Тайна Ночи Свечей (СИ)

— Я не дезертировал! Ай, больно!
— Прости, так нормально? — ослабив узлы, спросила Клара, усмиряя гнев, полыхнувший во взгляде ее прозрачных, голубых глаз. — Тебе действительно не стоило уезжать и ты знаешь это лучше, чем кто бы то ни было! А Линас — больная тема, потому-то о нем никто и не упоминал. Тера и Эйнар ругаются всякий раз, как он покидает Валардан.
— О, так он еще и у вас дома бывает? Как интересно, но при чем здесь мой отъезд? Объясни толком, я ничего не понимаю, — попросил Ригби, приступая к сбору разбросанных вещей.
— При том, что после твоего ухода Тера сильно изменилась. Как оказалось, из нас троих ты оказывал на нее наибольшее влияние. Придя в себя за пару недель, она пропала на несколько месяцев, предварительно объявив, что раз уж ее покинул лучший друг, она отправится присматривать себе самого надежного и стойкого врага. Сказано это было с ее обычной беспечностью… Мы с Эйнаром решили, что это всего лишь шутка и благополучно забыли о странных словах. Куда важнее было то, что она начала вытворять. За те несколько месяцев, пока мы старались ее отыскать, Серый Ловкач начал набирать такую известность, что без заголовка о его выходках не обходился ни один газетный выпуск. Я боялась, что ее арестуют и повесят, но нет, к счастью, обошлось. Страсти улеглись, Тера вернулась и привезла с собой Линаса… — дойдя до этого момента в своем повествовании, Клара запнулась и стала медленно наматывать на палец длинный локон каштановых волос. Так она делала всякий раз, как ее что-то сильно тревожило или она чувствовала сожаления о чем-то, чего нельзя было вернуть или изменить.
— Похоже, мы подобрались к кульминации! Неужели он стал тиранить ваших соседей, обнося им клумбы и палисадники, а по ночам орать на всю улицу песни собственного сочинения? — решил развеселить, приунывшую от чего-то Клару, Ригби. Сбор вещей продвигался со скрипом, нагибаться за разбросанным по всему кладбищу барахлом, совсем не хотелось, а впереди еще ждало уничтожение следов колдовского ритуала.
— Лучше бы все было именно так, как ты описал! — зло стукнув луком о колено, прошипела, взбешенная неприятными воспоминаниями стекольщица. — Эйнару Линас сразу не понравился, а я была слишком рада ее возвращению и даже не подумала проверить, что за гостя Тера привела в наш дом. Шли месяцы, его визиты стали обычным делом, Эйнар по-прежнему смотрел на крылатого волком и даже не скрывал своего отношения. К сожалению, он так ничего и не выяснил, кроме того, что Линас из благородной старинной гродаринской фамилии. Тера все продолжала временами исчезать, а возвращалась чрезвычайно чем-то довольная. Приносила очередную побрякушкой, до которой ей не было никакого дела, и тут же начинала обдумывать новую кражу. На все наши расспросы она лишь загадочно улыбалась, — комкая в руках плащ, рассказывала Клара, пока Ригби заканчивал уничтожать последние следы, способные навести на мысли о колдовстве или драке.
— О, так она все же забросила свои освободительные движения? — оторвавшись на минуту от своего важного занятия, поинтересовался Ригби.
— Ничего подобного, Корда и Гродарин вскоре взвыли от ее частых налетов. Оказалось, что обворовывает она не всех подряд, а только тех, кто портил жизнь Боривалу и маленьким городкам, не выдерживающим жадности и беспредела столицы. Через некоторое время они с Эйнаром начали посещать город двуликих и всерьез взялись за дело. Жизнь вернулась в прежнее русло. Я даже радовалась, что она нашла нового друга, с которым ей было так легко и спокойно. Линас здорово отвлекал ее. Никаких разговоров о политике королевства и бесконечных краж в дни его приездов не было. Они мирно прогуливались по набережной, Тера носила красивые платья и шляпы, смеялась, с удовольствием принимала участие в обсуждениях всего на свете и неизменно проигрывала ему в шахматы… Как оказалось, за пределами доски шла совсем другая игра, куда более опасная и сложная. Тера в ней вела с таким же сумасшедшим отрывом, как Линас в их безобидных партиях за доской у нас дома. Потому-то ее и не смущали постоянные проигрыши, чему мы так долго удивлялись, — подошла к самому интересному Клара и поднялась с камня, собираясь продолжить путь, так несвоевременно прерванный появлением крылатого дуэлянта.
