90-е: Шоу должно продолжаться 6 (СИ)

— Клэр, а где мои парни? — спросил я, не поворачивая головы.
— Ммм… Не знаю, — Света посмотрела в свой список, будто оттуда волшебным образом могли выскочить Астарот и все остальные-прочие. — Я их видела в фойе минут двадцать назад.
— Они в гриме были? — спросил я.
— Ну да, — кивнула Света.
— Клэр! — из двери гримерки высунулся какой-то парень. — Клэр, ты тут? У нас тут изменения. Сейчас выходят «Пинкертоны», а потом «Позор нации». А дальше без изменений!
— А где «Ангелы С»? — спросил я, вскакивая.
* * *
От автора.
У Рафаэля Дамирова и Валерия Гурова стартовал 7-й том цикла «Боец»:  https://author.today/work/348384
Попаданец в лихие 90-е становится участником «боев без правил», но спортивной карьере мешает криминал.
На 1-й том скидка 80%:  https://author.today/work/289565
  
Глава 3
 
— Не знаю, — нахмурилась Света. — Должны сейчас выступать. Мне про изменения никто не говорил.
— Я только сейчас говорил с Женей, он просил передать…
— Что за ерунда? — поморщился я, ухватив собравшегося сбежать парня за рубаху. — Где «ангелочки»?
— Да не знаю я ничего! — начал отпираться он. — Меня что просили передать, то я и передаю!
— Дерьмовый мстительный мудак, — прошипел я. — Светик, объвишь «Пинкертонов»?
— Я⁈ — глаза Светы стали похожи на испуганные блюдца. — Я никогда не…
— Ладно, не ссы, сейчас все решу, — я быстро обнял растерянную Свету за плечи, потом нырнул под кулисы и сбежал по боковой лестнице в зрительный зал. Там перед сценой как раз колбасились наши толкиенутые во главе с Бесом. Но главное — среди них затесалась Наташа. Вот ей я доверяю сцену вообще без оглядки. Ее бредогенератор работает ещё лучше моего, так что ей мог доверить сцену со спокойной совестью.
— … и когда он дойдет до башни своей,
Сразу мир повернется другой стороной
И не хлеба, ни зрелищ, ни мутных речей,
Только розы цветут, только свет и покой.
Только розы… — хриплым тенорком выводил фронтмен «Голованов».
Я выхватил взглядом растрепанную шевелюру Наташи, благо это было несложно — ее высокая и худая фигура выделялась в любой толпе. Протолкался к ней через покачивающихся в такт музыке зрителей, мимоходом отметив, что группа ничего так себе. Голос у солиста не особо выдающийся, но этно-аранжировка очень хорошо с ним сочетается. Вообще, парни из «Голованов Вари» себя позиционировали, как весьма интеллигентная группа. Основатель играл на клавишных, и кроме того, вроде как был писателем. И его книжки даже сейчас активно издавали самиздатом, и в каком-то смысле они даже стали культовыми.
— Наташа, — я тряхнул девушку за плечо. — Вернись в реальность, это срочно.
— Ммм? — самка богомола перевела на меня затуманенный взгляд. — Только розы…
— Можешь ненадолго подменить меня на сцене? — сказал я.
— Что? — переспросила она, повернув голов боком.
Так, ясно. Слишком шумно. Я ухватил ее за руку и вытащил из толпы. Ну как, толпы… Здесь в «котлах» зрители в основном сидели на своих креслах. И только некоторые решились покинуть места, «согласно купленным билетам» и пойти скакать на узкий промежуток между сценой и первым рядом. Причем с той стороны, где не было «высоких гостей». Серьезные дядьки из исполкома или откуда ещё они там пришли, привели с собой специально обученных крепких юношей, которые отогнали меломанов со своей половины.
Я снова нырнул под занавес, волоча Наташу за собой. Хорошо, когда твой напарник тебе доверяет. Она ни о чем не спрашивала и не сопротивлялась.
— Наташ, мне нужно, чтобы ты подменила меня на сцене, — сказал я. — Нужно объявить «Пинкертонов».
Я качнул головой в сторону музыкантов, корчащих недовольно независимые рожи. Им не было слышно, о чем мы с Наташей говорим. Но, кажется, перестановка в концерте им тоже не нравилась. Вообще-то по первоначальному плану они шли закрывающими. А финал концерта — это куда более топовая позиция, чем шестые по счету.
 
