Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 (СИ)

- Это что-то меняет? – жестко оборвал его Шторм. Ответа дожидаться не стал, произнес так, что сразу становилось понятно - не сдвинется: - Нет, не меняет!
- Вроде как отступные за Кэр? - Риман, дослушав откровения Торрека про стоявшую за всей этой чехардой женщину, остановил сделанную на борту особого курьерского запись.
Кроме них в кабинете никого больше не было…
О доверии или недоверии речь не шла, просто… просто эта ноша была уже другого порядка. Запредельного.
- Можешь считать и так, - усмехнулся Шторм.- Если это поможет тебе смириться с действительностью.
Риман скривился, оценив шутку. Расстегнув фиксатор плаща, отбросил его на ближайшее кресло:
- Слышал, у тебя хороший коньяк.
- Не жаловались, - понимающе кивнул Шторм. Отошел к закрытому панелью бару, достал бутылку и стаканы, вернулся к столу. – За курьерским присмотришь? – спросил, плеснув на дно.
- Скинь точку встречи. Приму, - Риман взял свой, направился к окну. Тому самому, где не так давно сидела Элизабет. – Что-то еще?
- Этой парочки тебе мало? – без малейшего намека на «возмущение» уточнил Шторм. Поднял стакан, посмотрел на просвет.
- Парочки? – задумчиво переспросил Риман. Говорили о кодированных домоне и тарсе, которых «притащил» Торрек.
- Информация, которой они владеют…
- Кто кроме меня в курсе? – развернувшись, оборвал его Риман.
- Соболев, Ежов, Орлов, - Шторм отсалютовал стаканом. Сделал глоток, посмаковал… – Это – из наших. Оба императора, Йорг и…
- Можешь не продолжать, - кивнул Риман. – А парнишка?
- Парнишка? – Шторм был само непонимание.
- О Ргое мне известно, - Риман тоже поднес стакан к губам, но вливать в себя коньяк не торопился, наслаждаясь терпким, с легким дымком, ароматом. – О том, что там был самозванец – тоже. А этот – с хорошо отшлифованным даром. Насколько понимаю, мальчишка - один из тех, кто достался капитану Орловой во время рейда в Изумрудную, но не попал к нам.
- Его зовут Милан*, - не удивляясь ни осведомленности, ни сообразительности лиската, подтвердил Шторм. – Ежов говорит, что парень не только одарен, но еще и талантлив.
- Что не отменяет риска, - заметил Риман. Двумя глотками выпил коньяк, поморщился… - Так о чем ты хотел поговорить?
- О будущем, - Шторм не стал ходить вокруг да около. Приглашающе кивнул на бутылку. Когда Риман, отказываясь, качнул головой, налил себе: - Ты же понимаешь, что после войны мы Союзу будем не нужны. Я. Злобин. Воронов. Низморин. Твоя Лиз…
- У тебя есть предложения? – в очередной раз перебил его Риман.
Понимал ли он? Возможно, даже лучше, чем стоявший напротив него генерал. Это сейчас общие проблемы, война, стершая границы и заставившая забыть прошлое. А потом?!
И не важно, что за это самое «потом» еще предстояло побороться, отдавая самое дорогое – время, которое могло бы быть другим. Если не думать об этом сейчас…
- Без конкретики, только мысли… - Шторм отставил стакан, выщелкнул из наручного комма слот. – Посмотришь сам или…
- Или… - Риман отошел от окна. Передвинул кресло, меняя геометрию кабинета, центром которого теперь были они со Штормом. – Ну, давай взглянем, во что ты еще собираешься меня втянуть…
Они были разными… лиската Храма Предназначения и глава Управления контрразведки Коалиционного Штаба, но вот это… когда до всего, до чего могли дотянуться, у них было общим.
Как и будущее, за которое оба были готовы рвать глотки…
Гроза отгромыхала и ушла, оставив после себя пустоту.
Впрочем, пустота была не ее заслугой. Так уже случалось… В прошлом. Настоящем. Кураж, когда наитие на пару с четким расчетом; идеи, от которых у самого дух захватывало, и… тишина. Мертвая. Мрачная. Беспросветная.
Коньяк они с Риманом все-таки оприходовали – осталось хорошо, если на глоток, но сейчас и он мог стать спасением.