 
— Неужели она и его обворовывала? — с сомнением в голосе спросил Ригби. Картинка никак не желала складываться и он не мог угадать к чему клонит Клара.
— Хуже, во много раз хуже! Она раз за разом била по его гордому самолюбию и продолжает это делать даже сейчас, когда они стали настоящими друзьями, как мне кажется. Линас ищет ее, Ригби, и однажды обязательно найдет, такой уж у него характер. Он ни за что не отступится, даже спустя десять или двадцать лет, слишком зациклился и втянулся в игру, на кону которой — ее выживание и его престиж. А тут еще их дурацкое пари, — склонившись над Линасом, посетовала Клара. Она как раз вспомнила о том, что они не могут просто так взять и уйти. Крылатого следовало куда-нибудь деть.
— Что?! — придушенно выдохнул шуттанец, до которого наконец дошло, что за игру затеяла его сумасшедшая подруга детства. — Быть такого не может… Как она могла собственноручно притащить к вашему порогу гродаринского ловчего? Они же, как бульдоги, вцепятся — не оторвешь. Прекрасно, теперь я точно должен добить его! Не хватало еще оставлять за ее спиной такого смертельно опасного врага. Да он чуть меня за грань не отправил, а у Теры из боевых навыков лишь колкости и смехотворные пинки по ногам, этого мало, слишком мало, даже для попытки убежать. Он же прикончит ее, если узнает, — засуетился Ригби и выхватил кинжал, намереваясь положить опасному фарсу конец.
— Эйнар тоже хотел его убить, как, впрочем, и я, но Тера поклялась, что мы пожалеем, если по нашей вине с головы ее персонального ловчего упадет хоть один волос. Как видишь, она исполнила старое обещание и отыскала своего самого надежного и стойкого врага. Ей с ним так же интересно, как было с тобой, и она дорожит их странной дружбой. Так что, оставь все как есть и лучше помоги оттащить Линаса в один из склепов. Не хватало еще, чтобы на него наткнулся кто-то из стражников и сорвал нам все дело, — оборвала шуттанца Клара и первая ухватила ловчего за ноги.
Постояв над ненавистным крылатым еще пару секунд с занесенным кинжалом, Ригби вернул оружие на пояс и молча подхватил врага под мышки. Поджарое телосложение с лихвой компенсировал рост и могучие красновато-бурые крылья ловчего, тащить его было тяжело и неудобно. Радовало лишь одно — пункт назначения. Не сговариваясь, они уложили бессознательного гродаринца в один из пустующих гробов и накрыли ветхим покрывалом, сдернутым с массивного саркофага, стоящего по центру склепа. Россыпь вышитых знаков прядильщиков, внушала робкие надежды хотя бы на незначительный вред для крылатого от воздействия силы, растревоженного похоронного колдовства.
— Жаль нечем дверь подпереть, замок не сможет удержать такого надолго. Может еще раз треснуть его для верности? — мстительно предложил Ригби, заканчивая возиться с проржавевшим замком. — И что там за пари? Ты так и не рассказала.
— Его вообще никакая сила не удержит, когда он придет в себя и отправится искать тех, кто с ним так некрасиво поступил, — флегматично ответила Клара, старательно проверяя, все ли свои вещи они забрали с места вынужденной задержки. — А пари — это отдельная головная боль, благодаря которой мы и узнали, кто с таким завидным постоянством просиживает штаны у нас на диване. Эйнар едва не подавился, когда услышал, как Тера в шутку объявила, что выйдет за ловчего, если он наконец-то перестанет позориться и поймает Серого Ловкача. И будто ей было мало этого — еще добавила, что Линасу стоит серьезно поразмыслить над такой удачной возможностью, ведь за нее дают воистину королевское приданное. Так они и заключили свое идиотское пари! — горько подвела итог Клара, отодвигая ветку и устремляясь вглубь кладбища к намеченному ими заранее вековому дубу, приютившемуся у самой ограды.
— Да уж! — емко ответил Ригби, когда к нему вернулся дар речи. — А приданное и правда королевское, Верховные Корды и Гродарина лично скинутся, если ловчий однажды явится требовать награду, полагающуюся за ее голову, — хохотнул шуттанец, понимая, что убийство Верховной Хильды и остальные пункты их сегодняшнего плана — не такая уж безнадежная затея, это всего лишь один из напряженных дней обычной жизни его старинных, неугомонных друзей.