Химеры (СИ)

— Что это за книга? — настаивал Анарен. Рамиро невольно подумал, что тот в бытность свою ребенком был очень капризным.
— "Песни синего дракона", — ответил он неохотно. — Авторства Мигеля Халетины, вашего современника, кстати. Вы ведь наверняка и знакомы с ним были, вот чудо-то.
Серебряные глаза чуть расширились и лицо принца застыло красивой маской.
— Мигеля Халетины? А разве он не… То есть, когда он ее написал?
— Уже в зрелые годы, когда жил на севере, перед тем, как стал лордом Нурраном.
— Что-о-о? — Анарен отставил арфу и поднялся со стула. Потом шагнл к Рамиро и требовательно протянул руку. — Позвольте мне эту книгу, прекрасный господин.
— Но это подарок. Я не могу.
— На пару дней. Почитать, — Анарен криво усмехнулся, и лицо его вдруг стало страшным.
Рамиро неохотно протянул книгу. Принц принял ее, словно боясь обжечься, потом повернулся к остальным.
— Прошу меня простить, вынужден удалиться, — сказал он, игнорируя разочарованные возгласы. — Плохое самочувствие. Всего доброго.
* * *
— Авантюру вы затеяли, — проворчал Гваль, перезаряжая пистолет. — Киаран, ну куда тебя несет на ночь глядя. Сожрут.
— Мы и сами отлично справимся, — Киаран надулся.
Ньет перетягивал шнуровку на тяжелых военных ботинках и помалкивал. Ему было интересно, что задумала полуночная малявка.
— Понимаешь, Гваль, если мы их не найдем, то кто знает, что может случиться. Если это наймарэ… он все что угодно может натворить. Мне Нож рассказал о том, что было в Катандеране, если то же самое начнется в Химере… с сестрой можешь попрощаться. Но если боишься — с нами не ходи.
— Вы улицы не знаете и карту читать не умеете, — буркнул Гваль. — Отпусти вас, живо заблудитесь. И сожрут вас где-нибудь. Что будете проверять в первую очередь?
— Вот этот большой гастроном, — Киаран потыкал пальцем с темным заостренным ногтем в карту с флажками. — Его неоднократно обворовывали, а набор украденного… странный. И я умею читать карту, Гваль. Если дело только в этом.
— Я хочу пойти, — Гваль сказал, как отрезал. — Это дело меня касается, а вам не помешает присмотр. Все.
Ньет внимательно пригляделся. Эти двое, похоже, что-то скрывали. Какой-то тяжелый разговор или кошка между ними пробежала… Кажется именно Гваль привез полуночную малявку в Химеру.
— Ты мне не лорд, чтобы указывать, — взбеленился Киаран. — Я жалею, что вообще согласился тебя взять.
— А ты не жалей. Без меня тебя собаки сожрут, забыл?
— Если бы ты не сунул меня, как котенка, УКВДшникам!
— Это был единственный выход!
— А я-то еще не стал тебя есть!
— Кхм! — громко кашлянул Ньет. Найл и полуночный обернулись к нему и замолчали.
— Если вы хотите выяснять отношения, то, может быть, пойдем на разведку завтра? Наймарэ наверняка подождет, приостановит свои дела. Я тогда в казарму вернусь, у меня свой человек есть, и он беспокоится, кстати.
И мы никогда не ссоримся, хотел прибавить Ньет, но это было неправдой.
— Он не мой человек, — сердито бросил Киаран и надулся. — Еще чего.
— Да ладно заливать.
Гваль непонимающе посмотрел на двух нелюдей и сжал губы.
— Идем.
Киаран пожал плечами и пошел к выходу. Он был одет, как обычный найлский подросток — парусиновые штаны, майка и куртка. Острые ушки скрыл под платком.
— Если наткнемся на наймарэ или на его людей, не стоит мне в УКВДшной форме разгуливать. Попробую втереться в доверие, а вы проследите, куда пойдем. Днем вернетесь с подмогой.
— План конечно хороший… — с сомнением пробормотал Ньет. — Вот только наймарэ нас за версту почует.
— Вряд ли он сам по улицам ходит. Скорее его слуги, а они просто глупые дети.
— Не стоит недооценивать глупых детей, — буркнул Ньет, — Они хитры, сообразительны и осторожны, когда делают глупости. Чем опаснее глупость, тем хитрее дети.
— Ты так хорошо знаешь человеческих детей? — удивился полуночный. Ньет дернул плечом и поморщился, не желая вдаваться в подробности. Гваль сказал:
 
