Чай с пряностями, или Призраки прошлого (СИ)
Детектив попытался перетечь из положения лежа в положение сидя. Ниссима Сайрена охнула и тотчас же кинулась ему помогать, поправляя одеяло и подсовывая подушку под спину. Детектив откашлялся, грозно посмотрел на вновь прибывших посетителей и вопросил:
- Что здесь за бедлам?!
Молодые люди умолкли и задумчиво посмотрели на образовавшийся из потеков грязи живописный узор.
В палату грозно вернулась санитарка. Не сказала ни слова, лишь фыркнула через нос и цыкнула сквозь зубы, но у обоих молодых людей заалели уши. Они хором извинились и вернули инвентарь женщине. Та заглянула в глаза каждому, окончательно ввергая в пучину неловкости, наскоро затерла грязь у их ног и выплыла в коридор.
- Я пришел сдаваться! - тряхнув челкой, заявил Шак. - На днях я применил магическое экспериментальное средство для стимуляции памяти с целью выяснить подробности о наложенном на Фелицию Меззерли проклятии. Но, видно, не рассчитал дозировку и... Побочные эффекты... Такое несчастье! Готов понести наказание!
- Стойте... Ничего не понимаю! - потер брови детектив. - Что вы применили? Зачем вам знать подробности... Какого еще, черт его раздери, проклятия? Вы маг? И что произошло с Лисси из-за вашего снадобья?
- Нет! Нет! Не с Лисси! С Роззи, которая в соседней палате лежит! Она внезапно постарела, вы же знаете... - поспешил успокоить детектива Шак.
- Что?!! - не пожелал успокаиваться детектив и попытался встать с постели.
- Осторожно, Ференц, - защебетала ниссима Сайрена и стала нежно тянуть его обратно. - Тебе вредно волноваться...
- Ты знала?! - полувопросительно-полуобвинительно прошептал Слоувей, заглядывая ей в глаза.
- Доктор запретил тебе волноваться, - всхлипнула Сайрена и залилась слезами.
Детектив вздохнул, спустил на пол босые ноги и вперил тяжелый взгляд в
притихших молодых людей.
- Когда случилось несчастье со старшей ниссой Меззерли?
- Несколько часов назад... - ответил Сай и подергал себя за кончик косицы.
Слоувей прошипел что-то нелицеприятное о незадачливых ботаниках-любителях,
из-за которых потеряно столько времени. Нашарил ступней и выудил из-под кровати старые клетчатые шлепки.
- Успокойтесь, молодой человек! С вероятностью девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента вы не имеете к теперешнему состоянию Роззи никакого отношения! Чем бы вы там ее не опоили... - проворчал он, обращаясь к Шаку, и попытался встать на ноги.
Попытка оказалась удачной. Детектив убедился, что ноги держат его твердо, решительно накинул поверх синей больничной пижамы черный бархатный халат и продолжил:
- Так что об экспериментальном средстве я бы, конечно, подробности выслушал, но несколько позже и в рабочем порядке. А вот вы... - детектив ткнул пальцем в сторону Сая. - О каком подозрительном маге в Груембьерре вы говорили? Вас я выслушаю с превеликим удовольствием и в ближайшее время, сразу после того, как поговорю с ниссой Меззерли.
- Ференц, доктор не велел тебе подниматься, - робко напомнила ему Сайрена. - Тебе противопоказаны активные действия и волнения!
- Ты считаешь, что я смогу расслабиться и не проявлять никаких эмоций, в то время как за стеной лежит очередная жертва Ужаса Соларии? - язвительно бросил детектив и стремительно зашагал к выходу.
В палате наступила ошеломленная тишина, в которой испуганный бряк ведра из коридора прозвучал особенно четко.
ГЛАВА 48, в которой звучит пророчество
Лисси вошла в отдельную палату, которую выделили Роззи, на цыпочках, как будто боясь разбудить спящих. Но сестра не спала, а сидела в кресле и смотрела в окно.
- Входи, Лисси, не бойся, - с горькой усмешкой пухленькая старушка прижала плед вторым подбородком и сложила сморщенные ручки на животе.
