Химеры (СИ)
— Они метили на мое место. — Комрак отложил папку, достал портсигар, выбрал папиросу и принялся заботливо проминать ее и покручивать в пальцах. — На мое блистающее место первого вассала герцога Астеля. Для сына докера и прачки это был довольно таки отдаленный предел.
Он щелкнул бензиновой зажигалкой, затянулся и выпустил струю едкого дыма.
— О-о, какая биография! Какой неукротимый напор! — Нож, морщась, помахал рукой, разгоняя дым. — Вы шагали по поверженным аристократам? Большими шагами?
— Ваши вопросы относятся к делу, господин консультант? — Комрак, откинулся на спинку стула и, наконец, воззрился на фыркающего принца. — Я бы хотел услышать ваше мнение о твари, которая ловит и жрет детей среди белого дня, а не о моем бурном прошлом.
— Извините, — вставил Киаран, смущаясь и прижимая уши (табак все-таки крепко вонял), — я думаю, что детей она не жрет. В смысле, не жрет сразу. Я хочу сказать, что, может быть, некоторые из пропавших еще живы.
— А вот отсюда подробней, пожалуйста, — повернулся к нему капитан.
— Конечно, это надо проверить… я не хотел бы заранее обнадеживать… Ап-чхи!
— А ты, пожалуй, прав, олененок, — Нож тоже повернулся к слуа, сложил на груди руки и взял себя за подбородок. — Вся эта история поразительно напоминает то, что происходило в Катандеране с химерками. Там дети тоже уходили из домов, а потом в один прекрасный день, вернее, ночь, все попрыгали с крыш. Был разовый, но мощный прорыв Полночи, последствия разгребают, наверное, до сих пор. Эта тварь, — Нож потыкал пальцем в карту, — наймарэ не мелкого разлива, и он готовит себе множественную добровольную жертву.
— Значит, он удерживает где-то больше тридцати человек! — Комрак встал из-за стола и подошел к карте, задумчиво дымя. — И где же их искать?
— Вряд ли он удерживает их насильно, — сказал Киаран, стараясь дышать ртом, — Наймарэ нужно поклонение и добровольная отдача, тогда будет толк оставлять детей в живых. В противном случае он бы их просто съел. Подросткам нужны убежище, еда и теплые вещи. Где они могут это взять, капитан Комрак?
— Наймарэ им приносит?
— Может быть, но скорее, они сами добывают необходимое. — Нож снова уселся на комраковский стол в излюбленной позе нога на ногу. — Крадут, грабят прохожих, прикидываясь полуночными. У вас зафиксированы такие случаи, капитан?
— Насколько помню, да. Я подниму донесения за пару недель, посмотрим территориально.
— Еще мародерство и грабежи магазинов.
— Это у нас по всему городу, — Комрак скривился. — Мародеров хватает. Квартиры и магазины потрошат во время воздушной тревоги. Жадность пуще страха у некоторых.
— Списки похищенного тоже хотелось бы посмотреть. — Киаран вытер запястьем заслезившиеся глаза. — Наверное, можно отличить, кто брал вещи и еду — взрослый или подросток. А-апчхи!
— Капитан, вы не видите, у ребенка аллергия на ваш дешевый докерский табак. Извольте дымить в коридоре! — не выдержал Нож.
— А-а, — найл озадаченно глянул на слуа. — Извини, малыш. Пойду, посмотрю статистику.
Он вышел за дверь, Нож, бурча и фыркая, полез на подоконник узкого окна, открывать форточку.
— Плебейство неискоренимо. Первый вассал герцога! Черного кобеля не отмоешь добела.
— Нож, он закуривает только когда хочет тебе досадить. Мы все утро работали вдвоем, он ходил курить в коридор. Я даже не просил.
— Ах, он развонялся, чтобы мне досадить. Смерд смердит, что от него еще ждать.
— Нож, — Киаран отдышался и заулыбался. — Ты же так не думаешь. Ты капитана нарочно иголками колешь. Зачем?
Анарен Лавенг привычно уселся на столешницу и потрогал свой затылок, провел ладонью по гладким волосам.
— Из благодарности, очевидно. Когда тебе в голову тычут стволом и щелкают затвором, почему-то очень остро ощущаешь, как хочется жить. Нельзя сказать, что меня не убивали раньше. Но раньше это происходило как-то поспешно… без предупреждения. Не успевал ощутить, как прекрасна жизнь.
