За гранью разумного (СИ)

- Что значит «нет»? – деланно удивился я – Ты же мне писала?
- Тебе. – подтвердила Юля.
- Хотела, чтобы я эти письма прочел? – уточнил я.
- Хотела. – кивнула Юлька, и тут же затараторила: – Это же было тогда. Сейчас не надо читать. Ну пожалуйста! – прижала кулачки к груди.
Глядя в это умильное личико со вздернутыми бровями, я не мог не расхохотаться, за что сразу же получил кулачком по лбу. Хорошо, что тыльной частью. Вновь оседлав меня, Юлька принялась мутузить находящееся под ней тело приговаривая:
- Ах тебе смешно? Получай! На! Я тут о нем беспокоилась! А он там развлекался! – и так далее.
Вяло отбиваясь, я так и не смог сдержать ржач. Девушка выглядела настолько нелепо… В принципе, наверное, как и должна выглядеть обычная девушка. А не обученный боец, к которым я за последние два года привык. Так что в последующие две минуты я испытывал истинное удовольствие, уклоняясь и закрываясь от атак Юли. Выдохнувшись, девочка опять ткнула меня кулаком в лоб и удовлетворённо произнесла:
- Воть!
- Довольна? – попытался я скрыть смеющиеся глаза.
- Нет! На тебе, напоследок!
- Может, разрешишь в квартиру уже подняться?
- А ты что, в квартире до сих пор не был? – мигом слезла с меня Юля.
- Благодаря твоим стараниям. – как можно язвительнее ответил я.
- Там же Тимофей. – всполошилась Юля.
- Ну… Кот. – подтвердил я.
- Вдруг не поест во вовремя? 
- Тимофей? – уточнил я.
- Ну да. – подтвердила Юля.
- Пожрет не вовремя?
- Ага.
- Ага... Тимофей! Если ты меня слышишь – я иду домой! Ключ есть и очень большие вопросы по поводу твоей диеты. – я стремительно направился в подъезд.
- Ну что могу сказать. – Тимофей забавно потер лапой за ухом – Армия пошла тебе на пользу. Вес, вон, скинул.
Это правда. Перед призывом я весил сто восемь, при росте в сто девяносто. На дембель уходил при весе в восемьдесят три. За два года моего отсутствия эта харя, кот, который, разожралась до немыслимых пределов! Взвешивать его, ясно дело, никто не пробовал. Но габариты-то. 
- Как ты до таких размеров умудрился раздобреть?! - поразился я – У нас даже хлебопёки такими не были.
- Ну так-то у вас… – мурлыкнул кот.
Тимка был довольно крупным котом. В длину, наверное, около метра без хвоста. Но при этом поджарым. Хищным. За два года моего отсутствия его умудрились раскормить в эдакого увальня, который не то что мышку не поймает, он сам себя с трудом с места на место переносит. И сам этому не рад, похоже:
- Забери меня отсюда. – пожаловался кот – Закормят ведь до смерти. Давай опять рванем на дачу! Там только травы, кстати, которые надо собирать, между прочим. Свобода. Свет солнца… И писк мышки.
- Которой ты, при своих габаритах, не поймаешь. – я язвительно завершил этот пафосный спич Тима.
- О том и речь! – кот коварно пробрался на спинку дивана и полуобнял меня за шею – Представь. Далекая дача. Почти никого вокруг. Только ты и я. Ну и мыши. 
- Гейская какая-то тема. – ответил я, сдирая Тимофея со своей головы.
- Давай самок пригласим. – не сдавался Тима – Юлька по тебе до сих пор сохнет. Уж я-то знаю. Из-за этого у нее и пошел конфликт.
- Что за конфликт? – немедленно среагировал я. Юлька девочка правильная. Проблемами делится не будет. Пока в полный рост не встанут. Тоже дура.
- Ну… – многозначительно промурлыкал котяра – Есть тема для разговора…
Спустя четыре дня. 
Молодая девушка выходит из подъезда жилого дома. К ней подкатывает Мэрс с бородатыми внутри. 
- Эй дэвушка, не хочешь покататься? 
Не успев произнести эту фразу, горец поимел спереди машину ДПС, с включенными проблесковыми маяками. А сзади микроавтобус с сотрудниками подмосковного СОБРа, которые нихера не собирались шутить. «Лежать, сука! Морду в пол!» - это самое вежливое, что можно было слышать от них. Как уж помяли при задержании – об этом в суде не упоминали. Тем более, что в машине нашлось и оружие, и патроны, и наркотики. 
  
