Один шаг до перемен (СИ)
– Оставь при себе свой телефон, – посмотрел на меня строго и этим взглядом остановил дальнейшие трепыхания. – Что-нибудь еще не забыла мне рассказать?
– Все выдала. Без утайки, – закрутила головой. – Дим, а ты Селиверстову звонил? И что? Вот и у меня не получилось дозвониться. Как считаешь, что это все значит?
– Нам надо сейчас поехать в коттеджный поселок. Я так считаю. А ты?
– А я боюсь.
– Это понятно. Но теперь ты не одна. Со мной поедешь? Что так насторожилась? Не доверяешь?
– Нет…просто…я же единственный уцелевший свидетель…
– Детективов насмотрелась?
– Начиталась. Когда-то. А теперь вот…
– Брось! В жизни такого не бывает, что в книгах пишут.
– А как бывает? – я склонна была, все же, ему верить. Оттого и уставилась в серые глаза со всем своим вниманием. А еще прямо вся подалась вперед. К нему.
– Увидим, – отчего-то он на меня прищурился. – Я голоден. Позавтракать не успел. Составишь мне компанию? Тем более что скоро время обеда.
– Можно, – утвердительно качнула головой, вспомнив, что в моем кошельке почти что пусто, а тут наверняка платил бы он. На всю оставшуюся жизнь не наелась бы сейчас, конечно, но…мне следовало думать о пропитании со всей серьезностью.
– Вот и отлично, – откинулся Дмитрий к спинке дивана, в первый раз за время нашего разговора расслабившись. – Что тут у них есть хорошего?
Откушали мы с аппетитом. И он, и я. Когда вышли на улицу, Ткачев начал ловить такси. Я некоторое время стояла рядом и рассеянно водила взглядом по нему, по проезжающему мимо транспорту, по улице, прохожим и потом уперлась глазами в витрину магазина напротив. И тут меня озарило. А не сменить ли мне хоть немного облик? Ведь, мы собирались на место, так сказать, преступления! От этого начало улетучиваться осоловелое состояние, вызванное моим перееданием, и в голову снова полезли мысли о том, что по-прежнему, возможно, являлась свидетелем чужого преступления. Вот я и припустила к переходу, что был неподалеку, собираясь оказаться побыстрее на той стороне улицы.
– Куда?! Ира! – крикнул мне в спину Дмитрий.
– Сейчас! Пять минут! – спешно махнула ему рукой. А сама тем временем соображала, что на новый наряд денег не было, а вот шляпу купить, хоть бы и вон ту, безобразно огромную и совсем не из итальянской соломки, не помешало бы.
Он догнал меня уже в магазине. Я к тому времени успела поинтересоваться ценой монстра с широченными полями и приступила к примерке. Скрутила для этого волосы в тугой жгут и пихала их под шляпу.
– Как тебе видок? – обращалась к Ткачеву, но поглощена была собственным отражением в зеркале. – Неузнаваемо! Правда?
– Что это тебе приспичило мерить это безобразие? – встал за моей спиной, и тогда встретилась глазами и с его отражением. – А, а! Понял! Маскируешься! Чушь! Я бы тебя в любом одеянии и с любого расстояния узнал, – вот так он меня в тот момент не порадовал.
– С чего бы это? – посмотрела на него с недоверием. Но долго и тщательно над его словами не задумывалась. – Но…тогда же, была ночь. Поздняя. Он видел меня одно лишь мгновение в лицо, а потом только в спину. И я постоянно была в движении. Бегала, как заяц между стволов деревьев. Учитывая это и плохое освещение…
– Вот и не нужна тебе эта шляпа, – сказал он с уверенностью.
– Нужна! – он только фыркнул на мое упрямство. – Так надежнее, что не узнает.
– Значит, все же думаешь, что тебя кто-то подстерегает?
– А ты? Что ты думаешь, Ткачев?
Мой вопрос заставил его отвести глаза, куда-то в сторону подставок под те самые шляпы.
– Приедем и разберемся. Ты это берешь? – ткнул пальцем в головной убор в моих руках.
– Беру. И погода подходящая…чтобы это носить, – покосилась на лучи солнца, что проникли в магазин через стеклянную витрину.
– Ну, как знаешь. Иди на выход, а я оплачу.
