Круг спящих: Осень (СИ)

— Зачем?
— Хотим исследовать другие миры, — я пожал плечами.
— А-а-а, — с пониманием протянула Ольга, — это прекрасно. Как молоды мы были, как часто нас вели чужие тропы. Неведомо куда…
Ведьма пропела это немного иным голосом, будто подражая кому-то, и улыбнулась.
— Это из нашего личного репертуара, — пояснила она, — автор данных строк уже давно убежал по радуге.
— Соболезную, но где мы? — я оглянулся по сторонам. Повсюду был густой сосновый лес, вперемешку с березами. Кроме поляны и выворотня ничего не было. Какая странная локация. Маленькая и бесполезная. Хотя, вру. Кроме нас и пня была еще и сова. Здоровенная, серая. Она сидела очень далеко на ветке, и я видел лишь блеск ее глаз.
— В гостях у старого дуба. Как видишь, ему нехорошо, но он трамплин.
— Что, прости? — мне показалось, что сон ломается. Ольга начала нести какую-то несвязную ерунду. Причем здесь трамплин?
— В каждом кармане есть трамплин. Если его нет, то переход в нужную локацию займет больше времени и сил.
— Я ничего не понимаю.
— Потом все узнаешь. Сейчас нет времени на объяснения.
Ведьма дотронулась до пня, и тот ожил. Зашевелил корнями будто древний кошмарный осьминог, повернулся на бок, и я увидел небольшую дверку. Она раскрылась, как бы приглашая войти внутрь. Я сделал шаг вперед.
— Погоди, — сказала ведьма, — делай как я.
Она замерла, подняла руки вверх, свела их вместе, а затем начала медленно трястись всем телом. На пальцах ее рук появились искорки. Они начали медленно осыпаться вниз. Выглядело это красиво и немного глуповато, но я повторил этот странный обряд.
— Чувствуешь легкость? — спросила Ольга.
— Не знаю.
— Каждый сновидец тащит за собой след из всех сновиденных локаций, где побывал. Ты словно лиса с очень длинным хвостом. Или китайский дракон. Есть некоторые маги, умеющие хватать тебя за этот хвост и вытягивать свет или знание о тебе. Как ты понимаешь, этого лучше не допускать. Конечно, пока ты никому не известный сновидец и стоишь поодаль от круга спящих, тебе ничего не грозит. Ты никто и звать тебя никак. Ты не привлекаешь внимания. Однако ты сейчас со мной, а это значит, что и ты попадешь под прицел иных сил рано или поздно.
— Но ведьмы ко мне уже приходили, — напомнил я.
— И уходили. А я намерена остаться. Так что берегись. Будь внимательней в своих снах. Тряска ящерицы помогает сбросить этот невидимый хвост и отправиться дальше.
— А почему мы делаем ее именно сейчас?
— Чтобы никто не нашел твой сон и этот карман, который нам предоставил Филин.
— Это та сова с огромными глазами вдалеке? — уточнил я, — она — хозяйка этого сна?
— Это он. Он. Пошли уже.
Я направился вслед за Ольгой. Да, мне в действительности стало легче, но теперь я чувствовал себя как-то иначе. Более осознанным, что ли. Понимающим, что впереди не игра, а нечто более серьезное.
Но я ошибся, внутри поваленного дерева нас ждала маленькая комнатка. И вот в ней началось нечто странное. Едва мы вошли в нее, как я сразу почувствовал, что здесь творится неладное с пространством и временем. Ольга шла первой и вдруг исчезла. Затем она начала появляться то спереди, то позади, а я просто стоял. Я сделал шаг и оказался сразу в стене комнаты.
— Что за фигня? — спросил я и не понял собственных слов. Настолько быстро я это проговорил. Какая тарабарщина. Ольга остановилась и начала махать руками, но я не видел их. Настолько быстро они двигались. Ведьма открывала рот, но я слышал лишь невнятный щебет. Длилась эта странность недолго, но мне стало не по себе. Я кое-как отлип от стены, осторожно шагнул вперед и очутился в середине комнатки. Наваждение пропало, как и Ольга. Сверху ударил яркий луч, и я исчез.
В ушах стоял сильный гул, я открыл глаза и почувствовал резкий приступ тошноты. Я несся сквозь сверкающий поток неведомо куда. Пришлось сосредоточиться, а потом и расслабиться, благо и этот полет длился всего несколько мгновений.
— Фух, — выдохнул я, когда оказался на твердой земле.
