Темный Лев (СИ)
Мне нужны факты. Нужно имя. Хоть что-то…
Раскрываю ежедневник, а там…
Моя душа страдает в тишине,
В ней буря чувств горит от скуки,
Она не знает, как мне жить во мгле,
Как правильно избавиться от муки.
Она ответы ищет на вопросы,
Терзающие сердце день за днём,
И не находит выхода из ночи,
Все ходит, бродит в темноте кругом.
Кричим мы обе, но безмолвно,
Мечтаем, жаждем об одном,
Чтоб кто-нибудь из этой ночи,
Унес нас по ветру с дождем.
Дочитываю это странное стихотворение, и в ту же секунду мурашками обливаюсь, словно обильным потом. Я, бл... Мурашками!
- Что за крик души? – сдавленно выдыхает Темный. Я чувствую, как он мечется, переживает, а я тем временем секу характер по почерку.
Он у нее почти каллиграфический, причем с мелкими буквами, который указывает на скромность и сдержанность. Точность и четкость написания – определяет ее организованность и дисциплинированность. Слабое давление указывает на уязвимость и чувствительность.
Моя полная противоположность.
Словно завороженный вожу пальцами по грустным строкам, пытаясь понять их истинный смысл.
Кто же ты?
Вместе с этим вопросом тянусь к сумочке на той-же тумбочке. Вынимаю черный кошелёчек и недолго думая раскрываю его. Первое что попадается на глаза – это права, на Романову Ринату Андреевну.
Рината
- Рината Андреевна! – мое плечо так яро кто-то толкает… я не сразу соображаю что происходит вообще. – Вас ищут все! – врезается в сознание голос медсестры.
- Что? – раскрываю глаза и словно добрый молодец, подскакиваю на ноги. – Что такое? – спрашиваю больше саму себя, нежели девушку перед собой.
Чувствую себя вполне нормально, нет усталости, слабости, головокружения. По физическим показателям я вполне здорова. Не успеваю удивиться, как вдруг тревожное воспоминание, словно вспышкой, выдает пугающую информацию. Мне кто-то помог…
Застываю на месте, переводя взгляд на медсестру.
- Кто сюда входил? – взволнованно спрашиваю, расширяя от страха зрачки.
- Я не в курсе! – отвечает растерянно. - Нас только сейчас запустили на этаж, тут же какие-то работы проводились…
- Какие? Кто здесь был? – чуть ли не задыхаясь выталкиваю из себя вопросы.
- Нам не говорили, но вас все ищут… Глав врач всех на уши поставил.
Отчаянно борюсь с внутренним волнением. Видимо, Георгий Степанович хочет выговор сделать, что футболист умер.
Черт!
Делать нечего. Я ведь не бесчувственная тварь. Чувствую за собой ответственность. Поэтому и иду к начальству начиная придумывать достоверное объяснение. Хотя по логике, что тут вообще можно придумать? Все настолько неестественно что даже диагноз никакой не припишешь.
- Георгий Степанович, вызывали? – раскрываю кабинет глав врача.
- Боже, ты где пропала, мы хотели уже полицию вызывать? - возмущено наезжает, поднимаясь с кресла.
- Мне плохо стало, от того, что я увидела футболиста мертвым и сознание потеряла в процедурной, только сейчас очнулась.
Глупо конечно звучит, но это правда, в которой мне не стыдно признаться.
- Сядь! – вдруг командует строго. – В нашей больнице, спецгруппа из департамента здравоохранения. Расследование устроили, хотят с тобой поговорить о случившемся.
Чувство вины поползло вверх по позвоночнику. Почему-то именно сейчас вспоминаются слова футболиста «Не уходи, без тебя я умру». Надо было послушать парня. Возможно он был бы жив.
- Вы сообщили родителям? - задаю свой вопрос, игнорируя оповещение шефа.
Меня не интересует, что кто-то хочет расследование устроить. Я все сделала верно, дважды перепроверила. Парня жалко. Молодой такой…
- Еще пока нечего сообщать, расследование только началось, вскрытие делают.
- Это не моя вина! – заявляю уверенно. – Я все сделала правильно и вскрытие вряд ли что-то выявит.
Мужчина смотрит на меня сочувствующе, однако плечами пожимает.
