Случайная невеста (СИ)

— Что опять не так?
— О поцелуях договора не было…
— Ася, это само собой разумеющееся. Мы пара.
— Да-а-а? — Включаю дурочку, с удовольствием наблюдая, как Кайсаров бесится. Если уж мне выставлен ультиматум, он зря надеется на мою тотальную покорность.
— Да. Точка, — видимо, спорить бессмысленно. — Твоя задача на ближайший час: разложить свои вещи и всякие штучки так, чтобы каждому, кто сюда войдёт было понятно — здесь обитает женщина. А я пока закажу что-нибудь на ужин.
Наконец, уходит, оставляет одну посреди огромной спальни, где каждая вещь пропитана его дурманящим запахом. Полный минимализм — ничего лишнего. Всё на своих местах, по полочкам, для каждой вещи своё место.
Любит порядок, и мне кажется, что это касается не только квартиры босса. Каждое действие чёткое, каждое слово, будто отбойный молоток, не принимающий никаких «но». Во всём такой, и всю степень «правильности» жизни Кайсарова придётся испытать на себе любимой.
Итак, что мы имеем.
Мне придётся жить с боссом в одной квартире на протяжении неопределённого времени, изображая искренние чувства.
Плюсы: ни о чём не стоит беспокоится, потому что за меня всё сделают и решат, включая моменты «куда можно идти» и «что говорить». Финансовые вопросы становятся не важны, потому что, насколько я поняла, всё берёт на себя босс.
Минусы: мне предстоит жить на одной территории со взрослым мужчиной, и мало того, спать с ним в одной постели. Кайсаров обещал не трогать, но неизвестно насколько хватит его обещания.
Я не маленькая девочка, и прекрасно понимаю, что у взрослого мужчины есть потребности. Физиологию никто не отменял. Стоит обговорить данный вопрос, чтобы в дальнейшем не возникло проблем.
У меня.
Заканчиваю с поручением Кайсарова, а точнее, завершаю захламление его идеального порядка своими немногочисленными вещами, и спускаюсь вниз.
Последний раз я ела в обед с девочками, поэтому, учуяв запах вкусной еды, тут получаю отклик своего пустого желудка.
— Я даже отсюда слышу, как у тебя урчит живот. Иди ужинать, — слышу голос босса, на который и иду.
Разбирает пакеты с логотипом какого-то ресторана, расставляя многочисленные тарелки. Молча наблюдаю, отмечая Кайсарова с стороны ранее мне неизвестной. Настолько увлечён, что не обращает на меня внимания, когда с жадностью вдыхает аромат какого-то блюда.
— Не знал, что ты любишь, поэтому заказал рыбу и салаты.
— А себе?
— Мясо. Я люблю мясо.
Ну да, конечно, дикие животные едят мясо. Не питается же Кайсаров листиками салата.
— Могли бы спросить… — бурчу себе под нос, усаживаясь на высокий стул-табурет подальше от босса.
— Не подумал. Решил сам, — и мужчина впервые оправдывается, видимо, понимая, что стоило просто задать вопрос.
— Научитесь спрашивать, иначе в глазах окружающих мы будем смотреться глупо: вы рычите, я исполняю ваши приказы. Это не отношения, а дрессировка.
— И насколько большой опыт у тебя в отношениях? Так, мужчин было двое. Всего двое, — ухмыляется.
— С одним из них отношения продлились три года. А сколько продлились ваши самые долгие отношения?
— Почти год. — Наблюдаю за Кайсаровым, отмечая непонятное выражение на его лице. Неуверенность? Да ладно… Такого быть не может. По-моему, этот большой мужчина непоколебимо уверен в себе любимом всегда. — Но тебя это не касается.
— Касается. Я ведь должна хоть что-то о вас знать.
— О тебе, Ася. Привыкай говорить «ты».
— Я должна хоть что-то знать о тебе. Расскажи о своей семье, чтобы я понимала, что ждёт меня послезавтра.
— Наконец-то конструктивный разговор. Неужели смирилась со своей новой ролью так быстро? — смеётся, грохотом обрушиваясь на меня. Оказывается, смех Кайсарова громче его рыка.
— Нет, — фыркаю. — Но, видимо, выбора у меня всё равно нет. Ты меня даже на краю света найдёшь, — нужно постараться приручить дикого зверя, если сопротивляться ему не хватает сил и возможностей, и, усыпив бдительность, сбежать.
