Мелодия сердца (ЛП)

В это время я вернулся в свою гримерную, ощущая себя на седьмом небе от счастья.
Я тусовался в своей гримерной, пока Пол не закончил концерт. Когда я туда зашел, то понял, сколько энергии у меня скопилось, которую нужно было куда-то деть. Почти все уже ушли, кроме случайных работников концертного агентства, так что я остался один. Поэтому решил взять свою гитару и начать писать.
Я взял несколько аккордов и сыграл короткую мелодию. Раздумывал над вопросом Райана. Закончил ли я со съемками? Теперь буду заниматься только музыкой? А если это и так, что это поменяет между мной и Эрикой? И вообще поменяет ли? Все это крутилось в моей голове практически час, пока я смотрел CNN с выключенным звуком. Наконец, я выхватил одну определенную фразу, и начал писать текст. К концу концерта, когда все уже начали рассаживаться обратно в автобус, я написал довольно неплохую кантри песню.
  
Глава 19
 
Эрика
 
Шоу должно продолжаться.
Эту мантру я повторяла себе почти постоянно в эти дни, но многое изменилось. Ну, точнее, изменилась только одна вещь, но казалось, что почти все. Не знаю. Каждый раз, когда снималась в сцене, неважно в какой, я чувствовала себя пустой и нереализованной. Я уже не могла играть так, как раньше. Раньше это было весело. Чувствовала себя самой счастливой на свете, получая деньги за то, что играю на сцене перед телевизионными камерами. Но теперь я чувствовала уныние при одном взгляде на камеры и не могла понять, почему.
Справедливости ради, мы с Райаном немного сблизились на съемках. В конце концов, мы проводили вместе почти все время в перерывах между съемками, сидя в своих креслах в паре метров друг от друга. Несколько раз я пыталась вытянуть из него правду о его романтических пристрастиях, но он все держал в секрете. Я бросала намеки о разных актерах, парнях и девушках, также и о членах съемочной команды, чтобы понять, кто ему интересен, но он всегда уклонялся от ответа. Я так и не поняла, был ли он открытым геем, просто прогрессивным, или просто скрытным.
Но даже несмотря на мои глупые попытки определить его сексуальную ориентацию, мы подружились. Он слушал ту же музыку, что и я, и нам нравились одни и те же фильмы. У нас с Люком было нечто похожее, но в тоже время было все по-другому, было что-то большее, чем просто общие интересы Между нами была химия, которую я приписала нашим совместным сценам. Но когда мы с Райаном начали сниматься в общих сценах, поняла, что была большая разница между сценами с другом и сценами с... ну... кем мы там приходились друг другу с Люком.
Мне также нравилось, что на съемках присутствовал ребенок. Здесь ранее также снимались дети, но они были задействованы в эпизодах, и более чем на пару сцен не задерживались. Меган была другой. Я не только была к ней привязана из-за наших предыдущих совместных работ, но она еще была очень умной и казалась старше своих одиннадцати лет. Пару раз я замечала за собой, что разговариваю с ней как со взрослой, а затем вспоминала, что ей всего одиннадцать, когда видела, как она украдкой поглядывает на маму.
Я раньше никогда не задумывалась о детях, но время, проведенное с Меган немного поменяло мое мнение. Если мои дети будут такие же не по годам развитые и образованные, как Меган, то я бы очень хотела завести детей. Я понимала, насколько цинично это звучит, лишь подумав об этом, но мысль не покидала мою голову. Идея завести ребенка и воспитывать его именно так, как должен быть воспитан ребенок, по моему мнению, была чрезвычайно привлекательна.
Но по большей части я думала о Люке. Я понятия не имела, чем он сейчас занимался. Возможно, снимается в другом сериале, а может в фильме, или ушел в отставку на Каймановы острова и теперь подрабатывает официантом в баре Тики. Честно говоря, я боялась узнавать.
В пятницу я находилась на съемочной площадке, пролистывая сценарий. Нам с Райаном предстояла сцена спора, и я мысленно пыталась себя на это настроить. Райан был настолько хорошим парнем, что мне было тяжело войти в образ. Когда он приехал на съемки, я предложила ему прорепетировать пару строк.
 