- Короче, иди в ординаторскую, ее там оккупировали, не подойти.
- Почему в ординаторской? - медленно выдыхаю, ожидая, что сейчас мной завладеет необходимый гнев, после которого по логике, придет сила... Вот только, она так и не приходит. Взамен, тело предательски сковывает страх. Там ведь сумка, адреналин, и еще парочка запрещенных препаратов...
- Иди и узнаешь… - отмахивается от меня, словно моя судьба уже определена.
Так, только без паники, Рината! Помни, что твоей вины нет. Иди с высоко поднятой головой и не подавай вида что тебе страшно.
Выкидываю из головы все мрачные мысли, которые посеял во мне глав врач и, стремительно быстро шагаю по коридору, направляясь в обитель врачей общей хирургии.
Берусь за ручку ординаторской, толчком открываю дверь и тут же чувствую мощное и явно нечеловеческое присутствие. Уж, чей-чей, но обычный людской дух я распознаю на раз, два…
Еще пока даже не вхожу в кабинет, но уже ощущаю непривычное покалывание, точно от оголенного рядом со мной электричества. Оно такое насыщенное, будто поблизости замкнуло линии электропередачи.
Вдох-выдох… Вдох-выдох… Намеренно выравниваю свое сбившееся дыхание, но блин… оттягивать неизбежное нет смысла. Как говорится в народе, «перед смертью не надышишься».
Поэтому бесшумное «Фух…» и я смело переступаю через порог, в надежде что мои догадки останутся всего лишь догадками.
- Добрый день, Рината Андреевна! – гремит властный, до дрожи проникновенный и волнующий голос.
Замираю в тот же миг, пытаясь разобрать непривычные мне чувства.
Не пойму, все тело словно одна сплошная мышца… напрягается, и лишь только шея позволяя прийти в движение, очень медленно, поворачивается в сторону услышавшего будоражащего меня голоса, туда, где расположено мое рабочее место.
Кто ты, боже мой? – спрашиваю себя слушая лишь стук своего неспокойного сердца.
Передо мной стоит ослепительно шикарный, статный, широкоплечий парень. Его волосы настолько темные, что кажутся иссиня-черными. Он буквально вцепился в меня своими необычными, серебристо-серыми глазами, в глубинах которых нет никаких отличительных эмоций, по которым я могла бы что-то разузнать о нем. По его ровному взгляду, невозможно что-либо распознать. Он сплошной, недосягаемый разгадки ребус, состоящий из груды мощнейшей привлекательной плоти.
Он бесспорно человек… Ведь будь он иным, я увидела бы в нем ту проклятую зависимость, которой обладают подобные.
И боже… он самый красивый мужчина из всех, что я когда-либо видела. Да и теперь вряд ли увижу, судя по его меняющемуся взгляду, что моя жизнь вот-вот преждевременно оборвется.
- Закройте дверь! – неожиданно быстро попросит парень, хмуря свои идеально высеченные густые брови. Вздрагиваю, точно от ледяного хлесткого приказа. Хотя ловлю себя на мысли, что его тон довольно-таки сдержан и в принципе безобиден, но мне почему-то становится необъяснимо больно от исходящего холода в его голосе.
Торопливо повинуюсь, хотя по своей сути, я не та личность, которой можно управлять словно марионеткой дергая за ниточки. Но, прикусив нижнюю губу, дабы не дай бог, неожиданно не вскрикнуть и не издать вообще ни звука, плотно закрываю дверь.
- Кто вы? – выталкиваю рвано. Голос словно не мой и он, даже не от страха дрожит. Понимаю, что передо мной, вроде как, обычный парень, вот только его бешеная энергетика, словно молотком к полу прибивает. От него столько всего можно ощутить…
- Я, Темный Лев Тимурович! – протягивает мне руку и я, вот совсем не сопротивляясь, крепко обхватываю ее.
Мое тело буквально воспламеняется от нашего резкого соприкосновения, пробуждая во мне то, что я думала, никогда не оживет снова. Желание. На каких-то необъяснимых инстинктах, еще крепче сжимаю твердую ладонь, а после делаю не менее глупою ошибку – шагаю ближе.
Парень заметно напрягается передо мной, его легкие вбирают в себя окружающий нас воздух и там же застревают, потому что выдоха я не слышу.