Обнаженная для герцога (СИ)
— Почему? — тихо спросила я.
Он внимательно посмотрел на меня, а потом раздражённо хмыкнул.
— Потому что, Лия! Не может и всё!
Я смотрела на его раздосадованное лицо сквозь слёзы, застилавшие глаза.
— Послушай, это явная ошибка, — уже мягче ответил Рэналф. — Дамиан не может жениться. Объяснять замучаешься, недели не хватит, даже если говорить непрерывно. Если коротко и понятно, то связано с заморочками династических браков. Дамиан прямой наследник, если он в этом вопросе напортачит, то сразу потеряет право быть королём, и ещё там много других неприятных последствий.
— Герцогиня Адель… — прошептала я, — обручён с детства.
Рэналф пожал плечами.
— Да все они с детства с кем-то обручены, — хмыкнул он, — и король Освальд тоже. Даже я, кажется, был обручён, или всё ещё обручён, не знаю, хоть я и младше и не прямой наследник.
Он вдруг тепло взглянул на меня и усмехнулся:
— Насколько мне известно, Дамиан уже перетряс архивы в обоих королевствах и совершенно измучил десятки, если не сотни людей в поисках лазейки жениться на одной невероятной красотке с синими глазами и жутко раздражающей манерой разгуливать голой.
Я покраснела, к дрожащим пальцам из-за новости о предстоящей женитьбе моего короля на какой-то герцогине добавился стыд за все случаи, где я была неодетой или полуодетой.
Рэналф отпустил мою руку, выпрямился и неожиданно успокаивающе погладил меня по голове.
— Насколько я знаю этого упрямца, Дамиан рано или поздно решение найдёт. Но на данный момент факт остаётся фактом, верить этой газетёнке нельзя. Слышишь меня, Лия?
Я отстранилась от него и медленно кивнула. Мне показалось, что под моими ногами появляется бездонная пропасть, в которую я вот-вот соскользну.
— Здесь точно ошибка, — серьёзно глянул на меня Рэналф, выпрямляясь и пройдясь по комнате, — я знаю брата, этого не может быть.
Я кивнула, но в груди уже разрастался жуткий, леденящий холод.
Комнату шатнуло.
Я ощутила на лице порыв ветра, в горле запершило от запаха дыма, глаза заслезились.
— Лия, а ну смотри на меня! — услышала я будто издалека голос Рэналфа.
Но Рэналфа я уже не видела.
Его голос утонул в грохоте мечей, криках боли, хлопках магических заклинаний.
Я стояла на иссохшей земле под небом, затянутым серыми тучами.
Сбоку надо мной нависали скалы.
Вокруг меня лежали и сражались люди.
Окровавленные, опалённые, с искажёнными лицами, они бежали, замахивались мечами, выбрасывали заклинания, выкрикивали проклятья.
Падали, корчась от нестерпимой боли.
Лежали, глядя в небо невидящими глазами.
Вокруг моего пояса обвилась ледяная плеть.
Рывок — меня протащило в сторону.
Меня сильно, до боли, так, что перехватило дыхание, сжала за пояс стальная рука.
Я смотрела в янтарные глаза Дамиана.
Бесстрастные, леденяще спокойные, совершенно ничего не выражающие глаза моего короля на покрытом сажей и грязью лице с рассечённой бровью и запёкшейся кровью на щеке.
Нас шатнуло, но Дамиан устоял на ногах и удержал меня — краем сознания я успела увидеть осколки щита — он успел прикрыть нас от смертельного магического удара, прилетевшего в подставленное им под удар плечо.
— Звезда! В защиту! — проорал он. — Держать круг!
Он оторвал от меня взгляд, стремительно и цепко огляделся, с силой прижимая меня к себе.
— Это бесполезно, — раздался рядом до боли знакомый голос. — Ты не убережёшь её от меня, мой друг.
Я медленно посмотрела в сторону голоса.
Сбрасывая с себя магические путы, с колен поднимался король Освальд. Одна его рука висела как плеть, из рваной раны на бедре струилась кровь.
Но король Освальд самодовольно улыбался. С его руки слетело ещё несколько заклинаний, Дамиан едва успел выбросить новый щит.
Вокруг нас кипела схватка: я узнала многих из ближников Дамиана, которые учили меня во дворце. Они ожесточённо сражались, отсекая вражеских солдат и магов от Дамиана, меня и Освальда, прикрывая нас троих от сторонних ударов и формируя вокруг ровный круг.