— Укачало? Новичков на трамплине постоянно тошнит, — ведьма подала мне руку, но я помотал головой, — не волнуйся, в реале тебя не вырвет. Сейчас успокойся. Встань и глубоко дыши. Прямо сильно вот. Пару вдохов, выдохов. Твоему телу не хватает кислорода. Мозг подумает, что ты задыхаешься и скомандует телу проснуться, а тебе еще рано.
 
— Откуда ты знаешь? — я начал сильно дышать, и тошнота ушла. Картинка перед глазами стала яркой и сочной. А еще появилась и Ольга. Целиком. До этого я видел лишь ее руку.
— Вижу по твоему свечению. Когда тебя начинает выбивать, то ты сильно бледнеешь и слегка мерцаешь. Конечно, тебе самому это не сильно заметно. Но вот, посмотри сам.
Палец ведьмы указал куда-то влево, и я тут же увидел зеркало. Черт, я же даже не осмотрелся, куда мы попали. Судя по обстановке, это просторная комната в средневековом стиле. Тяжелые красные шторы, стены из серого камня и бетона, люстра со свечами. Пузатый шкаф на коротких львиных ножках. И зеркало. Большое, тяжелое, в дубовой резной раме. Я подошел к нему и уставился на свое отражение. Да уж.
— Это точно я? И ты тоже видишь меня таким? — недоверчиво спросил я у Ольги.
— Да, это ты. Зеркала во снах часто показывают ерунду, поэтому сновидцы перестают следить за ними. Не так ли? Когда ты смотрелся в свое отражение во сне?
— Давно. Лет десять, нет, пятнадцать назад, — припомнил я, — тогда отражение было иным. Забавно, что в зеркале я не толстый, а наоборот, тощий и как бы даже выше своего роста. И волосы. Они белые. Не седые, а именно белые, а в реале черные.
— Зеркало показывает тебе состояние твоего сознания. Но не то, что ты там о себе думаешь, а каким ты являешься глубоко внутри себя.
— А вот ты вообще не изменилась, — заметил я.
— Конечно, — кивнула ведьма, — маг должен стремиться к единому состоянию всех своих частей. Поэтому он выглядит одинаково в любой части реальности. Поверь, это очень трудно.
— То есть я должен похудеть в реале и покрасить волосы? — улыбнулся я.
— Нет, конечно. Я не это имела в виду. Наоборот. Твой мир иллюзий сильнее реальности. Не волнуйся. Все пыжики хотят быть лучше, чем они есть на самом деле, а что такое быть самим собой они и не догадываются. Ты и сам знаешь, что типичный пыжик — это просто набор шаблонов. Сковырни их, а от личности ничего и не останется. Но мы поговорим об этом подробней чуть позже. Сейчас нужно обыскать сон и найти Вороненка.
— Ты так мило его называешь, — усмехнулся я.
— То что он выпавший из гнезда птенец, наделавший кучу ошибок, не отменяет того, что он был приобщен к нашему Пути. Он теперь на всю жизнь Вороненок. Пойдем.
Мы вышли из комнаты в длинный коридор, озаряемый лишь редкими факелами на стенах.
— А почему у вас имена животных? — спросил я, шагая рядом с ведьмой, — Белка, Ворон, Филин. Кто там еще у вас есть? Это как-то связано с вашими тотемными животными?
— Нет. Никак не связано. У нас нет тотемных животных. Мы и есть те самые животные, если пожелаем.
— А разве маг может быть животным? — удивился я.
— Ты невнимательно меня слушал. Маг — оборотень и может быть кем угодно. Мы не выбираем тотемных животных. Не торчим в трансах и не зовем неведомые силы. Не увлекаемся глюколовством. Мы просто те, кто мы есть. И да, не все из нас животные. Есть и совершенно неодушевленные персонажи. Например, Светильник и Градусник.
— Мне не совсем ясно…
— И не должно быть пока. Если ты научишь меня своим панелькам, я научу тебя как быть животным.
— Много ума надо, — фыркнул я, — два пузыря водки превращают меня в настоящую свинью!
— А толку-то? Ты все равно потом ничего не помнишь на утро. Так, стоп. Кажется, там кто-то есть, — ведьма указала на балкон, — ты иди первым.
— Почему?
— Меня этот пыжик знает, а тебя нет.
— А он осознан?
— Вряд ли. Шаманам не нужны осознанные сновидения. Они в трансовых состояниях обитают. Когда им нужны яркие сны и глубокие погружения, то прибегают к разным грибочкам, травкам. Не всегда разрешенным.