Шторм перевернул бутылку, взглядом проследил за ущербной струйкой, стекшей по краю стакана. Когда сорвалась и последняя капля, сбросил тару в утилизатор…
Если бы и остальное… так же… просто…
Спиртное легко скользнуло в глотку, согревая и убеждая в том, что поступил правильно. Лиз не стоило знать о новом задании Кабарги. Риману – о появившейся в ее личном деле отметке.
 
Или…
Не давая себе передумать, набрал вбитый в подкорку код. Дождался, когда восьмерки системы защиты раскроются веером, выдохнул резко… и четко, не позволяя даже мысли о том, что это – расстрельная статья вклиниться в возникшую паузу, произнес: «Я в игре!»
Попавшая в списки на ликвидацию Элизабет была лишь первой, но вряд ли – последней из тех, кто в том, еще не наступившем будущем, мог оказаться опасным для правителей нового мира.
И это была их ошибка! Какой бы сволочью его не считали, своих он никогда не бросал.
Так было. Есть. И… будет!
* «Капитан – Неизбежность».
***
- База «Таркэш». Здесь – третий…
- Здесь – база «Таркэш». Оперативный…
- Ты свой загруз видел?! – «завелась» я, стоило тому появиться на экране.
Пацан… Нет, не пацан, но на серьезный уровень младший офицер с нашивками второго из четырех статусов этой группы совершенно не тянул.
- Закрывай базу, пока не устроил столпотворение, - уже другим тоном продолжила я. - Ситуацию ставлю на контроль. Отправишь транспорт, свяжешься с центром для получения дальнейших указаний.
- Принято, лидер-капитан! – прежде чем отключиться, поднял он на меня взгляд.
Точно – пацан! На физиономии – полное самообладание, а в огромных, только позавидовать, глазищах смесь из смущения и восторга. Ну и неподъемной ответственности, под которой не согнулся лишь благодаря запредельному упрямству.
Одно слово – скайл. Ему бы потребовать поддержку…
Выставив соответствующий код, перетянула к себе данные с других площадок. Передышка первых часов, когда только и оставалось, что гадать: поверят – не поверят, закончилась, возвращая нас пусть и не к хаосу, но к неразберихе - точно.
Таркэш, Эндоран, Куриеш, Стахши, на которой мы сейчас находились, Экариш, Веронши, Харкиши, Гради…
Тема эвакуации в референдуме не стояла – подразумевалась сама собой, лишь выбор: воевать или сдаваться?
Моя нестандартная идея приняла не менее нестандартную форму. Для расы, которая привыкла стрелять на поражение едва ли не вместо последнего предупрежения, решение было очевидным.
Впрочем… Правда о реальном положении дел давалась информканалами без прикрас, позволяя четко взглянуть не только на вопрос о том: жить или не жить, но и о том, как жить. Покидать дом не зная, что ждет на другом конце Галактики, было страшно. Оставаться…
Судьбы Люцении и Окраин оказалось достаточно, чтобы обходилось без лишних вопросов. При том количестве желавших покинуть планету пора было «вешать» аварийный вымпел. Женщины. Дети…
Приоритеты мы выставляли в соответствии с требованием эвакуационного плана.
- Распределительный «Харкиши»… - выбрала я из многих зол меньшее.
- Распределительный «Харкиши» на связи, - раздался в ответ звонкий голосок.
Жрица. Из подопечных Литайи. Самой уже далеко за шестьдесят, а «звенит», как девчонка. Светлая. Яростная…
- База «Харкиши» закрыта до особых распоряжений. Контроль.
- Одиннадцатый. Запрос медицинской помощи. Сектор три-семь…
Демоны его…
- «Харкиши», ждите…, - поставила я канал на удержание. – Джена… - развернула кресло… Джена спала, уронив голову на сложенные на терминале руки.
При всей нашей подготовке держать нужную концентрацию удавалось не дольше двух-трех часов. Позиции кораблей, списки с эвакуационных пунктов, информация с ближних и дальних…
Отрабатывали фактически в модусе координаторов. Состыковать, «увидеть» то, чего еще нет, предугадывая возможные проблемы. Успокоить, надавить, поставить перед фактом, послать… при необходимости.
Медицина действовала отдельно – сидели на своем канале, к нам поступали сведения только по особым случаям, когда выбракову не проходил один из членов эвакуированной семьи. Чаще всего – мать, но, бывало, и дочери…