90-е: Шоу должно продолжаться 6 (СИ)

А еще было очень сложно отличить одну тусовку у Боржича от другой. Натурально, если снимать тут фотографии, то их обязательно надо подписывать.
— Слушай, что-то я на самом деле не хочу танцевать, — сказала Люся, внезапно отпрянув от меня. — И вообще-то меня Абаддон за тобой прислал.
«Абаддон?» — чуть не переспросил я. Но быстро вспомнил, что Бегемотом я его только про себя называю.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Вот сам и спросишь, — пожала голым плечом Люся, ухватила меня за руку и потащила обратно в комнату.
В сизых полосах дыма под потолком висел тряпочный абажур. Гости сидели и стояли вообще везде, как в заполненном под завязку автобусе. В центре группа из четырех человек в две гитары, пионерский барабан и губную гармошку играли и пели.
— Между прерий
Путь материй
Ну а дух
Объелся мух
Открывай скорее двери
Я несу одно из двух.
«Здрасьте, не ездил? А кто вам на баяне играл?» — вспомнил я старый анекдот про вместимость запорожца. Все-таки, как сюда помещается вся эта толпа, для меня все еще оставалось загадкой.
— Вот вам Велиал, я его привела! — заявила Люся, скользнула на пол и положила голову на колени Бегемоту, не обращая никакого внимания на сидящую рядом Свету.
— Велиал, ты же слышал, что Горбун Жене Банкину морду набил? — спросил смутно знакомый парень, чем-то похожий на повзрослевшего Макколея Калина.
— Сильно набил? — спросил я, втискиваясь между Кирюхой и этим самым парнем. — Передачки в больницу уже пора собирать?
Горбун в иерархии рок-клуба занимал место кого-то вроде пророка. Это был седой такой дядечка, который Женю Банкина всегда безусловно поддерживал, был, можно сказать, его авторитетной тенью. Я даже одно время думал, что они родственники. Горбатым он не был, разве что слегка сутулым, а прозвище свое получил куда банальнее — из-за фамилии Горбылев.
— Не, не сильно, — сказал парень. Такой вид у него радостный, кажется, счастлив человек, потому что сумел принести свежие новости первым. — Они в столовой унивеа обедали, а потом Горбун внезапно встал, дал Банкину по морде и супом облил.
— Внезапные новости, — хмыкнул я. — А из-за чего? Клэр, а ты чего не рассказывала?
— А я только сейчас услышала, — пожала плечами Света. — А ты сам это видел, или тебе кто-то рассказал?
— Я слышал, что драка была сегодня, — вклинился в разговор Бельфегор. — Только не знал, кого и с кем.
— Это, между прочим, из-за тебя было, Велиал, — сказала Ася, которая как-то незаметно оказалась у меня за спиной. — А вообще вы что-то неинтересное обсуждаете. Сегодня же у Боржича день рождения…
— Они точно насчет Велиала ссорились! — выкрикнул кто-то с другой стороны комнаты.
Поднялся хаотичный гвалт, который, впрочем, никак не помешал певцам продолжать пение, а Боржичу — то и дело провозглашать очередные тосты, наполненные философским смыслом. Из отрывочных и малосвязных выкриков, фраз и обрывков сведений, я смог уяснить несколько моментов. После концерта в «котлах» между Банкиным и Горбуном как будто пробежалась черная кошка. Горбун начал Банкину активно дерзить, да и сам отец-основатель рок-клуба то и дело проезжался по Горбуну невежливо. Мол, клуб был создан для музыкантов, а что тут все время делает Горбун — непонятно, он ведь даже на нервах играть нормально не умеет, три блатных аккорда — его потолок. Но при этом они, вроде как, оставались на людях единым фронтом, как и раньше. Но потом Горбун узнал, что Банкин кому-то сказал, что собирается Велиала, то есть меня, попросить из рок-клуба. Под тем же самым предлогом — мол, не играет, а тусуется, пора проводить чистку рядов.
Еще кое-кто утверждал, что на самом деле, все было совсем не так. И это Горбун топил за то, что Велиала надо выгнать, а Банкин изо всех сил своего любимчика защищал.
Кроме сути вопроса всплыли еще несколько подробностей, насчет Наташи. Мол, эа самая длинная и тощая девица на самом деле ведьма, которая Банкину предсказала, что Велиал обязательно сместит его с теплого кресла руководителя и сядет в него сам.
 
