Крыло (СИ)

Юстициарий смотрел на меня не отрываясь, будто оценивал, насколько внимательно я слушаю.
— У нас были вполне легальные способы изъять тебя из храма, для этого не требовалось нарушать закон. Ни один из законов. Всего лишь нужно было бы потратить немного больше времени, и всё. Однако произошло то, что произошло.
Он бросил короткий взгляд на моих спутников. Они всё ещё спали или притворялись, не желая вступать в разговор.
— Вы — преступники. Ты в первую очередь, но и твои друзья успели заработать себе на высшую меру наказания. Тем не менее роль юстициариума не в том, чтобы ловить преступников, а в том, чтобы снижать преступность вообще. Несмотря на серьёзность ваших проступков, вы не являетесь преступниками по сути. Достаточно будет мягких мер, чтобы в ваших головах закрепилась, что наказание всегда следует за преступлением, и вас беспрепятственно можно вернуть в общество. Вы будете жить, соблюдая закон.
Долговязый замолчал, давая мне время обдумать и, возможно, как-то отреагировать на его слова.
— Я всегда стремился жить правильно, — попробовал я подыграть собеседнику. — Но в последнее время не слишком получается.
Он кивнул, приняв такой ответ.
— Я знаю. Люди вроде... Дэвида... позорят нас. Или вроде командора Бронса, устроившего необоснованную резню. Цель моя и моего напарника — очистить юстициариум от подобных личностей.
Честный коп? Не скажу, что такое невозможно. Правда, в нашем случае нужно более развёрнутое определение. Честный коп, которого сильно поимела жизнь, и он уже не просто старается жить честно сам, но готов вытащить палку из задницы и начать бить ей тех, кто понятия честности не соблюдает. Зверь, конечно, очень редкий, занесённый в Красную книгу, но в дикой природе иногда всё же встречается. Очень редко. Поэтому я ему не верю.
— И вы нам в этом поможете, — продолжил долговязый. — Конечно, ваш голос против голоса командора — ничто. И это значит, что нам с вами предстоит поработать вместе. Вы очистите своё имя, и у закона больше не будет к вам вопросов. А мы очистим юстициариум от всех, кому там не место.
Такими были слова этого мужчины. Я вновь открыл глаза, посмотрев на Химуро.
— Я им не верю, — признался парень.
Киваю:
— Правильно делаешь, я тоже не верю. У меня есть более правдоподобная версия: за контроль над юстициариумом борются разные группировки, и претенденты на лидерство хотят сбросить лидера. Или мы просто имеем дело с парой продажных ублюдков, навешавших нам лапши на уши.
Химуро хмыкнул:
— Последний вариант кажется мне самым вероятным.
Пожимаю плечами:
— Не без этого, но тут есть свои положительные стороны. Оставляя нас в живых, они рискуют. Потому что в случае захвата, если нас не убьют на месте, мы про этих хлопцев расскажем. Мы им зачем-то нужны. Нужны настолько сильно, что они готовы пойти на риск. Как минимум на возможное сотрудничество.
Химуро удивился:
— Сотрудничать? С продажными засранцами? Которые нас, вероятно, прихлопнут, как только мы перестанем быть полезными?
Поморщился:
— Согласен, звучит дерьмово. Но если мы просто сбежим, то будем убийцами. Перечислить количество трупов, которые на нас повесят? И напомнить, что нам будет за такой послужной список?
Химуро нахмурился, крыть ему было нечем.
 
— Над тем, что делать с этой ситуацией, мы ещё подумаем. Позже, все втроём, — я решил переключить тему. — Лучше расскажи, что это, мать вашу, было?
Парень криво ухмыльнулся:
— Хочешь так же?
Но я мрачно смотрел ему в глаза:
— Если честно — нет, не хочу. Вы выглядели как звери, потерявшие над собой контроль. А это совсем не то, что я хотел получить, когда проходил ритуал.
Он потерял всякое настроение шутить, уставившись в пол.
— Это... сложно объяснить. Джейн смогла бы лучше, она умничка.
Я не собирался просто так от него отставать:
— Она спит, а ты нет. Я правильно понял, что это нечто вроде одержимости?
Но Химуро отрицательно покачал головой:
— Нет. Ты уже знаешь, что магия чужда тварному миру, — дождавшись моего кивка, он продолжил. — И задача мага, неважно одарённого или посвящённого, не терять над ней контроля. А то, что ты видел... Это осознанное снятие контроля и распределение магической силы, неконтролируемой, по всему телу. Результат... Ты видел. Но вообще он может быть разным.
Я хмыкнул:
— Насчет разного ты верно сказал. Ты свалился, как и говорил. А вот Джейн...
— Я всё слышу. — отозвалась девушка.
Она села и обернулась на нас. Изменения никуда не ушли, хотя в свете масляной лампы тёмные пятна были едва заметны. Химуро тут же бросился к своей подруге и взял её за руку. Вот только Джейн сразу же одернула ладонь, лишь увидев свои когти. Дальше шли обычные нежности из вопросов и слов поддержки, которым я тактично не мешал. Мог бы выйти и постоять снаружи — так и сделал бы, но, к сожалению, нас заперли. Забавно. И то, что нас заперли, и то, что мне оставили пистолет. Юстициарии просто не отвлекались на такую мелочь, как досмотр. Впрочем, после того, что творили мои спутники, обычный пистолет не выглядит такой уж большой угрозой. Да и дверь нас не остановит, если мы захотим выйти.
— Значит, ты предлагаешь подождать? — спросила Джейн, когда они закончили.
— Да. Если у вас есть какие-то друзья, способные нам помочь — рассказывайте, я буду только рад. Или, может быть, есть тайный способ связаться с остальными посвящёнными?
Ничем подобным они похвастаться не могли, что вызвало у меня двоякое ощущение. Тайный ход жрецы предусмотрели, значит, предполагали, что им надо будет воспользоваться. Тогда должны были предусмотреть и дальнейшие действия после побега. Поэтому либо ребята не в курсе... Либо не готовы рассказывать мне. Вынужден предполагать второй вариант.
— У меня есть один знакомый. Бандит. Он с большой вероятностью попытается прибить меня при встрече, после всего, что я натворил. Но если всё же выслушает... — я неопределённо повёл рукой, формулируя мысль. — Скажем так, он мог бы помочь нам скрыться за хорошую плату. А предложить мы ему можем только собственные силы. Одарённые, как я понимаю, на дороге не валяются, так что это его заинтересует.
 
Химуро скривился:
— Менять продажных законников на обычного бандита?
— Замечание дельное, но я не знаю мотивов этой парочки, Химуро, — продолжил я свою мысль. — А мотивы Гоши Корня знаю прекрасно. И попади мы к нему, он точно попробует нас спрятать, а затем использовать. Причём не один раз и с последующим устранением. Он захочет, чтобы мы как можно больше работали на него.