— А как ты собрался втереться им в доверие, Киаран? У тебя же на лбу написано…
— Если я не отводил глаза тебе, Гваль, не значит, что я этого не умею. — Слуа улыбнулся, показав острые клычки.
— Чертова Полночь.
Гваль насупился и на время прекратил расспросы.
На улице смеркалось — на севере темнеет рано. Оборванные клены и липы сиротливо мокли под мелким дождем.
Мимо общежития УКВД прошел наряд с собаками и фонарями. Ньет поежился и втянулся поглубже в стеганый воротник форменной куртки. Киаранов найл повертел в руках пропуск на время комендантского часа, подписанный кем-то из высших офицеров, аккуратно сложил его и спрятал в карман шинели.
Фуникулер теперь ходил до девяти вечера, но народ исчезал с улиц гораздо раньше. Они ехали в полупустой освещенной холодным светом грохочущей коробке, Ньет с любопытством смотрел в окно, на проплывающие мрачные громады химерских зданий. Киаран молча сидел на деревянной лакированной скамье, сцепив пальцы и глядя прямо перед собой темными глазами. Найл откинулся на спинку, вытянул ноги и скрестил руки на груди.
— А если они не появятся сегодня?
— Значит, не повезло. Но на пропажи в гастрономе поступают жалобы где-то раз в три дня. В последний раз — позавчера. Так что, почему нет.
— А что крали?
— Еду, сладости. Модные дарские вещи. Выпивку, сигареты. Ящик шоколада. Похожие пропажи еще в нескольких магазинах поблизости.
— Да, похоже на подростков.
Фуникулер дернулся и встал. Свет погас. Пронзительно завыла сирена, по темному небу зашарили лучи прожекторов. Ньет схватился за ремень винтовки.
— Сегодня раньше обычного, — найл озабоченно выглядывал в окно. — Кто из вас такой неудачливый, парни?
— У меня еще не сильно удачи накопилось, — нерешительно сказал Киаран. — Но ведь ждать нельзя.
— Нельзя. Выходим.
По темной круто уходящей вниз улице усиливающийся ветер мел обрывки бумаги и влажные листья. У Ньета заныло в ушах — приближение полуночных вызывало сильные скачки давления. Задребезжали стекла домов и басовито загудели тросы фуникулера. Небо тоскливо подсвечивало зеленым и фиолетовым.
Киаран, прищурившись, вгляделся в набухающие свечением контуры домов, потом махнул рукой, пригибаясь побежал по улице вниз, к гастроному. Ньет и Гваль последовали за ним. В тот момент, когда они, жадно втягивая воздух, добрались до черного хода в магазин, небо будто разверзлось, и крылатые, когтистые тени понеслись над Химерой с ревом и грохотом, исторгая фосфорный, леденящий огонь и мертвенные пучки молний. Глубокие, как трещины, тени, метались по мокрому асфальту, и в лужах отблескивали силуэты Дикой Охоты. На глазах у Ньета на стену противоположного дома ляпнулась какая-то крылатая тварь и поползла вниз головой, шипя и заглядывая в ослепшие окна.
— Откройте, УКВД, — Гваль постучал в дверь, не поворачиваясь и не отрывая взгляда от кипящего неба. Через некоторое время засов загремел и через порог на них подозрительно уставился пожилой ссутуленный найл.
— Мы звонили, — нетерпеливо сказал Гваль. — Позвольте войти.
Найл, не приглашая, продолжал стоять на пороге, подслеповато вглядываясь. Желтая полоса света падала на дорогу. Гваль пожал плечами и прошел внутрь магазина, Ньет и Киаран затормозили на пороге.
— Заходите, ребята, — кинул им Гваль. Нелюди дружно кивнули и шагнули в теплый свет человеческого жилья.
— Звиняйте, что не пригласил, хоть и предупреждали, — проскрипел сторож. — Теперь полоночь по улицам шляется, сразу и не разберешь. А без приглашения они не войдут, пока крышу не снесут.
 
Киаран ханжески опустил ресницы и стал смотреть в пол, чтобы сторож не заметил глаз без белков.
— Паренек в альдской форме, морской офицер и шпана из подворотни, на всех — один УКВДешный пропуск… странные времена настали.
Снаружи выли сирены.