Украденная субмарина. К-129

Прибыв на место старта (300 км от берегов Северной Англии или США), команда подводной лодки переводит контейнер из горизонтального в вертикальное положение (путем заполнения водой балластных цистерн). В контейнер перебираются два моряка и начинают предстартовую подготовку. Главным образом она заключается в заправке ракеты. Это довольно длительная процедура, не менее полутора-двух часов, в течение которой лодка должна была подвергаться всем опасностям нахождения на поверхности. Со спиртом проблем нет, а вот окислитель — 6 т жидкого кислорода — хранился в большом сосуде Дьюара, а контейнер был снабжен дренажной системой. Аналогичная емкость предназначалась для третьего реагента — пергидроля. Перекись водорода вращала турбонасосы топлива и окислителя. Ей тоже нужен постоянный отвод испарений. Старт производился по кабелю изнутри субмарины. Хранилище было оборудовано специальными контрольными устройствами и измерительными приборами, оснащено комплектом запасных частей. Электроэнергией плавучее хранилище снабжалось с подводной лодки, которая находилась поблизости. Обслуживающий персонал незадолго до старта покидал хранилище и возвращался на подводную лодку. Старт управлялся по кабелю изнутри субмарины. Ракета двигалась по направляющим, а истекающие газы отводились по специальным путям.
Согласно протоколу совещания в Пенемюнде 9 декабря 1944 г., на судоверфи «Вулкан» в Штеттине планировалось построить три стартовые платформы. И какие-то следы этих контейнеров достались советскому командованию после захвата территории Польши. Авторы книги «Тогда в Пенемюнде» утверждают, что «Советы в 50-х годах пустили этот проект в дело».
В буквальном смысле подводная буксировка, конечно, нонсенс. Только представьте связку из трех сигар, сопоставимую по Длине и водоизмещению с самой лодкой! Даже на реке непросто буксировать караван барж. А под водой — как всплывать и погружаться с такой гирляндой, как заставить ее удерживать нужную глубину? Наконец, обрыв коренного буксира означает потерю сразу всех ракет…
И все-таки немцы правы: в СССР не прошли мимо морского ракетного футляра. Трофейную идею реализовали вначале в сухопутном варианте — для подземных пусковых шахт РВСН, а затем и под водой. Если ракету нельзя буксировать за кормой, ее можно пристыковать к корпусу подлодки. В нужный момент шахты поворачиваются на 90 градусов и становятся вертикально. Именно такая компоновка — восемь пусковых установок комплекса Д-4 — первоначально планировалась на ПЛАРБ пр. 667. Как знать, если бы при демонстрации модели нового атомного ракетоносцы Н.С. Хрущеву шахты не заклинило, идею с определенно германскими корнями могли реализовать. Как собирались построить ракетно-ядерную мину — одиночную пусковую шахту. Ее предполагалось ставить на якорь вблизи побережья противника. Старт можно было назначить через несколько часов и Даже суток, чтобы подлодка-буксировщик могла заблаговременно уйти на безопасное расстояние. Советский Генштаб смутила лишь необратимость процесса. Доверять ядерный удар роботу сочли слишком рискованным.
Но верно ли утверждение немецких авторов, что ракетные «футляры» на верфи в Штеттине не были построены? Вернеру фон Брауну этот вопрос в США задавали чаще других. И вот почему.
Ночью 29 ноября 1944 г. у мыса Ханкук-Пойнт в заливе Мэйн на восточном побережье США всплыла германская субмарина У-1230. (Тип 1ХС/40, киль заложен 15 мая 1943 г. флаг поднят 26 января 1944 г., командир капитан-лейтенант Ганс Хильбиг. Первое боевое патрулирование в составе 33-й флотилии.) Она вышла из норвежского порта Хортен 8 октября 1944 г., имея на борту германских агентов. Совершила переход через Атлантику за 51 день. На резиновой шлюпке были высажены на берег два человека. Никем не замеченные, они уничтожили лодку, и, подхватив сумки со снаряжением, разошлись в разные стороны. Так началась операция «Эльстер», подготовленная отделом диверсий Главного управления имперской безопасности (РСХА).
