Один шаг до перемен (СИ)
– А что за ящик Роман притащил?
– Там должен быть прибор для ультразвукового обследования.
– Даже так! Как все основательно!
– А ты что хотела? Чтобы повез тебя в клинику? Или в женскую консультацию? И без паспорта?
– А обследоваться обязательно? Имею в виду, что раньше-то женщины как-то…
– Раньше они и в поле рожали. Но это не про тебя. Пойдем, уже приглашает. И не смотри на меня так, точно веду на казнь.
И через несколько минут после этого нам сообщили, что в следующем году станем родителями. И мы потеряли дар речи, когда смотрели на крохотную точку-пятнышко на экране монитора. Это нам показывали нашего ребенка.
– Это у тебя слезы радости, надеюсь, – стер с моей щеки каплю и оставленный ею мокрый след Дима, когда мы уже сидели с ним снова в гостиной, а Роман проводил до ворот отбывшего медика.
– Ты, правда, хочешь этого ребенка? – в моем голосе сквозило недоверие. – Или ведешь теперь себя так из духа противоречия?
– Что?!
– Мне кажется, что заподозрил меня в отсутствии желания рожать, вот и…
– А ты не хочешь рожать? – глаза сделались стальными, а сам весь напрягся.
– И вечно мы так мило с тобой беседуем! Всегда одно и то же! – я тоже начала свирепеть. – Я тебе вопрос задаю, а ты мне его возвращаешь, и так далее, но ответов никогда не дождемся.
– Нет, ты мне ответь! Ты, сама, хочешь моего сына?
– Почему это сразу сына?! А если это девочка, то и не нужна тебе станет?
– Сдурела?! И вот кто сейчас на один вопрос ответил двумя?
– Господи! – попыталась оттолкнуть от себя Дмитрия, но не преуспела в этом, оттого и подняла глаза к потолку. – И за что нам такое? Почти ни по одному вопросу не можем прийти к общему мнению, а нам послали общего ребенка.
– Что значит, послали? Кто послал? Мы его сами сотворили. Кстати. В постели у нас с тобой все всегда ладно.
– Разве что, только там.
– Ага, не отрицаешь. Уже достижение. Смотришь, и дальше еще что-то положительное найдется в нашей совместной жизни. Вот посидим еще с часок, возможно, и докопаемся.
– Балагуришь? А у нас с тобой проблема на проблеме! И к ним до кучи теперь еще и младенец добавится. Смекаешь, во что все может обернуться? Меня какие-то бандиты преследуют, а я теперь в тягости.
– Что ты переполошилась? Скрываться и убегать от них тебе не потребуется. Ты здесь надежно спрятана. А вот об остальном мне следует позаботиться.
– Это о чем? Не пугай меня, Дима. Что ты еще задумал?
– Ничего особенного. Просто решил, что нам надо скорее расписаться. Чтобы ребенок был законнорожденным.
– Вот оно! Дождалась, называется!
– Что ты снова беленишься? Чем снова не довольна? Разве я не дело сказал?
– Как тебе сказать? – прищурилась на него. – Только не о таком мечтают все женщины.
– В смысле? Не понял. Не обо мне и не о таком мечтают?
– Ты-то здесь причем? У меня полный крах мечтаний, а он о себе любимом!
– Ты мне тут не дури! Какой еще крах у тебя?
– Разве, так женщины мечтают замуж выходить? А я вот, пожалуйста, влипла.
– Ты меня сейчас обидеть хотела? Что значит, влипла?
– Вот оно! Только о себе и говоришь. А у меня теперь, может, ничего романтического в жизни не предвидится. Ни на колено передо мной никто не встанет, ни…
– Это точно. Больше никто. За меня замуж пойдешь, – и кому я все говорила? Да от него все отскакивало, как от стены. – А вот что делать с твоим паспортом? Это проблема. Но я ее решу. Завтра же и начну решать.
– Ага! И засыпишь нас в одно мгновение. Думаешь, мне не приходило в голову послать запрос и заявление в паспортный стол? Тут же меня расконспирируешь.
– Не волнуйся, детка! Предоставь своему жениху решить этот вопрос.
– По фальшивому документу замуж не пойду. Сразу предупреждаю. Не хватало мне еще на эту тему от страха с ума сходить. А с тебя станется, и папенька твой… Ой, прости. Я только хотела спросить об одной вещи, ничего больше. От Леонида Павловича не было вестей?
