Чай с пряностями, или Призраки прошлого (СИ)
- А кстати, нисса Меззерли, - хриплым шепотом спросил Слоувей. - Из-за недостатка времени я так и не успел расспросить вас, о каком таком проклятье шла речь. И зачем нисс ОТра чем-то опоил вашу сестру. Раз у нас выдался свободный часок, а может, даже и не часок, то не поведаете ли вы мне эту темную страницу вашей биографии?
Лисси испуганно раскрыла глаза.
- Я случайно проговорился. В больнице, - честно признался Шак. - Я-то думал, что... - и он махнул рукой.
- Ференцу ты можешь рассказать, деточка, - ласково сказала Сайрена и доверчиво сжала руку детектива.
- Что ж... - неуверенно кивнула головой Лисси. - Собственно, мэр города нисс Дрэггонс, начальник полиции, папин начальник и доктор Ивилс в курсе, так что...
- Так может, вы и меня введете в этот круг доверенных лиц? - мягко попросил Слоувей.
- Введу, - невесело усмехнулась Лисси. - Дело в том, что... - и она начала обстоятельно рассказывать все подробности. - ...и Роззи нашла это пророчество, но его надо как-то разгадать. Что тоже непросто.
- Вот оно в чем дело, - задумчиво покивал головой детектив. - Теперь многое мне становится ясным. Ну, кроме самого пророчества. Но я лично готов оказывать вам, нисса Меззерли, всемерную поддержку и помощь в снятии этого ужасного проклятия. Оно и городу, глядишь, полегче станет, - пробормотал он почти про себя.
- Спасибо, нисс Слоувей! - с облегчением и благодарностью сказала Лисси.
- Что это? - вдруг встрепенулась Сайрена.
- Где? - испугалась Хелли и на всякий случай ухватилась за Шака, сидящего рядом.
Все обеспокоенно оглянулись вокруг. Небо как будто вздрогнуло, а потом затряслось в лихорадке. Немногочисленные облачка от тряски стали расслаиваться и расплываться. Солнце, уже долгое время, как прибитое, стоявшее в зените, вдруг оторвалось от своего места, упало в море и запрыгало по волнам, как мячик. Мир исказился, стволы пальм, туземные крыши и каменные столбики стали двоиться, троиться, обзаводиться многочисленными призрачными двойниками. Казалось бы: все это должно было сопровождаться адским грохотом и землетрясением, но, напротив, светопреставление происходило в обескураживающей тишине. Даже ветер замер в удивлении. Раздробление мира продолжалось, и было уже непонятно, где оригинал, а где его призрачные копии. Очертания предметов менялись, скукоживались или же, напротив, распухали, принимая странные, совершенно инородные формы, пока преображение не завершилось окончательно.
Друзья с удивление оглянулись и поняли, что то, что они принимали за солнце, было ярко светящейся хрустальной люстрой на потолке, горы - двумя буфетами, стоящими по обеим сторонам от высоких дверей, туземные хижины - столами, покрытыми скатертями, а сами друзья сидели на паркетном полу в гостиной-кафе Проклятого дома.
Шак вскочил первым и потянул за собой Хелли. Слоувей со скрипом распрямился и протянул руку Сайрене.
- Он опять исчез! - констатировала Лисси пропажу татуированного.
- Оно и к лучшему, - заметила Хелли и убрала в сторону ведро, о которое споткнулся Шак.
- Дик! - радостно воскликнула Лисси, увидев да диванчике под эркерным окном сладко спящего мальчика.
Дик, приоткрывший глаза на звон покатившегося ведра, зевнул, удивленно посмотрел на Лисси и виновато вскочил.
- Я тут случайно вздремнул, нисса Лисси, - пояснил он.
- Дик, как же я рада, что с тобой ничего не случилось, - засмеялась Лисси и обняла мальчика.
- А что со мной могло случиться? - удивился Дик.
Объяснению помешал тревожный звон колокольчика, стуки в дверь магазина и крики.
- Откройте!
- Нисс Слоувей, вы там?
- Полиция! Открывайте немедленно!
Хелли и Лисси переглянулись и торопливо выбежали из гостиной.
- А где этот? - забеспокоился детектив.
- Тут! - позвал Сай. - Он в кладовку пытался уползти.
И Сай продемонстрировал связанного Дертей, настигнутого на пути к бегству.
- А вот и мемория! - воскликнула Лисси, вбегая в гостиную с цветком и кастрюлей в руках.
- Бинго! - устало сказал детектив, принимая опасный груз. - Оба преступника схвачены.
