Чай с пряностями, или Призраки прошлого (СИ)
- Но стал начальником речного порта. А мэр?
- Мэру привиделся Желудь. Любимая собака, которую ниссу Дрэггонсу подарили в детстве. Он его очень любил и горевал, когда тот умер от старости.
- Грустная история. Но это действительно проливает свет на видения ниссимы Лакмер. Она ревновала покойного мужа к покойной соседке.
- По-видимому, да. Кстати, детектив, я к вам пришел вот по какому поводу. Пришли результаты экспертизы состава кондитерских добавок и одеколона. Нужно признать, что в этот раз лаборатория Вайтбурга сработала оперативно.
- Уже? - вскинулся детектив. - Ну хоть одна хорошая новость! Есть что-то интересное в заключении?
- Есть, - кивнул нисс Ивилс. - И вы не представляете насколько!
Слоувей ухватил протянутые доктором документы и с жадностью стал глотать строчку за строчкой. Спустя пару минут детектив поднял растерянный взгляд и недоумевающе спросил:
- Что именно показалось вам здесь интересным?
- Третий бланк, шестая строчка снизу, - охотно пояснил доктор.
- Массовая доля иных добавок растительного происхождения, в том числе Ludens cum memoria, суммарно не превышает 0,8%, - прочитал Слоувей. - Это?
- О да!
- Боюсь, повториться, но что именно показалось вам здесь интересным?
- Но как же? Ludens cum memoria - это же очевидно!
- Нда? И чем именно интересна эта мемория? Это яд?
- В этой жизни все яд, дело в дозировке, но Ludens cum memoria - это действительно нечто особенное! Я о ней ничего не знаю!
Слоувей недоверчиво уставился на доктора.
- Да, да! - оживленно проговорил тот. - После получения результатов экспертизы я нашел это название в справочнике в перечне редчайших растений. О свойствах ни слова, зато есть приписка, что в настоящее время на территории нашей родины существует всего несколько экземпляров, и все они растут в оранжерее Научной Академии Магии и Чародейства Соларии. Справочник трехлетней давности, но, подозреваю, что с тех пор в этом отношении мало что изменилось.
- Если ничего не изменилось, то почему эта редчайшая дрянь обнаружена в одеколоне местного розлива? - задал резонный вопрос детектив.
Доктор пожал костлявыми плечами и покинул кабинет, спеша водворить новую пациентку в предназначенное для нее место.
Слоувей уставился в заключение вайтбургской лаборатории. При этом пальцы его левой руки выстукивали по столешнице что-то задумчивое, а правой - потирали ноющую грудь. Когда последние нащупали что-то хрустяще-шуршащее во внутреннем кармане, детектив на мгновение замер, а затем выудил на свет божий бумажку, в которой записывал сведения, почерпнутые из разговора с ниссимой Мальди.
На бумажке красовалось одно имя и два названия. Нисс Слоувей посмотрел на эти названия, сравнил их с названием растения из заключения столичной лаборатории и приобрел вид еще более задумчивый и серьезный.
Людикория, людимикория и Ludens cum memoria - было в этой последовательности звуков некоторое единообразие. Слоувей вздохнул. Что ж, видно, придется посетить цветочную лавку, не дожидаясь выхода из лечебницы нисса Лагберта, упомянутого на этом же листочке. А по дороге заскочить к ниссиме Мальди и задать один уточняющий вопросик. Детектив со вздохом глянул в окно на неослабевающий дождь и взялся за зонтик.
ГЛАВА 36, в которой лягушек выводят на чистую воду
- А что, если расставить столы еще и в центре?
Лисси озабоченно свела брови, разглядывая свое королевство и Роззи, высказавшую это предложение.
- Ты знаешь, - сказала Лисси задумчиво. - В общем, ты права: тут еще много места...
Лисси покружилась по центру гостиной.
- А может, в середину поставить большой стол? - предложила Роззи, и Лисси вопросительно глянула на сестру. - Вот смотри: захотели мы, например, собраться у тебя всем нашим клубом. А это человек пятнадцать, не меньше. Сегодня у тебя соберется... сколько?
- Ты, я, Хелли, ниссима Сайрена, Шак и Сай, - быстро посчитала Лисси.