— Ты хороший боец, друг мой! — выкрикивал Освальд, забрасывая нас мощнейшими заклятиями, — твой план был прекрасен! Но я умнее! И сильнее!
Дамиан увернулся от шквала огня, заслоняя меня корпусом, с тем, чтобы коротко контратаковать, но тут же снова уйти под защиту щитов.
— Я сильнее! — новый удар и выкрик Освальда, — и хитрее!
Ещё шквал ударов. Я старалась не шевелиться, даже не дышать — про брак и прочее я расспрошу с пристрастием потом — сейчас я отчаянно боялась помешать Дамиану, осознавая, что в атаку он не переходит из-за меня.
— И в чём же ты хитрее, Освальд? — выкрикнул Дамиан, уходя от очередного удара.
— Твой братец и твоя пташка любят читать газеты! — самодовольно скалясь, расхохотался Освальд, умудряясь при этом усилить натиск. — Куда полетит нервная пташка? К возлюблённому! Как заставить незамужнюю пташку нервничать? Объявить о свадьбе короля!
Холодея от слов Освальда, я, наконец, поняла, что он бьёт не в Дамиана. Он бьёт в меня.
Все смертельные заклятья летели именно в меня! А Дамиан прикрывал меня, едва успевая подставляться под удары.
Ещё я понимала, что ничего, вот совершенно ничего не смогу сделать.
Ничем не могу помочь.
Даже если начну перемещать нас, в этот момент мы будем совершенно беззащитны, все смертельные заклинания прилетят в нас, а значит в Дамиана, который закроет меня собой.
— Хватит сопротивляться! Ты не спасёшь её! — выкрикнул Освальд.
Несколько ближников Дамиана лежали на земле и не двигались. Круг вокруг нас сужался.
Освальд выпустил поток огненных игл, несколько из них пробили щит, одна опалила мне щёку. Я услышала, как Дамиан зашипел от боли — он сгорбился, но снова закрыл меня собой.
— Ты не спасёшь её от меня! — зло скривился Освальд, выпуская новый поток игл, пробивших щит и застрявших в новом. — Да, это удалось герцогу Себастьяну! Герцог спас её от меня! Почему? Я позволил! Для чего? Чтобы король Дамиан увидел её смерть!
Глава 32. Огненный шар
Освальд самодовольно скалился, с его рук стекали смертоносные заклятья.
Дамиан всё больше горбился и выбрасывал всё слабее и слабее щиты.
Я даже не видела Освальда, между ним и мной всё время находился Дамиан, который стальной хваткой прижимал меня рукой за пояс к своему бедру. Он всё время крутился, уворачиваясь от смертельных потоков, и уводил меня из-под ударов.
— Да сдохни ты, наконец! — вскричал Освальд.
Он раскинул руки в стороны, и в нас с Дамианом рванулся разрастающийся огненный шар.
Дамиан повернулся к Освальду спиной, заслоняя меня.
Вдруг я поняла, что мой король стоит, вынуждая меня смотреть себе в глаза, прижимая меня за поясницу, стискивая в кулаке мои волосы на затылке, как раньше, как ему нравилось всегда.
Вокруг нас ревело огненное пламя, опаляя жаром, очень близко к коже, стекая о тончайший щит, но Дамиан стоял, прижимал меня к себе.
Дамиан улыбнулся.
— Пташка моя, — сказал он, — прилетела ко мне.
Я едва смогла разобрать его слова из-за рёва огненного вихря вокруг окружающей нас тончайшей сферы магического щита.
За его спиной Освальд выкрикивал ругательства, кажется, даже подобрал меч и стал наносить удары в спину Дамиана, пытаясь пробиться сквозь щит.
А я могла только смотреть на него, чувствуя родные руки в волосах и на пояснице, ощущая надёжное сильное тело, смаргивая льющиеся слёзы.
— Я скучал, — сказал Дамиан уже без улыбки, глядя мне прямо в глаза.
Я вдруг поняла, что на мне теперь нет его сетки, вся моя сила свободна, но до последней капельки увязла в его уверенных магических потоках, окутывающих, запутывающих меня бережно и неотвратимо, переплетаясь с моими, присваивая, делая меня частью его самого.
— Очень скучал, — повторил он шёпотом.
Я вдруг обмякла в его руках, прижавшись к нему всем телом, запрокидывая голову.