Крыло (СИ)

Сдаваться? После убийства юстициария — отсроченное самоубийство.
— Можете начинать молиться, — предложил я товарищам по несчастью. — Без чуда или божественного вмешательства нам здесь не пройти.
Они переглянулись.
— Божественного вмешательства, говоришь? — спросила Джейн, и мне очень не понравились нотки обречённой решимости, появившиеся в её голосе и лице.
— Их много, — ответил ей Химуро.
И, что характерно, эта фраза не значила: «их много, нас порвут». Тут скорее было: «Их много, заколебемся хоронить». Я, видимо, ещё очень многого не знаю о своих спутниках.
— Вдвоём, — предложила Джейн.
Кажется, часть их диалога прошла мимо меня. Эти двое действительно давно вместе, раз достигли такого взаимопонимания.
— Вместе, — подтвердил парень.
— Вы чего задумали, Бонни и Клайд? — всё же высказал я своё недоумение.
— Кто? — переспросила Джейн, хотя, естественно, они оба меня не поняли.
— Никто. Вы что задумали, спрашиваю, — не даю сбить себя с темы.
Джейн улыбнулась, но грустно. Химуро тоже улыбнулся, мрачно.
— То, что стоит делать лишь в крайнем случае, как сейчас, — ответил он. И начал объяснять — Сейчас мы ненадолго станем очень сильными. На минуту, вряд ли больше. А затем просто свалимся, возможно, оба. Ты хватаешь Джейн...
— Химуро! — возмутилась девушка, хорошо хоть в голос кричать не стала.
— Не спорь...
— Так! — встрял я. — Разберусь на месте. Вы свалитесь, а кто дырку в заборе открывать будет?
Я уже понял, что они практически жертвовать собой собрались. И не собирался их останавливать. Не потому что мне было плевать, а потому что слишком хорошо их понимал. Будь у меня смертельно опасный козырь в рукаве — я бы его выложил. И рискнул бы собой, чтобы помочь им. Моя задача сейчас не переубеждать их, а помочь. Пистолет при мне, и если они завяжут ближний бой, я смогу сделать больше одного выстрела. А затем придумать, как их вытащить. Обоих, если смогу. За ноги свяжу и поволоку по земле, если потребуется, лишь бы отсюда вытащить.
— Мы пробьём стену, — пожал плечами Химуро, будто сообщая очевидное.
— Пф! Как я сам не догадался, это же было очевидно! — Я приподнялся и выглянул из кустов, бегло пересчитывая противников. — Знаю, это прозвучит странно, но...
Смерть — ничто. Жизнь — истина. Я не хочу убивать, не хочу потворствовать убийствам. Не из внезапного человеколюбия, а потому что знаю, что такое перерождение. Но просить их сдерживаться будет наивно, им и так будет непросто.
— Постарайтесь по возможности выжить.
Просьба удивила обоих посвящённых.
— Мы же только за, так-то... — подтвердил Химуро. — Но это уж как получится.
— И то, что мы используем... — Джейн потупилась. — Эту силу сложно контролировать. Мы будем... Не в себе.
— Я знаю, знаю. Всего лишь просьба. И нам пора начинать. Время против нас.
Они оба кивнули и попытались сесть в позу медитации. Потом поняли, что не смогут сесть так, чтобы не торчать из кустов, поэтому разлеглись на земле. Какое-то время я слушал их ровное дыхание, ожидая чего-то.
Первым открыл глаза Химуро. Остекленевшим взглядом смотря прямо перед собой, он сел, стянул с себя верх тоги. Затем сорвал майку. Просто ухватился за ткань и сорвал, открывая грудь, слева, там, где сердце. Прикусил большой палец и приложил его к груди. А затем начал рисовать. Символ, который в моём мире был известен. Трикветр, вписанный в незамкнутую окружность — уроборос. Символика перерождения. Кожа Химуро начала темнеть. Не в том смысле, что стала смуглой, а просто чернеть. Рядом точно так же поднялась Джейн, повторяя такие же действия.
 
Резко похолодало. У меня волосы встали дыбом, чувство было такое, будто чешется затылок. Будто чешется сам мозг где-то под черепом. Я ощутил присутствие того существа. Божества. Но его внимание было направлено не на меня.
Джейн поднялась первой. Символ, нарисованной кровью под оголённой грудью, стал белым рисунком на чёрной коже. Глаза приобрели осмысленное выражение, но лишь для того, чтобы через секунду опасно сощуриться. Рядом поднялся Химуро, также одарив меня многообещающим взглядом. Неприятно, когда твой друг смотрит на тебя то ли с гастрономическим интересом, то ли с желанием сотворить что-нибудь противоестественное и очень болезненное.
Я вжимался в землю, не представляя угрозы. А гарнизонные уже заметили вставших в полный рост подростков. И никаких предупредительных выкриков или выстрелов. Первое заклинание прилетело в ствол дерева, буквально на расстоянии локтя от головы Химуро. Второе врезалось в спину Джейн, судя по брызгам крови. Вот только не похоже, чтобы это доставило ей беспокойство.
Оба подростка оглянулись в сторону агрессии.
Джейн улыбнулась. Такой маньячной улыбки я вживую не видел никогда. Нормальный человек просто неспособен так исказить собственное лицо. Существо, в которое превратилась девушка... Оно жаждало крови.
Они сорвались с места и рывок этот был невозможным, нереальным. Не может живое существо вот так с места разогнаться до скорости в сотню километров в час.
Звук удара и разлетающегося камня стены стал насмешкой над моим наивным представлением о возможном и невозможном.
Перекатившись на живот, я выглянул из кустов. Прикрыть их стрельбой из пистолета? Наивный дурак. Им не нужна моя помощь. Химуро шёл направо, Джейн — налево. Впрочем, слово «шёл» не передавало той доли мгновения, за которую каждый из них перемещался от одного противника к другому. Гарнизонные умирали один за другим, в лучшем случае успев заблокировать один или два удара. Они умирали, это я гарантировал. Потому что мои друзья не просто били, они отрывали головы, разрывали тела на части, и совершали прочие действия, после которых не живут. Моя идиотская просьба была не просто неуместна, она была смешна.
Я забыл считать секунды. Был слишком шокирован, чтобы воспринимать время. Был слишком подавлен явственным ощущением присутствия того, что находится за гранью тварного мира, чтобы ясно соображать.
А затем Химуро рухнул. Просто упал, как стоял. На самом последнем солдате гарнизона. Джейн не обращала на это внимания, занятая в сотне шагов с другой стороны от пробитой в стене дыры. Я вскочил, готовясь стрелять. Гарнизонный отходил от шока каких-то пару секунд, а затем выхватил нож. Его намерения были очевидны и предсказуемы. Я остановился и вскинул пистолет, мысленно молясь, чтобы в оружии не оказалось никаких скрытых подвохов, чтобы было достаточновзвести и нажать на курок .
 
Раздаётся шипящий хлопок выстрела.
Гарнизонный хватается за бок, в который прилетела пуля. Роняет нож и через секунду сам падает на землю. Я уже не спешу, на ходу перезаряжая пистолет. Скрываться смысла нет, Джейн с Химуро подняли столько шума, что стянули сюда всех ближайших гарнизонных. Минута у нас есть, но не больше.