Два Меча Судьбы (СИ)
Красивая женщина из Секты Великого Мрака с замиранием сердца наблюдала за этим, Фэншуй Компас под ее ногами потрескался, внезапно его разорвало на куски. За всю свою жизнь эта женщина никогда не была так напугана. Закашлявшись кровью, она помчалась прочь с потерявшей сознание Дин Лио. Единственная мысль билась в её сознании — бежать!
Что до здоровяка Чжао Шаньлин, то ему казалось, что на его тело упала целая гора. Он пятился назад, кашляя кровью. Огненно-красный меч перед ним разлетелся на куски. Бледный как простыня, он повернулся и рванул в сторону разлома в воздухе.
Все эксперты Государства Дунло тоже начали кашлять кровью. Практики на стадии Возведения Основания чувствовали, как духовная энергия в их теле начала таять. Они поняли, что навредили своему долголетию. Их лица стали пепельно бледными.
На Восточной Горе красный туман клубился вокруг Ла Раи. Весь бледный, он отчаянно цеплялся за валун. Но со стороны выглядело, будто юноша находился прямо посреди лба легендарного Основателя Секты Небесного Огня.
— Вы заставили распустить мою Секту Небесного Огня, попытались убить моего последнего преемника! Какая наглость! — его слова, сотрясающие мир, разнеслись во все стороны, после чего три красных луча выстрелили прямиком в Чжоу Яньюня, красивую женщину, и крупного мужчину из Секты Морозного Феникса.
— Я, Чжоу, Старейшина Секты Единого Меча, Защитник Дао. Если Почтенный убьет меня, Секта Единого Меча уничтожит вас!
— Почтенный, прошу, умерьте свой гнев. Я из младшего поколения Секты Великого Мрака, мой дед, Пин Саньдао — ваш старый друг!
— Я ошибся, Почтенный, прошу вас, успокойтесь, — наперебой кричали эти трое, видя, как за ними гонятся красные лучи. Чжвэй Утун холодно хмыкнул.
— Вы трое, катитесь отсюда! — три красных луча исчезли, — По возвращению спросите у Старейшин Секты, не забыли ли они о Кровавом Пакте, который мы заключили много лет назад. Государство Дунло — мой домен. Любой, кто посмеет сунуться сюда, может попрощаться с жизнью, потому что я его уничтожу. Что до пяти учеников, что вы забрали, пускай. Они мне не нужны.
Бледные и напуганные, три представителя Мертвенного Плато, наконец, скрылись. Услышав это, эксперты Государства Дунло задрожали. Стоило им уыидеть, как Практики на средней и поздней ступенях стадии Зарождения Души улепетывали, поджав хвост, в них засело только одно чувство — страх. Самый сильный в их группе был всего лишь на начальной ступени стадии Зарождения Души.
Легенда об Основателе Чжвэй, длиной в тысячу лет, ожила прямо у них перед глазами. Сильный и властный голос громыхал, туман кружился и бурлил. И в центре всего этого был Ла Раи. Туман сформировал перед ним в необычный нефритовый лотос. Но он не было красным, вместо этого его покрывали белые, серебряные и золотые письмена. Выглядел лотос необыкновенно.
— Секта Небесного Огня распущена. Пусть будет так. Но это дитя из Внутренней Секты мой единственный преемник. Если кто-то посмеет тронуть его хоть пальцем… — его внимание переключилось на юношу, — тогда, Ла Раи, используй этот лотос и уничтожь этого человека! А теперь брысь отсюда!
Его голос прокатился по окрестным землям. Эксперты Государства Дунло тут же бросились наутек. Но они не заметили, что голос Чжвэй Утуна стал слабей. Это трудно было обнаружить, но если внимательно прислушиваться, то можно заметить что он и вправду ослабел.
Учеников Внешней Секты, которые валялись без сознания, внезапно что-то подняло в воздух и они разлетелись во все стороны. А потом бурное кроваво-красное сияние объяло всю Секту Небесного Огня. Сияние мешало посторонним заглянуть внутрь, но Ла Раи видел всё, что творилось снаружи.
Чжвэй Тан со Старейшинами в забытье смотрели на Секту. Наконец на лице Чжвэй Тана проступил стыд. Он сложил руки и почтительно поклонился кроваво-красному щиту, а потом, тихо вздохнув, развернулся и исчез за горизонтом. Старейшина Шань хранил молчание. Одного за другим он повел учеников Внешней Секты за собой в горы. Обернувшись, он последний раз окинул взглядом Секту Небесного Огня. Вздохнув, он пошел прочь.