— Нет проблем, — кивнула Наташа и гордо выпрямила спину. Потом деловито поинтересовалась. — Материться же нельзя, да? Тогда можно я их хотя бы земляными червяками назову?
— Обожаю тебя, — ухмыльнулся я, сжал ее плечо, кивнул Свете и снова выскочил в зал сквозь кулисы.
В зрительном зале «ангелочков» точно не было. Я промчался вдоль рядов к выходу, надеясь, что они не успели уехать. Хрен знает, что там такое случилось, но дело явно не обошлось без Банкина. Технически, конечно, мог возникнуть другой какой-нибудь форс-мажор. Ну, там, разбитый нос Астарота таил в себе тяжёлые внутренние повреждения, и понадобилось срочно везти его по скорой в какую-нибудь больницу, но это было маловероятно. В разозленного Банкина, возжелавшего мелочно нассать мне в тапки, я верил больше.
В пустом фойе скучала одинокая билетерша. Сидела на стуле и вязала. И буфетчик расставлял стаканы на поднос ещё. В три прыжка преодолев просторное фойе, я остановился рядом с билетершей.
— Сударыня, вопрос жизни и смерти! — воскликнул я, почти молитвенно сложив руки. — Музыканты не выходили сегодня?
— «Парк культуры» уже давно уехали, — не поднимая глаз, ответила она.
— А другие? — я присел перед ней на корточки и заглянул ей в лицо.
— Ещё какие-то ребятишки только что выносили инструменты, — сказала она. — Вон машина, ещё не уехала, кажись.
Я прильнул к стеклянной двери, чтобы разглядеть, что происходит на парковке. Буханка Гены была ещё там. Как раз кто-то последним в нее забирался, кажется, Кирюха. Я рванул дверь и выскочил на улицу. Ледяной ветер швырнул в лицо горсть снежной крупы, но одеваться было категорически некогда.
— Стоять! — заорал я, длинными прыжками пересекая парковку. Скользко было, трындец! Ясен пень, никто тут ничего не чистил, асфальт был покрыт толстым слоем укатанного до плотности бетона снега. А ботинки, в которые я переобулся для выступления, были, прямо скажем, не зимней резиной.
Я успел.
Правда для этого пришлось почти броситься под колеса.
— Что за дела⁈ — рыкнул я, распахнув переднюю дверь. — Куда это вы намылились?
— Что значит, куда? — хмуро отозвался Астарот. — Нам ведь Банкин сказал, что мы по времени не помещается, так что…
— Ссскотина, — прошипел я. — Выгружайтесь обратно.
— В смысле? — радостно подскочил Бельфегор. — Он передумал, да?
— Но мы же грим уже смыли… — растерянно проговорил Макс, касаясь кончиками пальцев синяка на скуле.
— Заново накраситесь, не маленькие, — фыркнул я. — Давайте я помогу дотащить шмотки. Да пошевеливайтесь вы, а то там Наташа сейчас, я чувствую, наговорит… интересного.
Два раза повторять не пришлось. «Ангелочки» сорвались со своих мест и принялись вытаскивать свою амуницию из машины.
— Ты представляешь, он, такой, подходит, лицо озабоченное… — торопливо задыхаясь, болтал Бельфегор', ворочая здоровенный гроб своего поливокса.
— Он прямо так просил, так извинялся… — бубнил Бегемот.
— Мол, понимаете, ребята, нам внезапно сверху спустили директиву, по которой мы должны концерт на сорок минут раньше закончить, — сказа Астарот. — Мол, все выступления сократили как минимум на одну песню у группы, а нас и ещё каких-то ребят пришлось вообще вычеркнуть, потому что…
— Типа жребий бросали, чтобы никому не обидно было, — произнес Кирилл, обнимая фирменный кофр гитары. И такое в его глазах благоговение. Мне сложно понять, но для Кирюхи гитара, которую ему на выступление дал Макс, что-то сродни… Блин, даже не знаю! Священной коровы для индуса? Хм. Можно подумать, что я когда-то видел индуса, с таким взглядом обнимающего корову. Я мысленно поклялся, что обязательно куплю Кирюхе такой вот фендер-стратокастер. Обязательно!
Нагруженной гурьбой мы вернулись обратно в фойе.
— Так я не понял, там что-то поменялось? — спросил Астарот, как только мы оказались в тепле. — Или как-то расписание перекроили?