- Итого, шесть человек. И мы едва-едва поместились, - Роззи кивнула на столик в эркере, на котором расставляла чашки. - А если будет больше?
- Ну-у-у... Можно сдвинуть два стола. Хотя... Один круглый стол в центре... Интересная идея. А если еще и красиво украсить...
У Лисси загорелись глаза. Она вообразила себе стол в центре гостиной, украшенный вазой с цветами, с фарфоровыми статуэтками в виде томных парочек, где дамы кокетливо прикрываются веером или протягивают ручку для поцелуя коленопреклоненным кавалерам, с начищенными до блеска медными подсвечниками, в которых матово поблескивают желтые, как мед, свечи, с накрахмаленными белоснежными салфетками, сложенными в виде лебедей... Лисси склонилась над листом бумаги и стала торопливо записывать свои желания и фантазии.
- Да, хорошая погода закончилась, и нам надо место для своих собраний, - продолжила, как будто размышляя вслух, Роззи. - А кафе-кондитерская может быть идеальным местом. И не на один час.
- Господи! Ты так обо мне в детстве не заботилась, как о своих лягушках- квакушках, - пробормотала Лисси и погрызла карандаш, раздумывая, а не вписать ли в список желаний еще и чайный сервиз из сиамландского фарфора на двенадцать... нет, двадцать персон.
Роззи хотела привычно возмутиться, потом покосилась на погруженную в свои мечты младшую сестру, и усмешка скользнула по ее лицу.
- Разве так важен повод для собрания? - мягко поинтересовалась она. - Главное, нашему клубу нужно спокойное место, где мы могли бы втайне обсуждать свои дела.
- Втайне?
Лисси оторвалась от своего списка и наконец сфокусировала взгляд на сестре. Роззи со сконфуженным лицом, как будто ругая себя за сорвавшееся с языка слово, начала раскладывать около тарелок десертные вилочки.
- Роззи!
- Что?
- Колись!
- Что за жаргон, Лисси?
- Не увиливай от ответа! Признавайся! Выкладывай всю правду! Облегчи душу!
- Ты о чем? - Роззи отвернулась и сделала вид, что пересчитывает столовые приборы. - Одна, две, три...
- О чем ты мне не рассказала? Что ты скрываешь?
- ...Четыре, пять, шесть. Надо еще за сахарницей сходить. Не понимаю, Лисси.
- Все ты понимаешь!
Лисси встала во весь рост и преградила дорогу Роззи, которая хотела выскользнуть из эркерного закутка.
- Дай мне пройти!
- Не дам! Ну-ка рассказывай все, как на духу! На свободу с чистой совестью!
- Ты о чем? Я не понимаю!
- О-о-очень даже понимаешь! Да о твоем лягушачьем клубе!
- А что ты хочешь услышать? Все знают, что мы занимаемся сбором денег на строительство туннелей для лягушек, чтобы они могли...
- Два года? Два года, Роззи?
- Да, вот такая я дура, что два года занимаюсь этой ерундой! - вспыхнула Роззи.
- О нет! Это я была дурой, что не обращала внимания на твои слова.
Два года не обращала. Потому что сама была глупой, самоуверенной и невнимательной. Я была так занята своими мечтами о кондитерской, потом изучением новых рецептов, а в последнее время вообще...
Лисси неопределенно помахала рукой в воздухе.
- Все нормально, - напряженным голосом сказала Роззи. - У тебя свои мечты, у меня свои...
- Вот! Ага! Я так и знала, что все нечисто! Ну колись же, Роззи! То есть говори правду!
- Да в чем я должна признаться-то?
- Что твой лягушачий клуб - это прикрытие для каких-то махинаций. Нет, я давно подозревала. Поэтому и подбросила тебе ту лягушку в начале лета.
- Так это была ты!
- А кто же еще? Ты так ненатурально закатывала глаза, говоря о своей любви к лягушечкам, с таким придыханием называла их симпатяшками, с таким пафосом разглагольствовала об улучшении жизни для них и строительстве туннелей под дорогами, чтобы эти квакушки могли беспрепятственно шастать туда и обратно... Но я-то думала, что за тобой просто кто-то ухаживает, вот ты и придумала эту лягушачью ширму. Но два года! За это время можно было уже двадцать раз влюбиться, жениться и развестись...