Хозяева Земли (СИ)

— Что вы, леди, так ведь не принято, — улыбается, будто я тут дура.
— А вы барон не занимайтесь ерундой, — остановилась и посмотрела на него пристально. — Коль женой дорожите больше чем традициями, то сделаете все, чтобы мать у детей была. Ясно выразилась?
Сглатывает. Чувствую себя взрослее его.
— Леди, вы… — начал строго, вижу, что злится. Но конское ржание прерывает наш разговор. Толпа лошадей на лужайку выскочила. Собаки лаять перестали.
Обернулись мы оба. На веревке туша кабана размером с быка волочится.
— А! Ха — ха — ха! — Хлопает в ладоши барон и спешит к добыче. — Ай молодцы! Год за ним гонялись! И сейчас бы упустили за оврагом! Ай мальчишки мои, мужики!
Смотрю на грустные лица мальчишек. С чего бы это?
— Издыхающим нашли, — бурчит обиженно один из старших сыновей.
— Стрела с синим оперением его сразила, — говорит младший здоровяк и на меня смотрит, в руке стрела моя зажата.
Барон на меня оборачивается. Все сыновья тоже глаза вылупили, будто я преступница. Не ловко стало. Они его загоняли, у них тут спорт, процесс может соревновательный. А я мужское эго одним выстрелом.
— Леди? — Раздалось из губ барона.
Мольба? Чтобы не признавалась. Или как это понимать? Пожимаю плечами.
— Хозяюшка стреляла, — выдает Поля. — Она у нас стрелочница названная. Кабана не испугалась, он бежал уже стороной, а она с упреждением с тридцати шагов, мимо частых деревьев с одного выстрела, и даже не мешкая и не целясь.
Краснею. Рты у всех открыты.
— Да повезло просто, — говорю тихо.
— Ага, — гнусавит Поля. — В тоненькое дерево с пятидесяти шагов, не целясь…
— Да хватит! — Фыркаю на девку. И так мужское самолюбие ниже травы уже. — Я случайно попала. Новичкам везет. На белках натренировалась.
— Ну что ж, — выдыхает барон с поникшей головой. — Случайно, аль нет. Мастерство познается в случайностях, добыча ваша, леди Валерия.
Всеобщий выдох горечи ощутила. Мужики поникли. Бородачи к туше подошли, стали возиться.
— Загоняли вы, зверя вымотали, — начала более уверенно. — Он еле плелся. Заслуга по большому счету ваша, господа. Поэтому забирайте это чудовище. Шкуру на стену вешайте, или чучело делайте. Не знаю, как у вас принято.
— Давайте делить тогда, — предлагает младший.
Всеобщее «Пфф» раздается. Им на мясо певать, похоже. Баронство их не бедствует.
— Добыча целиком леди Валерии, — строго обрывает барон. — А вам сыновья мои, еще поучиться охоте надо, раз не можете дичь загнать на своей земле. А на чужой оно вон как оборачивается. Леди, вам в помощь людей даю, чтобы дичь тащили до лагеря, если вы не возражаете.
— Спасибо, — говорю и улыбаюсь виновато.
— Вот те и по белкам стрелять, знай наших, — бурчит Поля.
Я ей подзатыльник отвешиваю. Верно нарывается на насилие, мелкота.
Всадники с нотками истерии в гущу ныряют.
— Свидимся! — Кричит барон, козыряя. — Рад был познакомиться, леди Валерия.
— Взаимно, барон Ролан, — машу ему ручкой. Сразу смягчился.
Трое бородатых крестьян осталось. Мужики крепкие, посмотрела на них недоверчиво.
— Госпожа, указывайте дорогу, нам бы до ночи воротиться. А то волки с оврага повадились…
* * *
Деревня была в шоке, когда кабана приволокли. Вот теперь-то почувствовала себя настоящей добытчицей и покровительницей. Вся деревня собралась во дворе на чудо посмотреть. А когда речь зашла о разделке туши, все, как один замялись.
— Это ж Черный клык! — Воскликнула Маргарита, из дома выбегая.
Народ чуть ли не в рассыпную ринулся. Откуда страх такой, понять не могу. Он же мертв. Присмотрелась. Морда размером с две моих головы, вся в шрамах, видимо боевой кабан попался. Два нижних клыка, как рога у буйвола, расцарапанные. Пятак свинной черный ого — ого — го!
— Он сыну старшему Долтана живот на охоте вспорол, — продолжает бабуля. — Помню времена, гонялись за ним долго, да так и не поймали. И с соседом соревновались. У них даже спор был, кто убьет, получит весь лес целиком в владения.
Вечереет. Смотрю на мужчин, беспокоятся об обратном пути. Долго тащили стокилограммовую тушу, устали.
 