Руководил операцией опытный немецкий агент Эрих Гимпель. По специальности радиоинженер, он с 1935 г. занимался разведывательной деятельностью в Англии и США, был резидентом-нелегалом в Перу. Его напарник Уильям Колпаг, американец немецкого происхождения, завербованный германским консулом в Бостоне, закончил Массачусетский технологический институт и военно-морскую школу, через Аргентину и Португалию переправлен в Германию. Вместе с Гимпелем прошел специальную подготовку в одной из секретных лабораторий концерна «Сименс-Шуккерт». Там их обучили наведению ракет на цель с помощью радиосигналов. Предполагалось, что целью должен стать один из грандиозных небоскребов в Нью-Йорке, желательно знаменитый Эмпайр Стейтс Билдинг. По замыслу руководства фашистской Германии, если заранее широко объявить о точном времени ракетной атаки, сокрушительный удар по этому величественному зданию вызовет панику и заставит правительство США, чувствительное к реакции масс, выйти из войны.
 
Оба диверсанта благополучно добрались до Нью-Йорка и начали пытаться найти работу в высотных зданиях. «Легенда» Кол-пага показалась подозрительной, и его задержали. На первом же допросе неопытный агент СД с головой выдал себя, свое задание, а заодно и Гимпеля. Но его адреса он не знал — каждый из диверсантов действовал самостоятельно. Гимпель, как опытный разведчик, преуспел. Ему удалось поступить на службу в экскурсионное бюро на том самом 102-м этаже «Эмпайр», на который их нацеливал Берлин. На поиски Гимпеля ФБР бросил тысячи агентов. А он отправил шифровку об успехе первого шага операции и четыре недели скромно, не привлекая к себе внимание, жил в отеле «Пенсильвания».
Его, наверное, никогда бы не нашли, если бы не скверная привычка грубо засовывать деньги в верхний карман пиджака. Эту характерную примету вытянули на допросе из Колпа-га, и в самый канун Рождества, по сигналу владельца газетного киоска, удалось задержать прилично одетого джентльмена, который небрежно сунул сдачу за журнал «Лайф» в свой нагрудный карман.
Обоих нацистских агентов предали суду за подготовку диверсии, однако в Госдепартаменте США не было единства взглядов на этот шпионский инцидент. Ряд видных чиновников считал, что Гитлер и его окружение блефуют, пытаясь запугать американцев угрозой ракетного нападения. В то же время пленные показали, что в Германии ведутся работы по оснащению ракетами подлодок новых типов. Вдобавок был обнаружен интенсивный радиообмен корабельных германских радиостанций в Северной Атлантике.
Командующий Атлантическим флотом США адмирал Ингрем отважился на мужественный шаг. В декабре 1944 г. он собрал одну из самых сенсационных пресс-конференций в истории страны и объявил журналистам, что немцы готовят ракетный удар из-под воды по восточному побережью Соединенных Штатов. Адмирал был откровенен: флот предпримет все возможное, но прорыв нескольких субмарин не исключен. Они могут запустить около дюжины баллистических ракет. Адмирал назвал даже сроки — в течение ближайшего месяца или двух.
Это предупреждение, исключительное по своей откровенности, передали все крупнейшие агентства новостей. Власти Нью-Йорка призвали население помочь флоту и предупредили, что природа нового оружия делает светомаскировку бессмысленной. Отсутствие уличного освещения только осложнит работу пожарных и спасателей. Насколько могли, американцы активизировали свои, скромные в то время, разведывательные возможности в Европе. Данные поступили тревожные: на норвежских базах «Кригсмарине» развернута интенсивная подготовка к операции под кодовым названием «Морской волк».
Адмирал Ингрем выслал в Атлантику 42 эсминца и 6 авианосцев. И им удалось уничтожить пять субмарин — U-518, U-546, Й-880, U-881 и U-1235. Но две лодки все же прорвали кордоны американского флота. 13 мая U-805, и U-858 19 мая сдались американцам, узнав об окончании войны. Командиры заявили о том, Что никаких планов подвергнуть Америку ракетному обстрелу у них не было. Никаких признаков присутствия ракет на борту также не нашли, на том и успокоились.