От принцесс одни неприятности (СИ)

Аррон пожал плечами. Он замер, прислонившись к шкафу и кидая изредка взгляды на принцессу.
— И это его все боятся?! — бессилие, злость на себя и всех остальных вылились в крик. Я заметалась по помещению загнанным зверем. — Трус! Только и может, что забирать тех, кто уже не способен сопротивляться! Великий и ужасный Барон! Сбежал, как…
— Эй, полегче! Я вообще-то все слышу.
Мой шаг оборвался на середине. Сердце провалилось куда-то вниз. Одно дело возмущаться в пустоту, и совсем другое — в лицо духу.
Впрочем, я распрямила плечи и обернулась.
— А ты молодец, — Барон хмыкнул, держа в руках…
— Вы ее нашли?! Так просто? — черная маленькая шкатулка матово поблескивала в его пальцах.
— Ну, если ты считаешь, что просто — это существовать со времен сотворения мира, умирать и возвращаться, нести ответственность за мёртвых и, маленький бонус, чуять скопление темной магии — то да. Это было несложно.
Он с любопытством приоткрыл артефакт. Я застыла, боясь того, что он может выпустить, но ничего не случилось. Только глухой хлопок, когда крышка вернулась на место.
— Ты можешь их спасти? — голос Аррона прозвучал в повисшей тишине.
— Могу. Только мне нужна плата.
— Я готов заплатить. Что ты хочешь?
— Э, нет. Не от тебя, — дух обернулся, и внимательный взгляд впился в меня. — Она заплатит.
— Нет. Я тебя позвал, мне и расплачиваться. И отвечать за все, — Аррон стал между мной и Бароном.
В голове лихорадочно мелькали обрывки сказаний, легенд и передаваемых шепотом сплетен. Никто никогда не обмолвился, что он потребовал в уплату деньги или сокровища.
Готова ли я отдать душу?
За Изабель. За малыша Марика. За сотни таких же детей, которые сейчас сгорают по всему городу. За их измученных родителей, которые никогда не простят себе эту смерть — кто-то обязательно уйдёт следом. А тут всего лишь я. Ни семьи, ни детей, ни светлого будущего.
— Я согласна.
Слова сорвались раньше, чем я успела передумать. Точнее, раньше, чем страх сковал бы меня, и я не смогла вымолить ответ.
— Алесандра! — Аррон повернулся и схватил меня за плечи. — Не смей, слышишь!
Я только улыбнулась ему через плечо. Не смогла взглянуть в глаза.
Барон Самеди ответил на мою улыбку.
— Принято.
И щелкнул пальцами.
Впрочем, ничего не случилось. Это заставило его нахмуриться и подойти к постели Изабель. Она все также лежала, недвижимая и покрытая черными пятнами.
Недовольный результатом дух осмотрел ее с ног до головы, кивнул своим мыслям, а потом резко поутихло все освещение.
В комнате, озаряемой лишь робким светом стыдливо заглядывающей луны, стоял уже не мужчина. Древний дух с оголенными костями черепа, в покрытом вековой пылью костюме и с клубящейся вокруг магией.
Что-то похожее я видела тогда в башне, только сейчас тьма была гуще, практически осязаемая. Она сплеталась вокруг принцессы в причудливый живой кокон.
Я дёрнулась, опасаясь за ее жизнь. Не знаю, может хотела остановить то, что меня пугало и вызывало дрожь в коленях. Но твердая рука придержала меня за плечо. Не время. Я сама этого хотела, теперь придётся довериться.
Барон молчал, а магия жила своей жизнью. В повисшей тишине я слышала, как колотится мое сердце. От страха. От надежды. От ожидания.
Сколько прошло времени? Может пара минут, а может час. Все происходящее слилось для меня в одно мгновение. И я даже не заметила, как все кончилось.
Темная магия рассеялась, я смогла вздохнуть и почувствовать, как исчезают с кожи мурашки.
Барон обернулся к нам. Лицо обрело прежние очертания.
— До утра не будить. Сама очнется, — а потом серьёзно взглянул на бывшего Стража. — И ты бы так смог. Если бы развивал свои способности. До меня тебе, конечно, далеко, но все ж силен.
— Так вы знаете, что он — я запнулась, — ваш сын?
На меня посмотрели, будто я сказала самую большую глупость. Хотя, так ли он был не прав?
— Разумеется. Я знаю все, что касается моей магии. И ее носителей.
Хотелось спросить, а сколько их ещё, но я благоразумно промолчала.
— А остальные? — Аррон кивнул в сторону окна, где виднелась опустевшая часть улицы. — Как быть с ними?
 