- И оба в ваших руках, - шепнула Сайрена, просияв голубыми глазами. - Это ваш день, Ференц, - добавила она и ласково погладила Слоувея по руке.
ГЛАВА 65, в которой обсуждаются и обдумываются последние события
Холодное, но все еще яркое осеннее солнце заглядывало в высокие окна библиотеки в графском особняке. Оно с любопытством рассматривало ворохи книг, газет и журналов. Его лучи игриво преломлялись в гранях бокала, из которого Шак цедил вино, бросали легкие отблески на очки Сая и залысины Оулдера.
- И все-таки, газеты - это зло! - протянул Шак, наблюдая, как друг наводит порядок в разворошенном графском архиве, и сделал очередной глоток.
- Гм? - усмехнулся Сай, сортирующий выпуски «Вайтбургских ведомостей» по датам. - Я даже, пожалуй, соглашусь, но с чего вдруг такой вывод от тебя?
- Этот Дертей... Он ведь примчался в Груембьерр после того, как увидел статью в газете! Не прочитай он, что твой дядюшка так хорошо сохранился во время своего десятилетнего отсутствия, он и знать бы не знал о существовании этого городка!
- Угу, - кивнул Сай. - И продолжил бы он свои эксперименты в других городах Соларии. Кто знает, сколько еще человек пострадало бы, прежде чем его поймали? Если бы его поймали... Так что, в этом случае газета была скорее благом, чем злом.
- Ну, не так бы уж и пострадали, - махнул рукой Шак. - В этот раз никто не умирал... Так, десять дней страха и морщин, и ты опять бодр и весел!
Оулдер неодобрительно покачал головой, а Сай отложил в сторону очередной выпуск ведомостей и, уставившись на друга, поинтересовался:
- Ты что, действительно так думаешь?
Шак пожал плечами и поставил полупустой бокал на журнальный столик. Недопитое вино плеснулось рубиновой волной о стенки, на полированную поверхность стола лег затейливый узор, нарисованный солнечным светом, проходящим сквозь тонкое стекло высокого бокала.
- Спешу напомнить, что Бобби Гельшмэн не погиб лишь благодаря счастливому стечению обстоятельств. Несмышленый малыш в теле дряхлого старика! За десять дней он двадцать раз мог погибнуть от холода, голода и жажды! Хорошо, что в Груембьерре достаточно мягкий климат и отзывчивые жители... Про то, сколько раз за это время он мог утонуть в пруду, я даже думать не хочу! - Сай вспомнил свое участие в добровольческом отряде по поиску пропавшего мальчика и вздрогнул, как от озноба. Сердце тогда замирало от вида каждой коряги.
Шак виновато потупил взор.
- А нисса Поркинс? Представь себе чувства юной девушки, с которой случилось такое накануне свадьбы! - продолжал возмущаться Сай. - А ее жених? Это хорошо, что характер у обоих оказался достаточно легкий, темперамент флегматичный, а любовь друг к другу искренней и крепкой! Если бы на их месте оказался кто-то более истерично-холерично-эгоистичный, без пары трупов дело бы точно не обошлось!.. Про Роззи я даже напоминать не буду... И потом в этот раз старение несчастных было обратимым, а в прошлые годы - нет! И кто знает, если бы мы не поймали этого Дертей, что происходило бы с жертвами в будущем? Самому Дертей на жизни окружающих явно наплевать!
- Да ладно, не кипятись, - поморщился Шак. - Я просто неудачно пошутил.
- Крайне неудачно! - с нажимом поправил его Сай.
- Крайне неудачно, - покладисто согласился Шак.
Сай вернулся к сортировке газет, и в библиотеке ненадолго установилась хрусткая тишина.
- Все хорошо, что хорошо заканчивается, - мягко сказал Оулдер, явно пытаясь смягчить напряженность, возникшую между приятелями. - И вспомните: теперь мы можем спать спокойно! Больше никаких попыток проникновения в особняк! Никаких подозрительных личностей, шарящих под окнами! Никакого трезвона сигнализации по ночам!
- О да! - оживился Сай. - Поиски дядюшкиной лаборатории закончились для нисса Дертей большим пшиком! Подумать только: он пытался найти сведения по исследованиям о вечной молодости! Ха! Он искал журналы экспериментов среди кастрюль, венчиков и мисочек Лисси! Представь! Темной-темной ночью Ред на цыпочках пробирается в чулан, трясущимися от нетерпения руками достает пыльный фолиант, найденный накануне, и в свете мерцающего магического фонарика читает... рецепт яблочного повидла!