– Не было, – весь такой хмурый поднялся с места. – Вставай, давай.
– Ткачев, что ты задумал? На ночь глядя…
– Именно. Ночь уже на дворе. А у меня невеста беременная, и ей надо режим соблюдать. Спать пошли, Ира.
И жизнь продолжилась. Но вот погода основательно испортилась. Начиная со следующего дня и на целую неделю, зарядил дождь. На улице сделалось уныло: небо серое, моросящая влага сыпалась беспрестанно, бутоны цветов напитались ею и повисли, отяжелев. Выходить в сад не было никакой охоты.
– Тебе надо гулять! – таким вот занудой оказался Ткачев. – Вполне можешь под зонтом дойти до беседки, а там нисколько не капает. Одеться только не забудь потеплее.
Он как помешался на соблюдении разных правил для женщин в моем положении. Где и когда только успел их набраться? Хотя, о чем это я? В наш век информация о чем угодно добывалась одним нажатием клавиши на компьютерной мыши. Это я была в заточении: ни тебе телефона, ни интернета.
– Ты сок сегодня пила? Творог ела? А кто белье вешал? С ума сошла, на табурет вставать и руки высоко поднимать?
– Дима! Я не вынесу такого тебя еще семь месяцев.
– Куда ты денешься! И потом, думаешь, это будет твоя единственная беременность? Детка! Я намерен один только раз жениться, а детей хочу много.
– Это как? Это сколько?
– Например, троих. Что так сморщилась? Хорошо, возможно потом и сойдемся на двоих.
– Этого-то никак не узаконить! А ты еще, о чем говоришь?
– Не волнуйся, я работаю над проблемой. Лучше мне скажи, какую свадьбу ты хочешь.
– Как это? Про платье белое спрашиваешь, машины с лентами и цветами, про гостей и ресторан? А как же мои враги? Нет, ты специально раны мои бередишь? Да самое большое, что мне в этих обстоятельствах светит, так это крадущийся поход до ЗАГСа, а потом распитие бутылки шампанского в компании новоиспеченного мужа и Романа. Ну, икрой черной можно закусить…
– Шампанское тебе, детка, ни капли, не светит.
– Вот! Так и знала, что это сейчас сказал бы! Просто тебя проверяла. А ты!..
– А я весь город избегал, старался как-то обойти проблему отсутствия у тебя паспорта.
– И что? Успешно? По твоему лицу вижу, что рожать мне, а так же и дальше жить во грехе.
– Вот уж нет! Я не я буду, если не добьюсь нашей регистрации в срок. А еще подумываю о безопасной свадьбе. И будет тогда тебе, детка и белое платье, и…
– Предупреждаю сразу! С огромным животом в ЗАГС не поеду, – сказала, как отрезала, такой стали в голосе, что послышалась, даже и представить у себя не могла. – Стыдно мне это очень. Лучше уж никак, чем так!
– Я от тебя с ума сойду. То она таилась, теперь мне временной счетчик выставила. Обалдеть!
– А ты как думал? Сделал меня беременной, вот теперь и получи. Не знал, что женщины в этом положении всегда невыносимы, так как привередливы и капризны. А все оттого, что организм их испытывает перегрузки и перестройки, вот у них все и болит.
– Это правда? Что у тебя, детка, болит? Не скрывай от меня ничего. Если что, то вызову врача. Того самого, что уже тебя осматривал. Он тебе, вроде бы, понравился?
– Отстань! Не нужен мне врач. Просто, я как бы места себе не нахожу, все думаю, думаю…
– Э…не надо тебе много размышлять. Я все улажу. Доверься мне только.
Но у него, скорее всего, ничего с паспортом так и не получалось. Иначе, отчего ему было выглядеть угрюмым? И еще темы про регистрацию всячески избегал. О чем угодно мог говорить за ужином и после, но только не об этом. Это его мрачное состояние передалось и мне, я тоже вдруг впала в депрессию. Да и как иначе, при моих-то жизненных обстоятельствах. И вот, спустя неделю, явился, как-то вечером и вдруг порадовал меня сияющим видом.
– Ира! – закричал на весь двор еще от машины. – Как дела?
А мне подумалось: «С чего бы такое оживление? Неужели, дело сдвинулось с мертвой точки?» Но радоваться только от одного его улыбающегося лица не стала, решила с этим не спешить. Следовало дождаться объяснений. Мало ли, что его так веселило?