— Именно так. Помни об этом, Ася, когда задумаешь очередную глупость, — внимательно вглядывается, прожигая насквозь. Кажется, он знает о чём я думаю и что сделаю. Я как на ладони перед боссом, сразу выдаю себя с потрохами. — Так, семья… — Усаживается, подвигает мне тарелки с аппетитной рыбкой, — отца ты уже знаешь, виделись сегодня. Маму зовут Сусанна, но её на празднике не будет.
 
— Почему?
— Моя младшая сестра Амина замужем за немцем. Она переводчик, закончив обучение отправилась на практику, где познакомилась с будущим мужем Гансом. Живут в Гамбурге уже три года. Неделю назад у меня родился племянник, и сестрёнке требуется помощь матери.
— Как назвали? — Босс непонимающе смотрит. — Племянника как назвали?
— А-а-а, Давид. Есть родной брат — Омар, на пять лет младше меня, женат на русской. Зовут Катя. Их сыну два года, и пока он самый любимый правнук у деда. Главный виновник торжества — дед Али, ему исполняется девяносто лет. Но не стоит думать, что он пожилой, слепой и глухой. — Указывает на меня вилкой, прищуриваясь. — Дед чётко следит за тем, чтобы семья Кайсаровых разрасталась, именно поэтому ты и попала в данную ситуацию. Давно объявил, что его наследство будет поделено не между детьми, а между внуками.
— А детей сколько? Только твой отец?
— Нет. Дядя Ильяс, младший брат отца, у которого тоже есть двое детей — Ленара и Анвер. — При упоминании двоюродного брата, босс нервно ведёт плечом, видимо, между ними не слишком доброжелательные отношения. — У них по двое детей. Девочки.
— И это плохо? Ну, девочки?
— Да нет, — пожимает плечами. — Сейчас уже не так важен пол, как раньше, но всё же мальчики ценятся больше. Мальчик — продолжение рода, носитель фамилии. Амина родила сына, но фамилия у него уже будет другая. Так что, пока в приоритете маленький Камиль, — улыбается, впервые искренне, видимо, вспоминая племянника. — Дед открыто никогда не высказывался, но все знают — он более благосклонен именно к правнукам.
— Но ведь у вас… тебя, тоже может быть сын?
— Может. И будет. Всему своё время.
— Тебе тридцать восемь. Времени всё меньше. — В ту же секунду жалею о произнесённых словах, потому что Кайсаров разрывает меня чёрным взглядом подобно зверю, готовому броситься на добычу.
— А у тебя? — цедит сквозь зубы.
— Мне всего двадцать пять… — шепчу, — я всё успею. Если, конечно, выживу после отношений с вами…
— Я не животное, — рычит, туго играя желваками.
— Именно сейчас я бы так не сказала… — сглатываю, не в силах отвести взгляд от чёрного морока, поглощающего меня. Пугает, напоминая, что каждое слово должно быть осторожным и обдуманным.
Кайсаров не Максим, которому я высказала всё, что в голову взбрело. Босс может наказать. Жёстко. Так, что я пожалею о каждом брошенном слове.
Немая сцена затягивается, а я чувствую, как в глотке застревает кусок рыбы. Боюсь пошевелиться. Ненароком боюсь спровоцировать босса. Я его не знаю. Совсем. И на что он способен тоже не знаю.
Сейчас я, словно сапёр, который на ощупь двигается по минному полю. Нет вспомогательных средств и инструкции по применению к Кайсарову.
Один на один. Глаза в глаза. Руки дрожат, а по спине стекает капелька пота от напряжения, витающего в пространстве.
Медленно поднимается, складывает посуду. Молчит, чем пугает ещё больше. Есть больше не хочется. Хочется бежать отсюда куда глаза глядят.
— Ты поела? — Киваю. — Пошли спать. Уже поздно.
Уже в спальне выуживаю свою привычную пижамку. Старенькая, но безумно мною любимая и уютная, словно крылья ангела. С дурацким рисунком из улыбающихся слоников. Немного неприятно, что босс её увидит, но у меня нет цели его соблазнить, наоборот — лучше, если не соблазнится.
Лишь мельком отмечает мой внешний вид, но комментария не следует.
Босс устраивается на левой половине с телефоном в руках, освобождая для меня противоположную часть кровати. Мы больше не говорим.