Обнаженная для герцога (СИ)

Я прижала дрожащие пальцы к губам, глядя на него, пока он продолжал ронять передо мной безжалостные слова.
— Чем объяснить твоё поведение, Лия? Залезаешь к незнакомому мужчине под его магические защиты. Уединяешься с королём Освальдом и оказываешься после этого без одежды. Просишься спать в одной кровати с мужчиной, которого и суток не знаешь. Предлагаешь ему себя на пляже. Заходишь к этому мужчине голой в душ.
Пока я пыталась отдышаться, глядя на него расширенными от ужаса и такой трактовки событий глазами, он припечатал:
— А потом ты разгуливаешь в халате на голое тело, хотя тебе уже доставили приличную одежду, и оказываешься полуголой перед ещё одним мужчиной, да ещё так, что в целом пренебрежительно относящийся к пташкам Рэналф заваливает тебя под себя на стол. Как твои поступки выглядят в таком ряду, Лия?
От услышанного я несколько раз прерывисто вздохнула. Всё лицо и шея пылали от стыда, руки и губы тряслись.
Я опустила голову, две слезинки пролились из глаз и упали тёмными пятнами на платье.
— Да, я согласна, Дамиан, — дрожащим голосом сказала я, глядя на свои стиснутые руки, — со стороны выглядит всё очень плохо, выглядит так, что я и правда шлюха и предлагаю себя всем подряд.
Дамиан подошёл, взял меня за подбородок и поднял моё лицо, заставляя взглянуть на себя. Он стоял прямо и смотрел серьёзно.
— Лия, услышь меня сейчас. Очень важно то, что я сейчас тебе скажу. Слушаешь?
Я сглотнула слёзы, ответила дрожащим голосом:
— Да, я слушаю, Дамиан.
— Хорошо. Я так не думаю, Лия. Для меня этот ряд событий означает только то, что ты наивна и неопытна, тебе некому было объяснить все эти вещи. У меня масса вопросов к твоему дяде Бернарду относительно твоего воспитания и светского образования, но факт остаётся фактом: от незнания элементарных основ ты совершенно беззащитна. Я это понял сразу, принял решение тебя защитить, даже от себя самого и от тебя самой в том числе. Я это сделал, делаю сейчас и намерен продолжать это делать.
Я холодела под его строгим взглядом, от жёстких слов и властного голоса.
— Лия, услышь меня. Мои слова сейчас не для того, чтобы сделать тебе больно или унизить. Не для этого. Я хочу показать тебе важную вещь. Чтобы ты поняла и осознала.
Он стёр большим пальцем влагу с моей щеки, слегка улыбнулся.
— Доверие, Лия. Оно обоюдное. Ты часто будешь одна из-за дикой нехватки моего времени. Тебе нужно продолжать учиться. Вокруг тебя будут другие мужчины. Я доверяю тем, кто будет рядом с тобой. Я доверяю тебе. Соответственно, я хочу знать, что и ты мне доверяешь. Что ты мне веришь: если я сказал, что я решаю государственные проблемы, то я делаю именно это, а не забавляюсь с легкодоступными пташками или кем-то ещё.
Дамиан наклонился ко мне так, что его лицо оказалось со мной на одном уровне, сжал пальцы на моём лице и посмотрел прямо в глаза.
— Я знаю тебя. Ты не шлюха. Не легкодоступная. Ничего подобного. Таких слов даже близко не может быть и никогда не будет с тобой рядом.
Он слегка улыбнулся и очень серьёзно сказал:
— Лия, ты моя любимая девочка. Моя единственная. Моё сокровище, которое я хочу оберегать и защищать. Я хочу быть только с тобой. Я люблю тебя, Лия. Хотел бы я признаться тебе иначе, но уж как получилось. Ты прекрасна. Ты лучшее, что могло случиться со мной. Люблю тебя. И никуда не отпущу.
Мои слёзы пролились сильнее, я обняла его за шею и прижалась губами к его губам. Он тут же схватил меня за талию, поднял и крепко сжал в своих сильных надёжных объятиях.
Он жадно целовал, а я отвечала на его поцелуй, прижимаясь к нему всем телом.
Я оторвалась от него на миг, произнесла срывающимся голосом:
— Я тоже тебя люблю, Дамиан. Очень люблю. Конечно, я верю тебе.
— Девочка моя любимая, — выдохнул он, — моя Лия…
Мои ответные слова утонули под его губами, в его требовательном напоре, я растворилась в густой смеси горечи от только что услышанного и сладости его признаний.
Не сразу я осознала, что он задрал мою длинную юбку, сел на диван, усаживая меня верхом на себя.
 