Ну и по ходу пьесы упомянули, что Ян-Цеппелин имел серьезный разговор с Евой. Мол, тебе западло должно быть, дорогая, быть одной из многих баб этого сопляка.
Ну да, логично. Девушек в моей команде действительно немало, а сплетни в таких случаях идут по проторенной дорожке.
— Ну, Женя довольно нервный в последнее время, — пожала плечами Света. — Но я не думаю, что он всерьез решил тебя выгнать.
— А если правда? — с тревогой проговорил Бельфегор. Он был в той фазе опьянения, когда ему всюду начинали мерещиться вражеские происки.
— Да пофиг, — хмыкнул я. — Вот уж не заплачу.
— Нет, ты совершенно и категорически не прав! — горячо возразил Бельфегор. — А как же мы? А остальные? Ты нам всем нужен!
— Так речь же не про «Ангелов», — усмехнулся я. — К вам как раз претензий нет, вы же играете. И выступаете.
— Да конеееечно! — Бельфегор махнул рукой и случайно стукнул Бегемота по макушке. — Если Банкин начнет репрессии, то уже не остановится! Будет как в СССР в тридцать седьмом!
— Куда-то тебя не туда понесло, — я нагнулся вперед и похлопал Бельфегора по плечу.
— Это не меня понесло, а Банкина! — Бельфегор насупился. — Дюша, скажи ему!
Снова поднялся общий гвалт. Точняк, на пьянке наступила фаза разговоров про политику. Только в этой тусовке к настоящей большой политике интереса особо не проявляют, зато всем интересны внутритусовочные разборки. Внезапно история с набитым лицом Банкина резко заинтересовала вообще всех, понеслись новые версии происходящего, одна другой развесистее. Притушить в зародыше это дело не удалось, пришлось возглавить. Про ведьму-Наташу тут уже говорили, я добавил к истории происки инопланетян, аргентинских шпионов и деятельность масонской ложи.
И когда вся история превратилась в хаос, я перестал подливать масла в огонь и подумал, что пора бы уже нанести визит Грохотову. Вдруг он узнал про Банкина что-нибудь полезное…
Не выспался, ясен пень. Да что там, вообще не спал ни разу. Остался среди немногих выживших, тех самых, что ведут важные философские беседы под разгорающийся за окном рассвет.
— Как-то ты хреново выглядишь, — заметил Жан, оглядев меня с ног до головы. — Ты не заболел случайно?
— Это ты еще остальных не видел, — усмехнулся я и потер глаза.
— Блин, Вова, ну мы же договаривались… — Жан бросил на меня осуждающий взгляд. — У нас серьезный разговор сегодня, а ты с похмелья явился.
— Паааапрашу! — я важно поднял палец. — Вовсе даже не с похмелья, просто не выспался. — Пойдем уже внутрь, раньше сядем — раньше выйдем.
— Погоди, — Жан придержал меня за рукав. — Может сначала договоримся, как будем себя вести? Ну, там, тактику переговоров обсудим и все такое.
— Жанчик, ну ты серьезно? — я удивленно посмотрел на него. — Речь ведь идет всего лишь про статью в журнале, а ты развел из этого такую интригу, будто собрался инвестора охмурять. И разводить на десяток лимонов баксов. Если что, ты вообще можешь просто так статью написать, не спрашивая. Имеешь полное право. Защищенное первой поправкой.
— Не знал, что у нас к конституции поправки есть, — нахмурился Жан.
— Это к американской, — я махнул рукой. — Да пофиг. Но я на самом деле, серьезно. Думаешь, статью про то, как Пугачиха в гостинице скандалила, сначала ей на подпись отправили, а потом в газету? Или вот ты. Собирался к нашей мафии внедряться, а потом что? Добыл бы сведения и пошел бы выбивать подпись у бандюганов?
— Так тут другое, — возразил Жан.
— Вы не понимаете, это другое, — пробормотал я. — Жан, тут холодно, давай хотя бы внутрь зайдем!
Я распахнул дверь и быстро нырнул в теплое нутро дома культуры.
  
Глава 15
 
— Слушай, мы, кажется, совершенно не вовремя, — Жан подергал меня за рукав. — Давай лучше завтра приедем.
— И пропустим все веселье? — ухмыльнулся я, стягивая пальто. Одна из загадочных дверей, рядом с входом, которая обычно была закрыта, сегодня стояла распахнутой. И за ней обнаружился обыкновенный такой гардероб. С пожилой гардеробщицей, которая с невозмутимым видом забрала мою верхнюю одежду и выдала взамен номерок. Сорок четыре.