И грянет буря (СИ)
— Это нарушит его как бы не больше — покачал головой под капюшоном Жнец.
— Силой шамана и своей жизнью без остатка я связываю тебя долгом — проговорил я, давя на метку. Наши силы с ипостасью смерти были несопоставимы, но в нави как и в реальном мире всё взаимосвязано и каждое действие порождает последствия. Поставив свой знак на меня мой собеседник открыл дорожку к себе, по которой я сейчас шёл.
Мрачный жнец же на мои слова просто слегка усмехнулся и перехватил свою косу по удобнее, от чего создалось впечатление, что предыдущее возражение было озвучено лишь для порядка. Мои же губы в яви прошептали одно короткое слово:
— Давай.
Лестар, стоящий за моим телом, бьющим в бубен в силу многолетней привычки, хотя я уже и не собирался возвращаться в физическое вместилище, взмахнул когтями, вскрывая мне горло. Из нави я видел, Жнец тускнеет в ней, а в яви моя кровь собирается в его фигуру, причём тоже непривычно больших размеров.
Наверно стоило обращать внимание, как связь моего духа и тела распадается, а огненные крылья сначала тускнеют, а затем осыпаются белым, невесомым пеплом. Но я не мог оторвать взгляда от схватки двух фигур исполинских сил. Демон, пожирающий жизнь целых миров столкнулся с воплощением смерти, являющейся естественной частью жизни. Коса Жнеца ударилась о поднятое в защите копьё и скользнуло по покрытым хитином уродливым пальцам, чтобы через мгновение нанести новый удар. А за ним ещё и ещё. Но каждый взмах косы встречала защита. Демон получал раны, лишился одной из паучьих ног, но держался против собственной смерти. Кровь же, сперва ударившая фонтаном из моего большого и сильного тела, иссякала, теперь стекая тонкими струйками по груди, закрытой кирасой. Фигура жнеца начала тускнеть и над горящим городом раздался торжествующий смех твари, которая могла даже в нынешнем своём состоянии уничтожить все четыре стаи драконов этого мира. Лексатронам, увидев это приняла малую форму и шагнула к нам, но Лестар предупредительно выставил лапу и произнёс:
— Ничто не должно проникнуть в круг и ничто не выйдет из него, девочка.
В следующее же мгновение бывший вампир взмахнул когтями и на моё тело сзади полилась горячая кровь, а Жнец вновь расправил плечи в яви, прервав триумф демона взмахом косы, которая отсекла твари сначала руку, а затем могучим горизонтальным ударом разделила паучью и гуманоидную половины. Навь наполнил крик агонии сверхсущества, чью душу затягивало в сверкающее лезвие косы. Жнец же, исполнив свою миссию, покинул явь.
— Не думал, что в тебе ещё осталась жертвенность — усмехнулся я, смотря на дух Лестара.
— Лучше так, чем попасть к Квэнь-И живым. После подобного на быструю смерть надеяться не стоило — огрызнулся он и повернулся к Жнецу — Бей уже давай и покончим с этим.
Фигура в чёрном балахоне слегка качнула косой и усмехнулась:
— Мне нет нужды во взмахе. Ты более не добыча, рыцарь крови. А мой долг лишь проводить тебя в новую жизнь. Дай мне свою руку.
Лестар повиновался и Жнец обхватил его запястье, после чего они оба начали тускнеть, а я с каким-то тупым непониманием спросил:
— А я?
— А ты разве не чувствуешь? — вновь обрело плотность воплощение смерти.
— Чувствую что? — вновь спросил я, чувствуя только, что не понимаю чего-то очевидного. От этого было обидно. Есть такое состояние, когда ты тупишь, понимаешь это, но не можешь остановить процесс.
— Не что, но кого, Магнус. Всех их.
Стоило Жнецу это произнести, как я действительно почувствовал. Нао, отбивающего походный ритм для Армии Рассвета. Ыгха, что жил со всем моим племенем в той же пещере, как и само племя. Своего сына, мирно спящего сейчас в кровати. Каждого мужчину, каждую женщину и каждого ребёнка, в котором текла великанья кровь.
— Это что же, я теперь бог великанов? — выдавило наконец моё горло, пока разум пытался как-то справится с внезапным наплывом информации.
— Ха-х — раздался смех воплощения смерти — Бога. Расстояние от младшего духа до бога больше, чем от ужа до дракона. Скажешь ты тоже, Магнус.
Жнец определённо был в чертовски хорошем настроении, когда наконец увёл Лестара к началу его нового пути. А я всё так же стоял на отражающейся в нави крепостной стене и не мог понять, что же мне теперь делать.
Эпилог
В аудитории для учеников магов старый жрец вёл лекцию, вещая слегка надтреснутым голосом:
— В году восемьсот сорок шестом от Исхода демоны попытались вторгнуться в мир наш, называемый Мримэ. Но на пути у них встали многие храбрые с верою в сердце. Были среди них и люди, и великаны, и эльфы и даже драконы всех четырёх стай. Но величайшим примером для всех них были Магнус Посланец, чьё милосердие ко всем существам этого мира было столь велико, что отринул он волю Небес и спустился на землю нашу вопреки ей, а так же Лестар Рыцарь Крови, демон, что преисполнился любви к людям и отринул кровожадность сородичей своих. Не похожи они были, но не раз прикрывали спины друг другу в боях с тварями нечистыми и потому стали сын Небес и сын Пекла звать друг друга братьями. А когда величайший из демонов шагнул в наш мир и разрушил Старый Такиранф, пожертвовали своими жизнями без раздумий, лишь бы предать его самой Смерти. В чём преуспели, подарив будущее всем нам — закончив фразу старик взял в руки стакан и сделав глоток продолжил — На этом наше сегодняшнее занятие закончено. Надеюсь вы не разочаруете меня на следующем и честно скажите, что прочитали параграф. А теперь можете быть свободны.
Упрашивать молодых парней и девушек долго не пришлось и они споро собрали конспекты и покинули аудиторию. Силаниль же после этого с трудом поднялся и шаркающей походкой отправился на прогулку в парк при академии Рирта, где присел на лавку. Вскоре к нему на ней присоединился крепкий и широкоплечий старик с магическим посохом в руке.
— В последние дни ты как-то совсем паршиво выглядишь, старина.
— Авалий, не нуди, а? — вяло проворчал жрец — У старшего курса сессия, а по целительству они такие же дубы, как ты был по началу. Странно что я с ними ещё не помер.
— Вот не надо, не такой уж я в нём бездарь.
— Ага — хмыкнул Силаниль — Ты хоть помнишь, сколько куриц у тебя в страшных муках издохло, прежде чем что-то начало получаться? Или уже в маразм впал?
— И он ещё говорит, что я нужу — фыркнул маг — О маразме кстати больше стоит беспокоиться тебе.
— Не буду я твои зелья пить, тысячу раз уже всё говорено.
— Умрёшь ведь скоро — вздохнул ректор академии.
— Умру — хмыкнул преподаватель целительства на старших курсах и слова Света на младших — Пора бы.
— Не боишься… Даже радостен. Что с тобой вообще происходит?
— Наш с тобой старый друг весточку передал, что выбил мне интересное местечко — улыбнулся жрец, а потом быстрым движением, которого не ждёшь от глубокого старика, дал ректору подзатыльник — А тебе велел леща отвесить, за то что ты на зелья свои подсел. Забыл, что бывает с теми, кто естественный порядок вещей нарушает?