Я уставилась на него, а он хищно улыбнулся. Пока я ошеломлённо моргала, он обнял меня крепко за поясницу, свободной рукой проник под юбку, сдвинул нательное белье в сторону, раздвигая чувствительные нижние губы пальцами, сдавил бугорок и стал водить по кругу так, что я схватила его за шею и выдохнула:
— Дамиан, ты что! Прямо здесь? А если ещё кто-то войдёт?
— Если ещё кто-то войдёт, — усиливая ласки и прикусывая мою губу, сказал он, — я точно убью.
Я засмеялась сквозь слёзы и тут же охнула оттого, что он растёр по моему лону мигом проступившую влагу.
— Какая же ты чувствительная, — прошептал он, двигая пальцами всё быстрее, — хочу тебя безумно. Всё время. Весь контроль вдребезги с тобой.
Я уже задыхалась, сама прикусывала ему губы, сплетала свой язык с его.
Дамиан стремительно расстегнулся, и я протяжно застонала от того, как он уверенно и резко опустил меня на себя, проникая внутрь, растягивая, заполняя меня до конца.
— Дамиан, — срывающимся голосом прошептала я.
Он сжал мне волосы на затылке, заставляя смотреть в свои янтарные, с плещущимся через край вожделением, глаза.
— Любимая, — шептал он, ускоряясь, — ты моя. Никуда не пущу. Моя и только моя.
— Люблю тебя, — отвечала я, принимая его ритм, крепко держась за его шею, — твоя. Только твоя. Люблю.
Он ускорялся, по гостиной разносились пошлые звуки нашей страсти, а мы шептали жаркие слова, признавались друг другу и двигались вместе, всё быстрее, глядя друг другу в глаза.
Очень скоро я протяжно застонала, прикрывая веки, содрогаясь в нестерпимом, обжигающем удовольствии. Будто издалека до меня донёсся его требовательный голос.
— Посмотри на меня, Лия, хочу видеть тебя.
Я едва смогла открыть глаза, посмотрела на его исказившееся от страсти лицо. Я дрожала и выгибалась всем телом, и смотрела, смотрела, смотрела на моего короля, пока он не содрогнулся с глухим стоном, замирая и впиваясь губами в мои губы, стискивая меня в своих руках.
— Любимая моя, — прошептал он, крепко обнимая и поглаживая мои волосы.
Нежно поцеловал. Я ещё подрагивала, наслаждаясь мягкими прикосновениями его губ, растворяясь в его ставших упоительно ласковыми руках.
— Пойдём, — сказал он, поднял меня на руки и понёс в спальню.
  
Глава 27. Дворцовые будни
 
В спальне Дамиан опустил меня на кровать и, нежно целуя, тягуче медленными движениями принялся расстёгивать каждую пуговку на платье.
Долго. С чувством. Разжигая новое желание.
— Ты же говорил, у тебя мало времени, — прошептала я, задыхаясь от поцелуев.
Дамиан, игнорируя мои слова, впился губами в мои губы, проник рукой в растёгнутый лиф платья, обвёл пальцами вокруг соска, делая его чувствительным и твёрдым.
Вдруг он развернул меня на живот, навалился сверху, задирая юбку. Раздался треск нижнего белья, обрывки ткани полетели в стороны.
Я лишь вздохнула от неожиданности, а его колени уже раздвинули мне ноги, твёрдый член заскользил поверх влажной щели.
— Когда ты такая мокрая и нежная, — зашептал он на ухо, — от тебя невозможно оторваться. Время… В бездну! У меня не глупые люди, начнут без короля.
Резким сильным ударом он ворвался внутрь, на всю длину, на всю глубину, вырывая у меня стон.
— На тебя, моя Лия, — зашептал он, — никакого контроля не хватит.
Ещё одно проникновение, быстрое, глубокое. И ещё одно, с растяжкой, до конца.
— Не терпи, если больно, — приказал он, прикусывая мочку уха, — я сейчас несдержан. Сразу говори.
— Не больно, — простонала я, комкая в кулаках покрывало, — очень хорошо. Ещё, Дамиан. Хочу ещё.
От этих слов его, похоже, окончательно сорвало.
Мои волосы в его кулаке. Мои стоны от его толчков.
Его тяжесть на мне. Неуклонно заполняющее меня звенящее напряжение.
— Дамиа-а-ан, — его имя вынесло на гребень волны моего протяжного стона.