— Конечно, — согласился он. — Хочешь здесь попробовать?
— Давай отойдем в фойе, — предложила я.
Мы нашли пустое актерское фойе – так на площадках называлась комната с креслами, которая иногда использовалась для пресс-интервью или встреч с фанатами. Я закрыла дверь, и мы начали читать свои строки.
Райан был хорошим актером и читал свою роль со злостью в голосе. Я верила ему, пока он произносил фразу, но, когда слегка приподнимал бровь в конце, я теряла весь свой настрой, накопившийся для сцены.
— Так не пойдет, — сказала я.
— Оу, — неуверенно ответил Райан. — Извини, я что-то не так говорю?
— Нет... не совсем. Мне просто тяжело на тебя злиться.
— Ну, прости меня за мое очарование, — заулыбался он.
Я засмеялась.
— Да, ты такой, но, в самом деле, может сымпровизируешь пару строк мне, Эрике, а не персонажу. Скажи мне что-нибудь, что меня разозлит.
— Могу попытаться, — пожал он плечами.
— Хорошо, — приняла я боевую стойку. — Я готова.
— Ты пахнешь хот-догами.
— Что? — я зашлась в смехе, и он тоже. Наклонившись, схватилась за живот. — Я... пахну... как хот-доги? Это все, что ты можешь придумать?
— Могу сказать, что у тебя воняют ноги. Или подмышки. Или ты пахнешь как гниющий кальмар.
Из-за этого я засмеялась еще больше, и вскоре от смеха свалилась на пол. Он хохотал тоже, хотя все еще стоял на ногах, глядя на меня, словно на сумасшедшую. Восстановившись через пару минут, я оперлась на кресло и поднялась на ноги.
— Ну же, Райан. Я серьезно. Хочу отыграть сцену хорошо
— Ну хорошо, придумаю что-нибудь настоящее, — он старался не улыбаться. — Ты уверена? Я попробую что-то прощупать. Могу действительно вывести тебя из себя.
— Этого я и добиваюсь, — сказала я. — Мне нужно на тебя разозлиться для этой сцены – по крайней мере, временно.
— Хорошо, — мы снова встали в боевую стойку. — Из-за тебя Люк Холден ушел из сериала, — тихо сказал он.
— Что? — я посмотрела ему в глаза. — Почему ты так считаешь?
— Я говорил с ним. Мы друзья. Мы раньше вместе писали тексты, пока оба находились в Нэшвилле.
— Нет, — я потрясла головой. — Это невозможно. Люк ушел, потому что... он хотел вернуться к музыке, или что-то типа того. Это не из-за меня.
— Как раз-таки, Эрика, ты – главная причина, — Райан подошел ближе ко мне, смотря мне прямо в глаза. — Люк был влюблен в тебя практически с самого начала. Но у тебя был парень, потом вы расстались, и ты сказала ему, что больше не будешь встречаться с актерами. Так что он потерял надежду, но все еще любил тебя, с каждым днем влюбляясь все больше. Затем ты, наконец, дала ему знак, который он ждал. Ты с ним переспала. А следующим утром растоптала его сердце. Можешь теперь понять, почему он ушел?
В моих глазах стояли слезы.
— Ты придумываешь это для импровизации? — спросила я, пытаясь удержать ком в горле.
— Нет, — тихо ответил Райан. — Хотя я говорю тебе все именно для этого. Работает?
— Люк, правда, так сказал?
Райан кивнул.
Я подняла руку и вытерла одну сбежавшую слезинку со щеки.
— Мне нужно идти, — сказала я, поворачиваясь на каблуках к двери.
Вернувшись в трейлер в сценическом костюме, захлопнула за собой дверь и закрыла ее на замок. Упав в кресло, дала волю слезам. Проплакала я очень долго, к моей двери даже кто-то подходил и стучал, оставшись без ответа, этот кто-то подергал ручку двери, и, постучав еще два раза, ушел.
Наконец, мои слезы закончились, но я осталась сидеть здесь еще на пару минут, как в мертвой оболочке. Наконец притянула к себе свой ноутбук. Неудивительно, что Люк не отвечал на мои звонки и сообщения. Действительно ли он любил меня? А я его? После того, как он ушел из сериала, в моем сердце была лишь огромная дыра.
Я открыла ноутбук и напечатала его имя в поиске. Открылась куча ссылок, включая список дат тура и новый клип, собравший миллионы просмотров. Я посмотрела видео. Новая песня называлась «If Only». В клипе Люк в основном был изображен в трусах-боксерах в кровати посреди пустыни рядом с полураздетой блондинкой.