Крыло (СИ)

— И о том, что замки камер невозможно вскрыть изнутри ты, типа, тоже знаешь уже. Тебе дали... — он вновь огляделся. — Типа, ты понял. Дали, да?
Неприятно. Чувствую себя ребёнком, пытающимся утаить от взрослого, что стащил конфету из буфета. Неужели я настолько предсказуем? Нет, даже не я, а Минакуро? Весь их коварный план в лёгкую раскусил первый же достаточно сообразительный заключённый. Как-то это совсем некруто.
Я посмотрел ему в глаза, стараясь показать на лице как можно меньше эмоций, чтобы не показать больше, чем я уже показал.
— А ты, типа, интересный парень, — он откинулся назад, посмотрев на меня насмешливо. — Вроде наивный, типа, первый раз здесь, но я-то вижу глубже. Я тоже, типа, одарённого, только заклинаниями не кидаюсь.
Мне оставалось только молчать, чтобы не сболтнуть ещё чего-нибудь.
— На ночь туда попасть не так уж сложно. Главное, типа, не перестараться. Можно поднять бунт, но это не про тебя. Устроить побег, — он задумчиво взглянул в потолок, обдумывая этот вариант. — Но могут сильно побить перед тем, как бросят в камеру. Или поучаствовать в массовой драке, а лучше — стать её зачинщиком. Но это надо делать вечером, как можно позднее.
Я медленно кивнул:
— И не загреметь вместо карцера в больницу.
— Типа да, — согласился Зак, широко и очень зло улыбнувшись. — Ещё можно побить надзирателя, если силёнок, типа, хватит. Но после этого опять же скорее снова окажешься в конце, чем в карцере.
Поморщился, потирая виски.
— Значит — зачинщик вечерней драки. И почему я уверен, что меня ещё до обеда втянут в неприятности помимо моего желания?
Зак хмуро смотрел куда-то мне за спину. Я оглянулся, не ожидая ничего хорошего от кого бы то ни было, интересующегося моей персоной. И увидел двигающегося прямо к нам заключённого, какого-то неизвестного мне парня.
— Это ещё кто? — вопрос был риторический, ответа я не ждал.
— Новенький, — тем не менее Зак ответил, даже расщедрившись на пояснения. — Поступил вчера. Целой группой сели, их там десяток, типа.
Парень подошёл ко мне и, не обращая внимания на Зака и его людей, прямо потребовал:
— Пойдём. Есть разговор.
Он странный. Неправильный. Что-то отличало его от прочих заключённых. На вид вроде самый обычный подросток, короткие вьющиеся волосы, уморительно серьёзная физиономия, тюремная роба. Всё обычное, но была в нём какая-то неправильность. Кого другого я бы послал настолько далеко, насколько хватило бы фантазии, но не его. Тем не менее просто так выполнять приказ я не собирался:
— С чего бы вдруг?
Он убрал руки за спину, вроде как в жесте миролюбия, аналог поднятых рук моего прошлого мира, и наклонился ко мне, чтобы шепнуть что-то мне на ухо.
— Я от Джейн, — коротко пояснил неизвестный.
Храмовники? Вот уж кого я точно не ожидал здесь увидеть.
— Чем докажешь?
Парень вздохнул и закатил глаза, показывая, что я зря трачу его время.
— Она сказала, что это спросишь. Просто Эстер. Фолеумом называют столицу.
Что ж, теоретически об этом разговоре знали только мы с ней. Не гарантированно, но пока достаточно. Я обернулся на Зака.
— Всё в порядке. Мы немного поболтаем.
Я поднялся и жестом указал на незанятый стол в углу столовой. В другое время я бы предпочёл более удобное место для ведения переговоров, но сейчас тикающий в голове таймер, отсчитывающий время, отведённое мне для придумывания плана побега, давил, заставляя спешить. Понятно, что драку развязать несложно. Но нужно большую драку и в правильное время, а это уже требует дополнительных усилий.
 
— Рассказывай.
Парень нервно оглянулся и снова приблизился ко мне, чтобы шептать почти на ухо.
— После того, что произошло в храме, принятие новых законов об ограничении храмов — вопрос времени. Мы не будем дожидаться. Сегодня ночью все храмы вооружаться и с боями будут покидать города.
Я похолодел.
— Все храмы?
Парень зло улыбнулся:
— Мы давно к этому готовились. Не всё ещё сделано, но откладывать этот момент больше нельзя! Это будет начало новой эры!
Я его притормозил:
— Подожди. Но жрецы уже проиграли. Одарённых больше, борьба бессмысленна.
— Всё не так, брат. Как ты думаешь, почему храмы не уничтожили окончательно? Почему сохранили часть жрецов? Мы нужны им! Мы открыли дорогу магии в тварный мир. Мы же её и закроем.
Ответ породил в моей голове только ворох новых вопросов.
— Ты сказал — городах?
— Именно! Час назначен. Ничего не будет так, как было раньше. Слаженность действий обеспечит нашу победу.
Чувствую, как спину покрывает холодный пот. Только что я думал только о том, как сохранить целостность собственной задницы, оказавшейся в центре каких-то не совсем понятных мне интриг, и вот меня уже подписывают на нечто масштаба гражданской войны. Не спорю, в списках, сочувствующих храмовникам я где-то в первых рядах на данный момент. Но вот так резко всё менять...
— Где Джейн и Хи? С ними всё в порядке?
Парень вернул себе сосредоточенное выражение лица.
— С Джейн всё хорошо, она будет... Участвовать. Химуро сейчас в другом блоке, где держат большинство наших. Ему выдавили глаза, — храмовник зло оскалился, прошептав: — Твари! Но ничего, это излечимо. Ты с нами?
Вот он, чёртов ключевой вопрос. Но если честно, выбор у меня почти очевидный. С одной стороны, туманные перспективы войти в род высокомерных снобов, которые ещё могут не принять меня как своего. А может, если обман раскроется, я вовсе останусь для них хоть и одарённым, но существом второго сорта. К тому же придётся жить в этом террариуме с хищными змеями, где узаконена нищета и цветёт преступность. С другой стороны, храмовники, которые за то короткое время, что я с ними провёл, показали себя с лучшей стороны. Казалось бы, понятно куда нужно идти, но...
Они уходят в подполье, начинают гражданскую войну, с неясными шансами на победу. Опасно. Очень опасно. Но хорошо только там, где нас нет.
— Ясен хрен, я с вами.
Парень удовлетворённо кивнул.
 
— Когда вспыхнут храмы, гарнизону резко станет не до тюрьмы, это даст нам время. Мы атакуем тюремщиков отсюда, чтобы проложить путь к специальному корпусу. Одновременно снаружи ударят наши силы, чтобы обеспечить отход.
Он замер, слегка повернув голову. Мимо нас прошёл один из заключённых. Надзиратели, дежурившие в столовой, уже начали подозрительно посматривать в нашу сторону. Пусть смотрят.