Хоть Лисси и была готова к преображению сестры, но все равно застыла на месте, не веря своим глазам. Нет, ну честное слово, поверить в это было невозможно! Лисси захотелось крикнуть: «Это розыгрыш!», затопать ногами, может, даже поколотить кого-нибудь, но проблема была в том, что она не знала, кого можно поколотить и поможет ли это. Тогда девушка вошла и присела в кресло рядом с Роззи.
- Доктор Ивилс не разрешал войти, и мне пришлось ждать под дверью больше часа, - у Лисси задрожали губы.
- Доктор осматривал меня, потом долго разговаривал с родителями, - только голос старушки был прежним: родным и знакомым голосом Роззи, и Лисси уцепилась за эту хрупкую соломинку, чтобы не потонуть в море хаоса и непонимания, охвативших ее.
- Он сказал, в чем дело? И как тебя вылечить? - спросила с замиранием Лисси, сама не веря в то, о чем спрашивает. Слезы уже подступали к горлу, и глазам становилось все горячей и горячей.
- Доктор был достаточно уклончив. Однако посоветовал смотреть в будущее с оптимизмом. Обмолвился, что подобные случаи уже были, даже вот совсем недавно. Другая девушка... имени он не назвал... тоже неожиданно постарела, а сегодня помолодела. Доктор Ивилс считает, что мне надо набраться терпения, подождать несколько дней, ну, максимум десять, и тогда... тогда... - тут голос Роззи дрогнул.
Лисси перестала скрывать свои чувства и, рыдая, бросилась в объятия Роззи.
- Это я во все виновата!..
- Что за глупости!
- Нет-нет! Это моя вина! Я была занята кондитерской, в голове булочки с пирожками все другие мысли вытеснили. Я перестала внимательно отслеживать гадости, чуть не забросила блокнот... Не думала о последствиях... На прошлой неделе Хелли носила угощение в сиротский дом... И еще...У-у-у...
Роззи ласково потрепала рыжеволосую макушку, уткнувшуюся ей в плед.
- Лиссенок, ну при чем тут ты? Доктор сказал, что было магическое вмешательство, и это могло произойти с кем угодно...
- А произошло с тобой! У-у-у...
- Кстати, я собиралась тебе вечером рассказать, но не успела. Ну-ка прекрати плакать. Я нашла книгу Уилдера Голдскрима с той пьесой, о которой мы говорили. Я сегодня все утро... ну, до того, как это случилось... внимательно ее читала...
Лисси оторвала от пледа заплаканное лицо.
- Ты нашла пророчество принца Лонгуса?
- Нашла и выписала. Вот прочитай.
И Роззи достала из книги, лежащей рядом, бумажку.
- Роззи! - губы Лисси дрожали. - Как ты можешь сейчас об этом думать. Когда ты... - ее голос снова прервался.
- Потому что ты моя сестра, - ласково сказала Роззи и протянула Лисси носовой платок. - Выше нос!
Лисси высморкалась, развернула бумажку и прочитала вслух:
- Пленник случайный отпущен на волю,
Стрелки часов не торопятся боле.
Пес-сирота вновь посажен на привязь.
Сын возвратится, отцу не противясь.
Роззи вторила сестре шепотом.
- Что это? - удивленно спросила Лисси, поднимая глаза на сестру. - Я ничего не поняла.
- Да, к сожалению, пророчество, как и положено пророчеству, крайне туманно.
- А в драме как оно исполнялось?
- В драме герой спас из темницы преданного ему министра, оклеветанного злым магом. Потом Лонгуса признал любимый пес, который сорвался с привязи и стал бродяжкой после изгнания принца.
- А часы?
- Принц проник в королевство под видом часовщика, и ему поручили отремонтировать старинные башенные часы, которые все время спешили, но никто не мог понять причины этого. А принц знал причину, потому что сам когда-то положил монетку на механизм, и часы сбились с хода. Ну и последнее: принц Лонгус простил своего отца и вернулся к нему.
- Да, боюсь, что в моем случае эти знания бесполезны, - вздохнула Лисси. - Часы на ратуше работают прекрасно. Да я и не знаю, как их чинить, если бы они сломались. Освобождать пленника из тюрьмы... Вряд ли детектив Слоувей мне разрешит это. Пес... Какое-то бредовое предсказание, Роззи!
- Посмотрим, - успокаивающе сказала Роззи.
- Какая же я была идиотка, что так посмеялась над тем актером! - продолжила самобичевание Лисси. - И все с тех пор страдают из-за меня.