Эмерит 3 (СИ)
— Графиня Северная, с возвращением. Позвольте вас проводить в отведённые вам покои, — подчёркнуто вежливый мажордом поклонился, встретив Елизавету на входе.
— Всё потом, я сначала к Ярославу! — она обогнула разодетого мужчину и быстро пошла по знакомому маршруту.
— Постойте, погодите… — попытался притормозить её мажордом, но кто в мире сможет остановить архимагиню, задавшуюся целью?
Лиза взлетела по ступенькам, пронеслась ураганом по длинным коридорам (ну, кто так строит?!?) и… у дверей в апартаменты Ярика неожиданно столкнулась с боевой группой смертельных гадюк.
— Ваше Высочество… — растерянно произнесла самая крупная, Кобра, кажется.
— Здравствуйте, девочки. У себя? — она кивнула на дверь.
— Эмм, тут такое дело… — промямлила другая гадюка.
— Он там что, с Альфой развлекается?!? — Лиза не увидела начальницу гадюк и сделала для себя логичный вывод. Она раздвинула женщин, решительно распахнула дверь и шагнула внутрь.
В комнате у открытого окна стояли все знакомые лица: Аня Лопухина, Варя Мухина, Лена Бойко и Наташа Ягужинская. Правда лица эти были какие-то нерадостные.
— Где Ярослав?!? — рявкнула она. Не получив ответа, её глаза полыхнули красным, а в руке сформировался фаербол: — Я — архимагиня Романова, отвечайте!
— Да мы ту все архимагини, — шмыгнула носом Наталья и с тоской посмотрела в небо. Лиза, поняв, что случилось что-то из ряда вон, развеяла фаербол.
— Но я беременна, — растеряно произнесла Лизавета.
— Мы как бы тоже все немножко беременны, — с сарказмом ответила Мухина. — Добро пожаловать в клуб.
В это время голосом Ярика зашипел стоящий на подоконнике радиоприёмник:
— Хьюстон, разгонная ступень выработала топливо и сама отключилась. Произвёл сброс ступени в ручном режиме успешно. Высота сто двадцать тысяч, удаляюсь от Земли.
— Первый, ты, главное, не паникуй и будь на связи, произвожу расчёт твоей орбиты, — прозвучал взволнованный женский голос, в котором проскальзывали истеричные нотки.
— Где Ярик? — помертвевшим голосом спросила Елизавета, подходя к окну.
— Он улетел! Но обещал вернуться, — срывающимся голосом произнесла Наталья и уткнулась в плечо Елене. Её плечи сотряслись в беззвучных рыданиях.
Глава 20
— Эй, мужик, я принц, ищу Спящую Красавицу, где она?
— Аааа, новенький? Вон там, развлекайся. Только смотри, не целуй её!
* * *
Бывают моменты, когда становится всё кристально ясно. Уходят на второй план второстепенные мелочи, в мозгу возникает звенящая пустота, в которой бьётся единственная мысль: «Всё, допрыгался. Это конец!» Подсознание услужливо дополнило фразу анекдотом про Штирлица: «А где же пистолет?», но я запинал это не вовремя всплывшее воспоминание в дальний угол.
Во-первых, я ещё жив, и это главное. Тем более оказалось, что до конца умереть у меня один раз уже не получилось. А во-вторых, Смирнова сказала, что воздуха она закачала в баллоны с запасом на два часа дыхания, так что на один оборот вокруг Земли точно хватит — Гагарин вон полтора часа по орбите летал.
— Первый, я рассчитала твою траекторию, — сквозь треск помех прозвучал изменённый расстоянием голос Ксюхи. — В апогее ты поднимешься до трёхсот двадцати кэмэ, в перигее опустишься до ста пятнадцати. Это будет над пустыней Сахара в Африке. Твоя задача — придумать, как направить капсулу в нижней точке орбиты к Земле. Придумаешь — затормозишь об атмосферу и приземлишься на территории Европы. Капсула у тебя подготовлена к приземлению. Если приводнишься, жмёшь синюю кнопку, отстреливаешь парашюты и ждёшь спасательную команду. Как понял?
— Понял тебя, Хьюстон.
— Я скоро пропаду, ты входишь в тень Земли. Не переживай, через сорок минут связь опять должна появиться, — сквозь всё нарастающий шум помех пробился голос подруги.
— Принял, отбой.