— Они тоже поправятся. К утру. Ну, все кто еще жив.
Сердце пропустило удар. Перед глазами промелькнуло улыбающееся детское лицо, три пятнышка на запястье и ботиночки на размер больше. Я надеялась, что с ним тоже все будет хорошо.
Дух подошел к столу, где виднелись вырезанные кинжалом и залитые кровью знаки. Провёл рукой над ним, превращая символы в труху, а кровавые линии в смазанные пятна.
— Мне пора. Надеюсь, ты сдержишь свое обещание? — он оглянулся на нас, увидел, что Аррон кивнул, и уже хотел было исчезнуть.
— А плата?
Я боялась этого момента. Понимала, что так правильно — но боялась. И вот эта неопределённость потихоньку съедала меня изнутри.
— Ты так торопишься заплатить? — Барон развел руками. — Не волнуйся, я заберу то, что мне причитается. Просто не сегодня.
Мы остались одни в комнате. Вновь потеплело, а магические светильники заморгали и осветили комнату тусклым светом. И кровать с лежащей на ней девушкой.
Изабель выглядела просто спящей. Я взяла ее руку, но она уже не обжигала меня. Кожа была белая и чистая. Разве что круги, что залегли под глазами, выдавали недавнюю болезнь.
— О каком обещании он говорил? — задала вопрос не оборачиваясь, боясь спустить глаз с мирно спящей девушки. Мне казалось, что стоит отвернуться — и все вернётся вновь.
— Я обещал ему отдать Жреца. У них есть личные счеты.
— Жреца? Но какое дело духу до обычного человека? Пусть он и сволочь редкостная.
— Ты еще не поняла? — мужчина уселся прямо на пол, прислонившись спиной к кровати. — Жрец не обычный человек. И не маг, в привычном понимании этого слова. Точно не скажу, но в нем тоже есть темная магия. Я бы не смог наложить проклятие на шкатулку или на целый город. А он сделал их несколько.
Так мы и просидели до утра. На полу, лишь изредка перебрасываясь фразами.
Когда первый солнечный луч коснулся подоконника, а на улице послышались шаги редких прохожих, Изабель открыла глаза.
  
Глава 19
 
— Ни за что, слышишь? Ты никуда не пойдёшь!
Я вновь мерила комнату шагами.
Нет, ну что за девчонка, а?! Прошел только день с момента, как очнулась, а она опять про своих драконов! Да сдались они ей!
— Ты хоть представляешь, что со мной было, когда я увидела тебя тут больную? — я кивнула на кровать, где среди вороха сбитых одеял сидела принцесса. Губы сжаты в тонкую линию, глаза в пол — но не потому, что ей стыдно, куда там! А потому, что от ее взгляда можно было свечи поджигать, так он горел и разбрасывал искры вокруг.
Сначала все было примерно — рассвет, открытые глаза, пресловутый стакан воды, слезы. Ладно, слезы мои, не сдержалась. Потом объятья и всякие важные слова о том, что я бы не пережила и все в таком роде. Аррон не выдержал этой сцены и сбежал изучать обстановку в городе.
В общем, первые полдня мы провели тихо и мирно. Вкусная еда и радостные известия о том, что все дети здоровы, отлично подняли настроение. Но принцесса была слаба, так что большую часть дня пролежала в постели, а я каждые полчаса прикасалась к ее лбу, боясь вновь пропустить тревожные знаки.
Сегодня же с утра ей полегчало. И первая фраза, которую она сказала после завтрака — а когда мы пойдём к драконам?
Меня переполняла бессильная злость. Я и до этого всего была не в восторге от идеи искать крылатых ящериц, а сейчас, когда я чуть было не потеряла доверенную мне принцессу, вообще не хотела к ним приближаться.
Ее же как переклинило. Сидела надувшись, сверкала на меня глазами и отказывалась уступать.
— Ты обещала! — услышала я в который раз. — Я должна помочь отцу! Ты представляешь, что будет, если такую шкатулку откроют во дворце?! Ты уверена, что вы вновь сможете справиться?