Застенец (СИ)

До обеда я страдал от безделья, валяясь в кровати. От книг тошнило и болели глаза. А других развлечений сюда не завезли. Конечно, я бы не продал душу за работающий телефон с интернетом, но хотя бы потупить в телевизор было бы неплохо.
Вскоре вернулся Илларион, который заодно зашел к Фиме и предупредил, что сегодняшняя тренировка проводится без меня. Я примерно представлял, что там будет – ничего хорошего. Стадо баранов бегает за мячом, забыв все, чему их учили. Ну, может пасик пару раз отдадут, если все звезды сойдутся. Тренировка без тренера – это вакханалия. Так было и будет всегда. Значит, надо быстрее приходить в себя. Мне казалось, что еда в этом плане может здорово помочь.
Обед был не в пример скромнее, чем обычно, но я не съел и половины. Банально не хотелось.
К вечеру уже немного попустило. Я даже медленно, как после тяжелой болезни, ходил сам до туалета. А то Илларион с какой-то эмалированной уткой с ручкой уже стал порядком доставать. Мол, вы, господин, дела делайте, я к подобному привычный. Даже отвернусь, если стесняетесь.
Зато перед самым ужином в нашу дверь постучали. Это было настолько неожиданно, что звук костяшек в пустом доме заставил вздрогнуть. Пришлось даже прислушаться к тяжелым шагам слуги и скрипу входной двери. Я ожидал кого угодно – товарищей по лицею, Самарина, Зейфарта или даже Максутова (чем черт не шутит), однако появившийся на пороге Илларион выглядел обескураженных.
– Граф Билибин, господин.
– Кто? – удивился я. Нет, у меня не самая лучшая память, но что-то мне подсказывало, что с таким персонажем я еще не сталкивался.
– Он представился, как управляющий компанией по перевозке товаров.
Илларион передал мне крохотную визитку, сделанную уже явно после перехода. «Управляющий по экспорту и импорту товаров первой необходимости компании „Туда и обратно“ Граф Билибин Всеволод Кириллович».
– Что ему надо? – удивился я.
– Сказал, что хочет поговорить с глазу на глаз, господин. Жандармы его проверили, оружия нет. А сам он недом, так что…
– Хорошо, дай мне минуту.
– Я могу помочь, – участливо отозвался Илларион.
– Я же сказал, что сам. Просто дай минуту.
Со временем, конечно, немного промахнулся. Пришлось потратить с добрую четверть часа, чтобы одеться подобающих образом. Но, к чести господина Билибина, он встретил меня в гостинной с добродушной улыбкой, даже не подумав сердиться за вынужденной ожидание. Словно целью всей его жизни была встреча со мной. Поэтому что эти жалкие пятнадцать минут?
– Господин Ирмер-Куликов, искренне рад знакомству, – поклонился он, а после подал руку.
– Взаимно, – ответил я ему тем же. – Только я…
– Несколько любопытствуете, почему я здесь? – улыбнулся Билибин.
Напоминал граф сдобный приятный пирожок, обмазанный сверху маслом. Румяные щечки, курчавые волосы, закрывающие лоб, искрящиеся жизнью карие глаза и едва намечающийся второй подбородок. Его движения были чуть манерными, словно он играл на сцене и понимал, что на него обращено множество взоров. Меня смутили лишь излишне волосатые пальцы. Держу пари, ему и носки шерстяные носить не надо, вспотеет.
– Моя компания, с дозволения Его Имперского Высочества, занимается торговлей с вашими соотечественниками. Мы, конечно, не единственные в этой сфере, но наиболее крупные представители. И теперь намерены расширяться.
Он подождал, будто надеялся, что я сейчас поддержу разговор. Я лишь кивнул.
– Главная проблема нашего города – это несколько стесненные границы. Могли бы мы подумать, что дворяне будут обитать в доходных домах не из-за отсутствия денег, а именно подходящего места жительства?
– Я уж точно нет.
– Вместе с тем нельзя сказать, что чиновники не сидят, спустя рукава. Они понимают сложность сложившейся ситуации. Вы видели дом, который построили на улице Святого Николая?
– Нет, не видел, – честно признался я, пытаясь вспомнить, название, которое уже слышал. Вроде где-то в западной части, куда я не добирался.
– А он не один. Петербург не зачах, он изменился. И продолжает меняться.
