Ведьмак (СИ)
Слишком непринужденно выглядел цесаревич, словно не выполнял заклинания, пытаясь пробиться внутрь моего разума. Видимо, не просто так имперская чета славилась сильнейшими магами Империи.
— Это подарок из Амурского княжества, — пояснил я, стараясь говорить и выглядеть беззаботно, не показывая никому боль, которую я испытывал и сколько сил применял, чтобы не пустить постороннего в свою голову. — Николай, можешь пояснить, что именно произошло?
— С радостью. Ваше высочество, познакомьтесь с моим создателем, великим и ужасным, первым в своем роде вампиром — графом Копошем, — радостно проговорил граф, глядя, как Александр наконец достает голову и тут же роняет ее на стол, чуть ли не проломив после удара столешницу. От такого обращения кляп, созданный Мишей из наручей, выпал из ее рта, и голова тут же начала клацать зубами, в надежде дотянуться до руки цесаревича, которую тот непредусмотрительно держал рядом.
— Какого… — похоже, цесаревич смог вернуть контроль и манеры воспитания, поэтому свою речь не продолжил, зато напор на мой многострадальный разум усилился. — Оно что, живое?
— В каком-то изощренном метафизическом плане — да, — ровно проговорил я.
— А почему оно еще живое? — задал, наверное, самый тупой вопрос все еще находившийся в замешательстве цесаревич.
— С этим все очень непросто, но мы работаем над этим, — поморщился вампир.
Немного подумав, я решил испытать одно из заклятий, доставшееся мне после путешествия в Амурское княжество. Оно было многосоставным, и, кажется, шестой ступени, но его преимущество заключалось в том, что для его активации не требовался вербальный ключ-активатор. Как раз то, что мне было необходимо, чтобы не привлекать лишнее внимание. Пока идет ментальная борьба и внешне все друг другу доверяют, пусть все остается именно так.
Под усиливающимся напором магии, направленной на меня, я плел руны, стараясь не терять бдительности и не уйти в медитативное состояние, полностью погрузившись в бессознательное состояние. То, что происходило в реальном мире, было так же важно, как и то, что творилось в моей голове. Щит разума, подпитанный голой силой, пока справлялся, так что нити кружили вокруг, не имея возможности прикоснуться к моей ментальной проекции.
Вампир в это самое время дотошно рассказывал цесаревичу о случившемся, избегая упоминания деликатных тем, в виде инициации Мышкина и историю с Дзюбокко.
Закончив плетение, я резко замкнул руны, полностью покрывая разум непроницаемой стеной, которая обрубила концы всех нитей, уже пробившие мой щит первой ступени. Это должно было принести довольно ощутимую боль, но заклинание я до конца еще не закончил.
Вампир в это же время замолчал, глядя на цесаревича, который внимательно слушал, что-то записывая, особо тщательно делая пометки о всех именах и уточняя внешность предателей, то и дело сверяясь с каким-то списком.
— Какой-то не слишком честный разговор между нами, не так ли? — выдохнул я, ощущая слабость от магического истощения и резко прекратившейся головной боли, оставившей после себя некоторую пустоту.
— Вы о чем? — довольно искренне удивился в очередной раз за этот вечер цесаревич, потирая лоб рукой, словно его внезапно настигла головная боль. Мне этого было достаточно.
— Просто не люблю, когда без моего согласия кто-то пытается проникнуть в мою голову, — улыбнулся я, прикидывая пути отхода и направляя грубым потоком сконцентрированную силу от заклятия обратно его творцу.
Раздался приглушенный вскрик и грохот откуда-то из стены, возле которой не было ничего, а сама стена была пуста, даже картины никакой не было. Мы замерли буквально на несколько мгновений, после чего я сорвался с места и ринулся в сторону стены. Вампир, было, встал на ноги, но притормозил, резко остановившись и пристально посмотрев на цесаревича.
— Вынужденная мера переезда, да? — прошипел вампир, облокачиваясь руками на столешницу и нагибаясь к Александру, который хмуро переводил взгляд с графа на меня.
— Что случилось? — ровно ответил он, доставая из-под стола инфопланшет.
— Я бы не советовал вызывать охрану, — ответил я, сделав несколько шагов назад. — Что за стеной?
— Ничего. Кабинет проверяли перед тем, как разрешить в нем обосноваться. — Цесаревич задумался и бросил инфопланшет на стол, прямо рядом с головой Копоша, которая смогла до него дотянуться и перегрызть тот на две части.
— И проверяли его…
— Доверенные мне люди, — поморщился цесаревич, поднимаясь с кресла. Кристалл все время светился синим светом. Это заметил не только я, но и вампир, который выпрямился и глубоко выдохнул, стараясь успокоиться и перебороть ярость, которая дала толчок к частичной трансформации.
— Кто-то применил заклинание шипа разума на меня, — я повернулся и двинулся в сторону стены, приглядываясь и прислушиваясь к малейшим шорохам. — Сначала я думал, что это вы, ваше высочество, но, как оказалось, к моему облегчению, вы к этому не причастны. Ведь не только я слышал крик и грохот?
— Не только. Что ты сделал? — вампир приблизился ко мне, так же, как и я всматриваясь в стену, ища хоть что-то, что могло бы походить на рычаг или изъян, активирующий скрытый механизм. Я был уверен, что он точно где-то был. Не просто так эту стену оставили полностью чистой и открытой для безопасного прохода.
— Ничего, просто направил обратно весь неизрасходованный магический потенциал, — задумчиво проговорил я, делая шаг вперед вплотную к стене, стараясь найти изъян на ощупь.
Как только я приблизился к стене, то словно перешел незримую черту и почувствовал те неприятные ощущения, которые настигли меня внизу дворца. Блокировка магии в этой части комнаты работала как надо. Но было одно но. Способности вампира и оборотня никуда не исчезали, собственно, как и оружие легко вынималось из ножен.
— А если бы это его убило? — тихо спросил вампир, оборачиваясь на цесаревича, который тоже решил присоединиться к нам и, судя по виду, точно был полон решимости разобраться в том, кто следит за ним без его ведома. Хорошо, что соображает он стремительно, а не тупит, как избалованные имперские наследники.
— Тогда вопрос доверия решился бы сам собой, — пожал я плечами, прислушиваясь. За стеной не доносилось ни единого звука. Либо тот, кому досталось бумерангом по его наглой черепушке уже успел удрать, либо находится в бессознательном состоянии. Закрыв глаза, отключая один из органов чувств, я сумел различить едва слышимое хриплое дыхание. Значит, наш заговорщик был еще жив.
— Надо открыть этот чертов проход, — прошипел цесаревич, делая несколько шагов назад. Он начал плести какую-то руну многосоставного заклинания, которое было мне не знакомо, поэтому я решил отойти в сторону, повинуясь чувству самосохранения.
Произнеся ключ-активатор, цесаревич выпустил белый, переливающийся шар, из которого то и дело били молнии, прямо в сторону стены. Не долетев до нее нескольких метров именно там, где находился атимагический барьер, шар рассыпался в воздухе, не оставляя после себя ничего.