И вот я в огромном соломенном ужасе забиралась в такси. Надо признать, что с трудом. Пришлось оттянуть поля шляпы вниз и придерживать их двумя руками, чтобы пройти в дверь. Нет, чтобы снять! Но тогда, по всей видимости, голова не стала еще работать совсем правильно, вот я и ломилась в тесный салон, чуть, ни с тазом на голове. Еще, конечно, упрямство сыграло роль. Оно у меня иногда взбрыкивало под такими взглядами, каким в тот момент меня мерил Ткачев. Этот тип надо мной насмехался. Вот я и уперлась.
Но усесться у меня, все же, получилось. А как заняла место на заднем сиденье, так и вспомнила, куда мы ехали. Опять вспомнила. И мне очень захотелось обратиться к Дмитрию, севшему рядом со мной, с просьбой. Пусть бы он один съездил к дому своего знакомого. А я бы его где-нибудь подождала. Мне все равно было, где. Где бы сказал. И за этим я повернула к нему голову, и посмотрела на его профиль. Правильные черты лица. Волевой подбородок. Глаза были сосредоточены на чем-то впереди. За дорогой, наверное, следил.
– Что? – вдруг перевел их на меня. – Почему опять на меня так смотришь?
– Как? – растерялась я в первый момент. – А…у меня…тут мысль появилась.
– Трусишь? – угадал Ткачев мое состояние.
– Да, – созналась моментально и еще приготовилась выложить ему всю правду о моих страхах. – Ты понимаешь…тут такое дело…
– Зря, – покачал на меня головой, точно хотел пожурить. – Если честно, Ира, то мне представляется, что приедем сейчас к твоему работодателю, а он плавает себе в бассейне или…
– Ты, что же, мне не поверил?!
– Не то! Просто думаю, что у тебя разыгралось воображение. А на самом деле…
– Хорошо. Не станем это обсуждать. Приедем и разберемся.
И я от него отвернулась. Сидела, смотрела в стекло, вся такая прямая и несгибаемая. Но, спустя пять минут наблюдения за улицами, мелькающими за окном автомобиля, мне показалось, что слегка прикрыла глаза, и только. Оказалось, что стоило мне смежить веки, как погрузилась в сон. В такой глубокий, что в себя никак не могла прийти, даже, когда машина остановилась перед въездными воротами в коттеджный поселок.
– А…что? Где мы? – вскинула голову и заморгала, почувствовав легкий толчок.
Так вышло, что голова моя покоилась все время пути на плече Ткачева, а шляпу рассмотрела у него на коленях.
– Ты нисколько не спала этой ночью и утром? – в его голосе была, или мне послышалось, озабоченность.
– Я же тебе рассказывала, – постаралась принять вертикальное положение и поправила на себе платье. Шляпу тоже цапнула и притянула к груди. – Знаешь, мне кажется, что подъезжать близко к дому будет неправильно.
– То есть?
– Надо выйти здесь. И дойти до дома пешком.
– Зачем?
– Так надо. Что тебе стоит со мной согласиться?
– Идти же придется около километра. Ты видишь, какие здесь земельные участки? Все равно настаиваешь? Ладно. Но проедем вперед еще немного.
Мы вышли из такси и отпустили машину за четыре участка до нашего. И дальше Дмитрий пошел один. Я наотрез отказалась следовать за ним. А уселась на скамью с кованой спинкой, забравшись в тень росшего рядом дерева.
– Точно здесь останешься? – с сомнением посмотрел он на меня перед уходом. – Странно, что к дому со мной вместе ты идти боишься, а сидеть здесь в гордом одиночестве тебе ничего, сойдет.
– Я здесь буду не одна. Видишь тех двух теток? Да, там. Они же неподалеку стоят. И по их виду беседа у них только началась. Так что, не думай, они здесь еще не менее получаса простоят, языками зацепившись. Ты же не будешь отсутствовать долго, правда?
– Думаю, что нет.
Тетки действительно были увлечены своей беседой. И скоро некоторые фрагменты их разговора начали долетать и до меня. Когда Дмитрий отошел и скрылся за поворотом, я натянула шляпу глубже на голову и приготовилась его ждать. Но фраза про дом номер сто пятьдесят вывела меня вскоре из задумчивого состояния и заставила напрячь слух. Ведь это был номер участка Селиверстова. Ясно, что мне стало жизненно важно вострить уши в сторону соседок.
– Так что же там случилось на самом деле? – спросила та, что была выше ростом.