Мелодия сердца (ЛП)

— Самое время уже, нет? — откликнулся Ричи с кресла. — Кажется, толпа разогрета.
— Шоу полностью продано, — сказал я. — Пол Брандт самый крутой среди канадских кантри-артистов.
— Эй, ты вообще-то тоже в афише, Люки-лу, — ответил Ричи. Мы с ним сочиняли вместе музыку больше десяти лет, и он с самого первого дня знакомства так меня называл.
— Ага, — я пожал плечами. — В один из таких дней люди будут так ждать нашего выхода.
— Ты чертовски прав, — ответил он, убирая телефон в карман и начиная загибать пальцы. — Следи за магией, бро. Пять. Четыре. Три. Два.
Рабочий сцены показался в дверях.
— Мистер Холден... все готово для вас, ребята.
— Наш выход, — улыбнулся Ричи.
Мы вышли к сцене вместе с остальными членами группы. Все были готовы занять свои места, пока я ждал, когда меня представят. Ведущий подошел к микрофону, и было слышно, как толпа начала шуметь.
— Привет, Виннипег!
Толпа заревела.
— Вы готовы хорошо провести время? — крикнул ведущий в микрофон.
Толпа вновь отозвалась еще более громким ревом.
— Тогда встречайте номинанта на лучшего кантри-артиста Люююююююююкааааааааа Холдеееееенааааааа.
Толпа словно сошла с ума, и люди с пеной у рта кричали во все горло. По крайней мере, так это звучало. Я вышел на сцену, взял свою гитару со стойки, перекидывая через себя ее ремень и фиксируя его. Настроив гитару под себя, я приготовился играть первую песню. Барабанщик начал отбивать ритм, Ричи перешел к вступлению, и я присоединился к ритму, готовясь петь свои строки. «Музыка сравнима с актерством», — подумал я. Только ты поешь текст вместо того, чтобы говорить его.
Запев, я посмотрел на толпу. Люди стояли, махали руками и кричали. Большинство танцевали. Кто-то высоко поднимал свои плакаты. Почти все они были к Полу Брандту, словно они думают, что тот прячется позади меня и может видеть плакаты, или же я мысленно с ним связываюсь, пока пою. Затем мой взгляд переместился на первые ряды, и один из плакатов захватил мое внимание и заставил меня задержать дыхание.
«ЛЮК», — красными буквами было написано на плакате. — «ЭТО ЭРИКА. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ». Я не видел человека, который держал плакат. Тот был большой и заслонял собой лицо держащего. Мой взгляд сместился на того, кто сидел рядом, и я почти выдохнул, узнавая огромного парня рядом с тем, кто держал плакат. Это был Мэтт, водитель Эрики. Я бы узнал его где угодно. Боже, неужели это в самом деле Эрика?
  
Глава 22
 
Эрика
 
Я подняла плакат прямо перед собой так высоко, как могла, когда Люк вышел на сцену. Группа начала играть песню, которую я не узнала – ее на Ютубе не было – и начала махать им взад и вперед, стараясь привлечь его внимание. Я не знала, видел он мой плакат, или нет. Если и видел, то может, он просто его проигнорировал. Может, я для него очередная фанатка, и даже если бы вдруг выбежала на сцену, бросаясь в его объятия, он бы просто попросил службу безопасности увести меня.
Я, наконец, опустила плакат себе на колени, поднимая взгляд на сцену, чтобы понять, был ли шанс, что он увидел меня. К моему величайшему удивлению, я увидела, что он смотрит прямо на меня. Строчка, которую он пел, замолкла на его губах, словно дымок на свежем воздухе, и он просто уставился на меня, пока музыка продолжала играть. Все происходило словно в замедленном действии, и я замечала все. Члены группы недоуменно поглядывали друг на друга. Толпа ревела и скандировала что-то, кто-то даже подхватил строчку, на которой Люк прервал песню, а сам он на автомате, словно робот, продолжал играть на гитаре, не отрываясь, глядя мне в глаза.
— Подождите, — услышала я его голос, в тысячу раз усиленный микрофоном. — Подождите, ребята. Оставим эту песню на потом. Сейчас я хочу спеть другую.
Группа медленно прекратила играть, бас-гитарист и барабанщик завершили игру последними. Люк повернулся и что-то сказал группе. Затем он вытащил микрофон со стойки и вместе с ним подошел к ступенькам со сцены.
 