В некотором замешательстве Ла Раи стоял посреди кроваво-красного свечения. Он посмотрел на лотос в его руках. От него исходило белое, серебряное и одновременно золотое свечение. И тут он необъяснимым образом, полностью повинуясь своей внутренней воле, полетел вперед и слился с туманом, после чего туман трансформировался в старика в красном халате. Это был Чжвэй Утун.
Сложив руки в знак приветствия, Ла Раи произнес:
— Ла Раи из младшего поколения Великого Клана Ла приветствует предка.
— О, выходит, ты знаешь, кто ты, — хмыкнул старик, — Впрочем, если бы не это, тебе не удалось бы заполучить Великий Духовный Трактат. Слушай внимательно. Я смог использовать только крохотную часть моего сознания, поэтому ты должен понять, что распугать этих проклятых практиков с Зарожденной Душой было не так уж и просто. Времени осталось совсем мало. Скоро эта форма исчезнет, — пока он говорил, его фигура становилась все более размытой, — Мне нужно отдохнуть один год. Когда этот срок истечет, ты должен использовать все возможные способы, чтобы привлечь сюда экспертов на стадии Возведения Основания или выше со всего Государства Дунло. Все они должны прибыть к моей зоне для медитации, вы ее называете Усыпальницей Основателя. Если ты справишься с задачей, я смогу продолжить свое дело и однажды доберусь до той женщины… А, ты не знаешь… не важно! Я смогу облегчить тебе задачу, не станет той женщины и Клан Ван падет под гнетом практиков всех миров Шестой Горы…!
— Я не буду помогать, — перебил его Ла Раи, — Даже награда не убедит меня помочь вам. Я не собираюсь тратить время. Вы изгнанник, ведь так? Вам больше не дано стать лотосом Клана, а значит, вы не являетесь его частью. Я не стану помогать тому, кто, испугавшись, бросил свой Клан.
— Ты ничего не знаешь, — Чжвэй Утун ткнул пальцем в грудь Ла Раи, отчего тот слегка пошатнулся, — Это не я бросил Клан, а они не признали опасность! Они выставили меня идиотом на глазах всего Совета Клана! И все потому, что я был лишь побочной ветвью!
— Насколько мне известно, и насколько я могу судить, — спокойно произнес Ла Раи, — Этим они хотели развеять тревоги человека, находящегося на ступени Создания Ядра. Или вы думаете, что попавшие в Совет люди владеют прорицанием хуже вас?
Ла Раи было все равно не реакцию Чжвэй Утуна и на слова, что тот скажет, юноша вскочил на свой летающий лотос и исчез за кроваво-красным щитом, который стремительно тускнел вместе с Чжвэй Утуном.
Прежде чем исчезнуть, старик в некотором замешательстве посмотрел на удаляющийся силуэт Ла Раи, а затем на его лице проступи стыд, который попеременно сменялся восхищением.
— Они всегда заботились о нас… — негромко прошептал он самому себе. Этот голос сквозил невероятной печалью и сожалением, — Быть может, я ушел, чтобы однажды услышать эти слова?
Этот вопрос эхом раздавался в его голове, когда его сознание вернулось в тело.
— «Ла Утун возвращается домой…» — было его последней мыслью. Он ушел, вновь признав сябя членом Великого Клана Ла, прокручивая в памяти всех братьев и сестер, членов Совета и Патриархов, а также статую Ла Вэя, глаза которой всегда смотрели на всех членов Клана с теплотой и любовью.
Глава 17: Достичь Великой завершенности Конденсации Ци!
Ла Раи стоял на лотосе, который на огромной скорости летел прочь от Секты Небесного Огня. Насколько он понял, всех учеников, включая Сюй Цин, раскидало по регионам, откуда их привели в Секту. Именно поэтому сейчас он направлялся в город Лань Ай, в место, где он вырос. Юноша прекрасно знал географию мира Южного Звездопада, поэтому ему не составило труда сориентироваться. Как только он найдет Сюй Цин, Ла Раи передаст ей найденное в бездонной сумке не так давно наследие грандмастера Золотой Лотос, а так же свитки, написанные грандмастером Ла Со. Эти двое — известнейшие алхимики Великого Клана Ла, никому не удалось еще превзойти их Дао алхимии. Именно поэтому Ла Раи хотел, чтобы Сюй Цин изучила эти свитки и обрела просветление относительно наследия. Он мог бы поделиться с ней Великим Духовным Трактатом, однако вовремя осознал, что для девушки обладание им будет равносильно смертному приговору.