 
Это было правдой. Из-за стены сюда поставлялось много стройматериалов. На улицах постоянно раздавались звуки пилы, протяжное пение рубанка, скрежет мастерка. Чем дальше ты уезжал от центра, тем явственнее понималось, что в Петербурге постоянно что-то ломается и строится.
Но вместе с этим, мне было категорически плевать на изменение архитектуры северной столицы. И, наверное, Билибин прочитал это в моем взгляде. Потому что сразу же перешел к делу и стал говорить быстрее.
– После разрешения некоторых недоразумений с вашими соотечественниками, мы нашли общие точки соприкосновения с застенцами. И я выкупил несколько зданий под склады. Не скажу, что они идеально подходили, но до поры до времени меня все устраивало. А теперь… Одно из них хочет приобрести одно влиятельное лицо. Очень влиятельное. Таким обычно не отказывают. Да и признаться, Николай Федорович, давно пора расширяться. Дела идут в гору.
– Вы узнали мое отчество, – улыбнулся я, немного вымотанный напором гостя.
– В моем деле информация лишней не бывает, – кивнул Билибин. – Навел справки.
– И чем же я могу вам помочь?
– У вас есть подходящая для моих задумок земля. На ней раньше был судостроительный завод. Сейчас там уже почти ничего не осталось, я проверил. Да и для вас он будет больше обузой. Ведь в конце года необходимо платить налог. К тому же, вы несколько стеснены в средствах.
– Да? – напрягся я.
– Прошу прощения, но я же говорил, что навел справки. В делах подобного рода мелочи очень важны. На днях вы сняли все средства с банковского счета. Источников дохода у вас нет. Скоро платить за аренду этого дома. Одни сплошные расходы.
Билибин добродушно улыбнулся, но я понял, что это лишь маска. Он теперь походил на хищника, который почуял добычу, но старательно прячет зубы.
– Поэтому с присущей мне щедростью и глубоким уважением к вашим соотечественникам, я хочу выкупить у вас эту землю. Скажем, за сто тридцать тысяч рублей. Сумма, согласитесь, довольно внушительная.
Я даже дышать перестал. Сколько, сколько? У меня проблемы со слухом или он действительно после «сто» сказал «тридцать». А еще там было что-то со словом тысяч. Это ж сколько бабок? Да я же, да мне же… Неужели наступила белая полоса? Только мне понадобились деньги и вот появился передо мной румяный человечек, который их мне предлагал. И все бы хорошо, только меня очень смущала эта вымученная улыбочка Билибина. Как говорят, на рынке всегда один дурак, а другой подлец. Дурак не знает цену, а подлец очень хорошо ее знает. Я постарался взять в себя в руки и дышать ровнее.
– Я бы мог сдавать вам землю в аренду, – осторожно заметил я, прощупывая почву.
– Боюсь, я не могу пойти на это, – улыбка впервые на мгновение сошла с лица Билибина. – Там предстоит громадная перестройка. Необходимо возвести ангары, дополнительные строение, да много чего. Поэтому мне нужно, чтобы земля находилась в собственности. Сто тридцать тысяч – прекрасная цена.
– Спасибо за щедрое предложение, – теперь и я фальшиво улыбнулся. – Но вы же знаете, я человек здесь новый. Мне необходимо посмотреть самому, посоветоваться.
– Посоветоваться? С кем? – повысил голос Билибин. Он тут же спохватился и продолжил более сдержанно. – Николай Федорович, я пришел к вам, рассчитывая на вашу разумность. Я не могу ждать долго. И буду рассматривать другие варианты. Если же вы после долгих раздумий решите согласиться, то сумма выкупа может стать гораздо ниже.
– Пусть так. Но все-таки я подумаю.
– Что ж, не буду больше тратить ваше время, – поднялся граф.
По всему было видно, что он рассчитывал на иной исход разговора, но старался не подавать виду.
– Буду с нетерпением ждать вашего решения. И надеюсь, что мы договоримся в ближайшее время. На визитке есть адрес, где меня можно найти.
Билибин ушел, а я еще долго сидел в кресле, обдумывая услышанное. То, что цена за покупку низкая – к гадалке не ходи. Он рассчитывает, что я несмышленый пацан, который не знает цену деньгам. И только прижало, как меня можно брать голыми руками.