— Вам обязательно сегодня назад, господа? — Уточняю.
— Хозяйка, да какие мы господа, крестьяне на службе, только и делов. На ночь глядя идти рискованно…
— Маргарита, суетись давай с гостями, ужин, ночлег организуй, — командую.
Мужики обрадовались, заодно тушу нам разделали. Все это кровавое действо я пропустила. Дальше над деревней ажиотаж навис. Пошла раздача добычи. Угостила всех, куда нам столько. Холодильника нет. А погреб до сих пор воняет Гордоном…
Жаренная свинина оказалась просто изумительной. Лучшие куски мяса Маргарита оставила на наш особняк. Крестьян бородатых за наш стол пригласила. Скромные оказались, глазки пустили, будто я их съесть собираюсь. Видимо, думают, я об их поведении лорду ихнему доложу.
В деревне пир. Позвали и с соседних угоститься легендарным Черным клыком.
Восхваляли меня дня три, за которые перестали работать вообще. Только ели. Гонять устала. Как было по три грядки посадок, так и осталось, земля сухая, о поливе никто и не думает. О рыбалке и не вспомнили. Начинаю орать, как зав кафедры, разбрызгивая слюной и выпучивая черные глаза.
Решилась на авантюру.
Пришла к Гордону с конкретным предложением. А у него в сарае свой пир вместе Мирой. Сидят полулежа в обнимку, рядом столик самодельный с кушаньем с нашего стола, как я и наказывала ранее.
Девка меня увидела вскочила и бежать из сарая. Щеки красные. А Гордон с улыбкой хитрой смотрит, задницу свою поднять не удосуживается.
— Все, гонишь? — Говорит с наглым выражением.
Убила б морду эту нахальную. Но нужна мне от него услуга, скрипя зубами, не ответила резко.
— Я слова на ветер не бросаю, Гордон, — начала важно. — Сказала — сделала.
— Согласен, — приподнимается, принимая нормальную сидячую позу. — Стреляешь хорошо, напели в левое ухо. Не благородное это дело, скажу. Не из разбойничьих ли случайно? Обо мне заботишься, как о своем. Давай на чистоту. Я секреты хранить умею. Разбойница, охмурившая барона и прикончившая его за титул?
Хмурюсь. Затыкается.
— Ты за языком следи, Гордон, — рычу. — Я порядков не знаю ваших. Но есть одна истина простая: слово не воробей, вылетит, не поймаешь.
— Во — во, из кодекса чести разбойников, — подхватывает. — За словами следи, за них отвечай. Аль угадал я!?
Хлопает в ладоши радостный.
— Не угадал, — кривлюсь. — Я не разбойница, но за себя постоять смогу.
— О как. Ну раз так. Прошу прощения, леди Валерия. Чем мог служить, если не гнать, значит озадачивать будешь.
— Не озадачивать, — говорю мягко, присаживаясь на плетенку рядом с ним. — Нужна помощь от души, то есть та, которую ты и сам будешь рад оказать, она ведь будет лучше, чем другая, за услуги и тому подобное.
— А знаешь, — усмехнулся. — Ты очень хитрая. На совесть брать пытаешься. Разбойника на мораль не бери, он с ней давно распрощался, лучше на долг. А долг ведь не малый. Жизнью обязан. Потому говори прямо, что нужно.
— Тебя если побрить, в порядок привести, деревенские узнают? — Начала издалека.
Глаза выпучил, недоумевая.
— Да кто ж меня узнает. Даже Мира твоя вряд ли. А это мысль…
— В общем, — выдыхаю и продолжаю неуверенно. — Надо чтобы ты рыцаря сыграл. Доспехи мужа наденешь, представишься рыцарем и поживешь у меня недельку, другую…
— Чего?! — Хмурится.
— Гордон, только рыцарь может на этих лентяев повлиять, у нас хозяйство в упадке. Помаячишь немного, и все. Я сама их гонять буду, нам бы и мост починить. Я бы и женщин научила доски колотить. Но за него никто браться не хочет. А Шоберт со своими наемниками скоро и сюда придет. Нам средства нужны, чтобы дружину нанять, а без экономики никак.
 
Замолчала. Разбойник и половины слов, похоже, не понял.
Понялся, волосы на затылке почесал.
— Хитра, хозяйка, — усмехнулся и головой замотал. — Что ж, помогу тебе с твоим хозяйством справиться. А что барон соседний распоясался? Знаю Шоберта, трус тот еще. Прознал о кончине мужа твоего?