала сдавленный мужской хрип. Распахнув глаза, увидела, что Акар схватил драгманца за горло и поднял над землей.
– Хватит! – закричала я. – Отпусти его!
– Один раз ты уже вступилась за него, – Акар лениво перевел взгляд на меня, сжимая пальцы и заставляя драгманца отчаянно цепляться за жизнь. – Что на этот раз предложишь взамен?
Я онемела от растерянности.
– Я жду, вредина, – поторопил Акар, с безразличием наблюдая, как корчится Ха-шиир, лишенный кислорода.
– Следующей ночью я пойду с тобой в твой Железный дворец!
Он и так придет за мной – сам сказал, так пусть считает, что это моя часть сделки.
– И только-то? – насмешливо вскинул он бровь, раскусив мою хитрость. – Ты ценишь своего драгманца или нет?
Ха-шиир хрипел, пытаясь высвободиться.
– Ценю! – вскричала я. – Ценю очень!
– И?
Ха-шиир беззвучно хватал ртом воздух.
Я моментально подскочила к Акару, приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его прохладным губам, при этом глаза его широко распахнулись, он разжал пальцы, и драгманец упал в снег.
  
Глава 8
 
Мы оба сидели в воде, и наши зубы стучали в унисон.
Мы оба были морально уничтожены. И отмокали в кипятке, слушая, как шипит пар. Молча.
Купальня наполнилась теплом, влага осела на камнях и засверкала на бортиках бассейна.
Ха-шиир переживал свою драму и был глубоко уязвлен, как защитник, воин и мужчина. А я думала о том, что Эмора сотворила Акара очень сильным, и о том, что одолеть его будет невероятно сложно.