Вот я и один. Снял маску, отстегнулся от кресла и взмыл в невесомости. Оттолкнулся от прозрачного потолка и, не рассчитав усилия, ударился о пол. Бойтесь своих желаний, они сбываются, — я рассердился на самого себя, потерев ушиб. И чего мне на Земле не сиделось? Сейчас вот приходится преодолевать и превозмогать. Не, так-то, конечно, интересно и виды красивые. Смертельно красивые.
Космический аппарат тем временем влетел в тень Земли и понёсся над ночными городами, освещённые электрическими огнями. Полюбовавшись пейзажем, вернулся к дыхательной маске — воздух в капсуле был спёртый, дышать без неё уже было тяжело. Ещё одним неприятным открытием стало отсутствие маны за пределами атмосферы Земли — я почувствовал, что источник постепенно теряет энергию, подпитывая Щит Бурбонов, при этом не восстанавливаясь ни на йоту.
— Скоро рассвееет, выхода нееет,
Ключ поверни, и полеетееели…
Нужно писать в чью-то тетрадь
Кровью, как в метрополитееенеее.
Выходааа нееет,
Выходаааа неееет!!! — я начал напевать вспомнившуюся к месту песню Сплина. В голове родилась одна идея, как спастись, и требовалось подготовиться. Для начала я разъединил все четыре баллона с воздухом и подключил маску для дыхания к одному из них. Если все баллоны имели запас воздуха на два часа, значит, в каждом было дыхательной смеси на полчаса. Час полёта уже прошёл, в каждом баллоне должно остаться половина воздуха…
Через пятнадцать минут я переключился с первого опустевшего баллона на второй.
— Первый, как слышишь меня, приём… Первый, как слышишь меня… — сквозь белый шум пробился знакомый голос.
— Хьюстон, слышу хорошо. Доброе утро, — поприветствовал я подругу, появление которой в эфире совпало с восходом светила над горизонтом.
— Прекрасно! А то здесь некоторые волнуются.
— Передай им, что беременным вредно волноваться, всё в норме, всё под контролем, — излишне бодро ответил я.
— Первый, они тебя слышат и ждут твоего скорейшего возвращения, — Ксюха уже взяла себя в руки — её голос был деловит и сух.
— Обязательно. Хьюстон, предупреди за пять минут до перигея.
— Принято!
Через несколько долгих минут Ксюша объявила о готовности. Я отсоединил от дыхательной маски третий почти пустой баллон и подключил последний, четвёртый.
— Первый, начинаю отсчёт последней минуты. Шестьдесят секунд… пятьдесят…
— Хьюстон, всю капсулу затормозить не получится, я полечу на Землю один, без капсулы.
— Стой! Это же верное самоубийство!
— Ты говорила, моему Щиту не страшен Армагеддон. Что ему какая-то плазма при приземлении?
— Ярик! Это же было в теории! А как ты будешь без воздуха?!?
— Воздух с собой, — я похлопал по баллону. — Первый, продолжай отсчёт!
— Десять секунд… Ярик, стой, должен же быть выход?!? — истеричные нотки в голосе Ксюхи зазвучали с новой силой.
— Девочки, вы у меня самые лучшие. Люблю вас всех. Не поминайте лихом, скоро увидимся. Первый, пошёл на посадку, отбой! — я вырвал из маски микрофон.
— Ярик! Ярииик! — возгласы сменились всхлипами.
Я с зажатыми между ног двумя баллонами для дыхания и одним огнетушителем подлетел к двери, разблокировал её и открыл наружу. Отлично, хоть что-то идёт по плану — воздух, удерживаемый Щитом Бурбонов, не вылетел в космос вместе с дверью. Значит, шансы на благополучное возвращение увеличиваются.
Подо мной проплывала Африка, впереди появился узнаваемый Гибралтарский пролив с южной частью Иберийского полуострова, когда я, наконец, покинул свой аквариум. Оттолкнулся руками от дверного проёма в направлении Земли, и поток воздуха из оставшейся без защиты капсулы придал мне небольшое ускорение. Я остался один на один с космосом — небольшая полоска воздуха, удерживая вокруг моего тела Щитом — не в счёт. Ну, погнали! Направил раструб огнетушителя в противоположную от Земли сторону и активировал его. Йухууу! Понесла, родимая! Струя пены вырвалась из огнетушителя, и я быстро полетел к Земле. Когда импровизированный реактивный двигатель иссяк, я отбросил его от себя, и взялся за третий почти пустой дыхательный баллон.