— Так тебе полегчало, Нож? Ты сильно изменился, я помню тебя тусклым и грустным, как бабочка под стеклянным колпаком. Человек разбил стекло. Может быть, скажешь ему за это спасибо?
— Фуф! — Нож вздернул подбородок и обвел комнату яростным взглядом. — Этому плебею? Да никогда в жизни, пусть знает свое место.
Киаран вздохнул и прижал уши. Может, через некоторое время Нож остынет и поймет, какую услугу ему оказали, вольно или невольно. Его ведь словно на свободу выпустили. От него даже пахло теперь по-другому — не старым льдом и пылью, а грозовым облаком, полным молний.
Вернулся Комрак с бумагами и свалил их Киарану на стол.
— Вот статистика за месяц, смотри, сравнивай. Нужно очертить район предполагаемого логова, где тварь держит ребят. Хотя бы приблизительно. Людей, чтобы прочесать местность, у нас маловато.
— Можно обратиться к бойцам ОДВФ, — сказал Нож. — Они так и так патрулируют улицы.
— Дельная идея, — согласился Комрак. — Глядишь, и поиски быстрее пойдут.
Часть вторая. Глава 21
Поисковые отряды собрались у серого здания УКВД. С утра подморозило и на лужах нарос тонкий ледок. Высокий, коротко стриженый найл размеренно читал предписание, поглядывая на выстроившихся на ступенях бойцов в зеленой форме. Ньет смирно мерз в строю и с интересом разглядывал незнакомую постройку. Химера нравилась ему, не такая яркая и светлая, как Катандерана, но было в ней суровое очарование северного города.
— Район разделен на квадраты, прошу командиров пятерок сделать пометки на картах, — продолжил найл. — Нас интересуют следы пребывания группы беспризорных подростков, места их ночлега, любые доказательства того, что подобная группа вообще существует. Соблюдайте осторожность. Сейчас семь тридцать утра, в пятнадцать ноль ноль возвращаемся, вам выдадут талоны на обед в нашей столовой.
Ньет слушал краем уха и думал, как там Белка. Ее устроили в альдской казарме, отгородили угол плакатами и простыней. Как бы не вздумала искусать кого-нибудь. Хотя, общение с людьми шло фоларице на пользу, она даже говорить лучше начала. Может быть, стоило взять ее с собой на поиски.
На верхней площадке лестницы разговаривали двое — невысокий худенький уквдшник с длинными темными волосами и какой-то морской офицер. Офицер что-то негромко, но горячо говорил, его собеседник недовольно отворачивался и прижимал острые ушки. Потом достал из-за пазухи какой-то узкий сверток, сунул моряку.
Острые! Это же дролери, да еще и полуночный. Ньет удивленно вытаращился. Ну и дела творятся. Стоявший рядом Рамиро ткнул его локтем в бок, чтобы не отвлекался.
— Задача понятна? Приступайте.
Группе Рамиро выпало проверять территорию заброшенного литейного заводика. Руина красного кирпича прижималась к скале, подходы к ней были затянуты забором из колючей проволоки с запрещающими надписями. Территория заросла пожухшей рыжей травой, тут и там ее вспарывали глинистые колеи.
— Производство у найлов в полном упадке, — мрачно сказал Рамиро. — Слишком большую ставку сделали на сотрудничество с Даром. Не могу сказать, что испытываю сейчас патриотические чувства.
— Наверное просто место неудачное, — предположил Лагарте. — От порта далеко…
— Обыщем тут все. Ньет, ты что-нибудь чуешь?
— Следы Полночи, везде, — мрачно ответил Ньет. — Наверняка тут по развалинам прячутся толпы полуночных. Герцог Эртао может нанять их на работу.
— Герцог Эртао поступает дальновидно, перевербовывая врагов.
— С Полночью нельзя договариваться! От этого один вред будет!
— Ну, не мы решаем, — Рамиро разглядывал карту. — Если тут есть подростки, где они прячутся? В старых цехах? Ночью холодно. Давайте осмотрим завод. Ньет, если почуешь наймарэ — сразу скажи.
— Хорошо. Лучше бы они сюда бомбу сбросили.
— А дети? Хочешь, чтобы повторилось то, что было в Катандеране?
Ньет мрачно замолчал и принялся принюхиваться. Пахло мелом, глиной, палой листвой, железом, Полночью.