Между толпой и сценой стояло металлическое ограждение, вдоль которого через каждый метр стояли охранники в черных футболках. Один из них отодвинул ограждение перед Люком, а затем задвинул на место. Люк подошел к проходу между рядами и снял с плеча свою гитару, подняв ее высоко надо головой. Остановившись у моего ряда, он окинул взглядом сидевших людей.
— Прошу прощения, народ, — сказал он ближайшим к нему фанатам.
Толпа начала реветь и свистеть, пока люди двигали колени, чтобы он мог пройти ко мне. Кто-то тянул руки, чтобы дать ему «пять», которые он игнорировал, пока другие тыкали в него пальцами. Люк подошел к моему месту и кивнул ухмыляющемуся Мэтту.
— Привет, Мэтт, — поздоровался Люк. — Рад снова тебя видеть.
— Взаимно, мистер Холден, — ответил Мэтт, стараясь прижать свои огромные колени к креслу, чтобы Люк мог протиснуться. Кое-как просочившись мимо Мэтта, Люк остановился прямо перед моим креслом. Повернувшись к девочке, которая занимала кресло прямо передо мной, он улыбнулся ей.
— Не возражаешь, если я позаимствую твое кресло на пару минут, дорогая?
Она покраснела и немедленно отскочила в сторону. Люк развернулся обратно ко мне и сел на спинку кресла, возвращая ремешок от гитары обратно себе на плечо. Затем он моментально растерялся, осознавая, что для игры на гитаре понадобится две руки, а еще нужно было держать микрофон, который он принес, но тут Мэтт наклонился вперед и поднес микрофон ближе к его губам.
— Спасибо, — с благодарностью ответил Люк.
Я не могла пошевелиться, застыв в кресле. Весь зал затих, и в паре мест только слышался шепот. Я взглянула на Люка, сияющего в своей ковбойской шляпе и джинсах, и почувствовала, как забилось сердце в моей груди, а мой желудок переворачивался вновь и вновь, словно гимнаст, выполняющий скоростную программу.
— Я видел твой плакат, — сказал Люк в микрофон. — Ты, правда, имела это в виду?
Я не думала, что смогла бы ответить. Думала, что останусь сидеть неподвижно в кресле, неспособная пошевелиться или издать какой-либо звук. Но затем кивнула.
— Когда ты это поняла? — спросил Люк.
— Когда увидела твой новый клип, — ответила я. — «If only».
— Я написал эту песню для тебя, — он перебрал струны гитары. Толпа тут же зашумела, но постепенно умолкла, желая его услышать. — Но я вырезал часть куплетов из той версии, которая попала на альбом. Хочешь услышать оригинал?
Слезы потекли по моему лицу, и я кивнула.
— Да, — прошептала я. — О да.
Он начал играть красивую мелодию на гитаре и петь совершенно другую версию песни, которую я слышала на Ютуб. Начал он с первого куплета.
Ты сказала, что не сможешь быть с кем-то вроде меня,
И что ответить, я, увы, не знал,
И хоть сердце разбито, я оставил тебя,
Продолжив жить, как и прежде…
Песня сменила мотив, переходя в распевку.
Сегодня ночью я отправлю послание тебе,
Постарайся понять, почему…
Когда Люк перешел к припеву, остальная часть группы присоединилась к нему. Его голос был наполнен эмоциями, и это была самая невероятная мелодия, которую я когда-либо слышала. Если бы я когда-либо хотела представить, как бы звучал ангельский хор в раю, то даже близко бы не смогла представить то, как пел сейчас Люк.
Малышка, только попроси,
Все, что пожелаешь,
Хоть с неба луну.
Захочешь ли, чтобы я стал
Твоим мужчиной
Или всего лишь воспоминанием.
Я сделаю все, если только
Ты сможешь меня полюбить…
Услышав второй куплет песни, я начала плакать по-настоящему. Слезы текли, словно из протекающего крана, и мне пришлось держать себя под контролем, чтобы не подпрыгнуть и не покрыть его миллионами поцелуев.
Ты решила не встречаться с актером,
И я перестану играть