Глава 7
  
Хорошо иметь знакомых в правоохранительных органах. Буквально за пару звонков, тезке-оперу и командиру московского СОБРа, решив назревающую проблему Юльки, я занялся тем, чем и должен был заниматься нормальный дембель. А именно – наверстыванием того, чего был лишен два года.
Друзья-подруги, веселые компании, алкоголь рекой и разнузданный секс с разными партнершами. На выносливость меня натаскали неплохо, так что девочки были в полном восторге. Проснувшись на шестой день загула в незнакомой квартире на окраине Москвы в окружении обнаженных тел, среди которых были и мужские, я понял, что пора завязывать. 
Вернувшись домой и «поболев» еще сутки, я задумался о дальнейшей судьбе и прожиточном минимуме. Чего-то кошелек после загула заметно похудел. Да и с одеждой проблему пришлось решать. За два года я раздался в плечах, зато заметно похудел в области талии и бедер. Да пяток сантиметров ввысь прибавил, как раз достигнув тех ста девяносто сантиметров. Так что старая одежда смотрелась на мне, как на пугале. Хорошо, что размер ноги не изменился и можно было использовать старую обувь. А вот гардероб пришлось обновлять. Мама всё порывалась полностью забить мой шкаф старыми вещами. Пришлось убеждать ее, чтобы подождала хотя бы полгода, пока габариты в гражданскую норму не придут. Это сейчас я такой стройный и изящный. Насколько разожрусь за полгода – неизвестно. Так что обошлись минимумом вещей. И тут очень вовремя нарисовался Рабинович Константин Семенович. Сам пришел. Обрадовался, как родному:
- Ба! Какие люди! Неужели к нам? – я переглянулся с Тимкой – Не срослось у вас решить проблему за два года, что не виделись, как я понимаю?
- Не получилось. – печально подтвердил мертвяк.
- И таки шо, товарищ Рабинович? – я вопросительно уставился на призрака.
- Я готов согласится на ваше предложение. Сто тысяч. – тень Константина Семеновича склонила голову.
- Я тогда тоже погорячился. – признал я и великодушно махнул рукой: – Ваша семья получит треть от тех средств, что зависли на счете.
- Спасибо! – поднял голову призрак – Ты очень великодушен. – рядом одобрительно муркнул Тимофей.
- Все мы совершаем ошибки. – отмахнулся я – Иногда даже после смерти. Ну а теперь рассказывай…
Счет в сбере у меня уже был, но пришлось ехать в Москву, чтобы открыть счет в том банке, где зависли деньги мертвого бухгалтера. Сам счет открыли буквально за полчаса. Еще и десять евро за это содрали, крохоборы. Правда, заверили что эта сумма ляжет на счет и таковы правила. А вот на перевод такой крупной суммы даже внутри одного банка понадобилась неделя. Это только в фильмах все мигом происходит. За это время я узнал кто занимается «потеряшками» в отделе, который обслуживал район, где проживал Константин Семенович. Благо там опер по этим делам всего один был. Вечно задрюченный начальством, требующим от него результат, а от того неприветливым и колючим.
- Чего надо? – сразу же окрысился он, когда я подошел к нему в темноте, когда тот шел от отдела к своей машине.
- Мне от тебя ничего не нужно. – сразу же сказал я – Просто хочу помочь.
- Помочь? – недоверчиво переспросил опер – С чего вдруг такая благотворительность?
- Считай это моей чертой характера. – усмехнулся я – Тем более, за эту помощь уже уплачено и это вообще не твое дело. Рабинович. Помнишь такого? Константин Семенович, который?
- Ну помню и что? – хмыкнул опер и уточнил: – Уплачено, говоришь? И сколько?
- Повторяю – не твое дело. – сказал я – Не надо злить больших дядей. Для твоего же душевного спокойствия. И для душевного спокойствия твоей семьи. Мы друг друга поняли?
- Поняли. – буркнул опер.
- Ну а раз понял – поехали. Покажу, где его прикопали. 
- Так он мертвый? – уточнил опер – И это убийство?
- Угу. – отозвался я, уже сидя в салоне его старенького Опеля.