Без вздоха полночь (СИ)

Я указала на старинный трёхэтажный особняк.
– Чудеса. Мне туда же.
Взяв под локоток, мой местами неидеальный мужчина поволок меня через проезжую часть. Я пыталась лихорадочно сообразить, где работают полубоги. «Хронос» занимал весь первый этаж и подвал, на втором обосновался «Комитет по архитектуре и градостроительству», а на третьем разместилась общественная организация защиты памятников и прочего художественного наследия. Теоретически, мужчина мог работать везде, кроме, как у нас. Командировочных в нашей фирме не ждали, тем более таких привлекательных. Войдя в здание, мы шустро прошмыгнули мимо спящего охранника и остановились у лестницы.
– Было приятно познакомиться. Хотя, кажется, мы так и не познакомились. Может, пообедаем вместе?
– Обед закончился. Началась трудовая рутина. До восьми я буду занята, если генерал не расстреляет раньше.
– Тогда в восемь встретимся на этом месте. Пока.
– Пока.
Мы синхронно развернулись влево и широкими шагами направились к дверям с золотой табличкой «Хронос». Я влетела в коридор первой.
– Вам тоже сюда?
– Да. А ты? Ты тут работаешь?
Похоже, уже нет, если этот писаный красавиц окажется новым боссом. Я ускоряла темп, чтобы иметь хоть пару минут форы, но мужчина не отставал.
– Я поняла, Вы тот самый, кто купил нашу фирму.
– Ага, бывший генерал, который держит в страхе весь коллектив.
– Мне так сказали.
– Любитель покомандовать.
– Но не я же это придумала.
Добежав до лаборатории, я широко распахнула дверь. Новоиспечённый хозяин дышал в затылок.
– Пятьдесят отжиманий и маршбрасок.
Я наблюдала, как старушки медленно поднялись из-за своих столов с вытянутыми лицами. Последняя фраза не давала ни малейшего шанса усомниться в том, что наказания будут суровыми. Скинув дублёнку, я заняла своё рабочее место, пытаясь привести дыхание в норму.
Начальник широко улыбнулся.
– Ага. Все новобранцы в сборе? Равняйсь, смирно!
Бабули вытянулись ещё старательнее.
– Вольно.
В лаборатории было довольно тепло, даже жарко. Наш владелец скинул пальто и уселся на стул.
– Располагайтесь, милые дамы. Отбросим все сплетни, которые кто-то упорно распускает, ― я съёжилась под его потемневшим взглядом, ― и начнём знакомиться. Меня зовут Вадим, Вадим Дмитриевич Русанов. Теперь я буду заниматься всеми делами «Хроноса». Насчёт генеральских погон слухи явно преувеличены, ― он продолжал красноречиво смотреть на меня, словно именно я распространила сию нелепицу. ― В армии служил, уволился сержантом. Если кому хочется обращаться по званию…
– Разрешите обратиться! ― Теодора Францевна носила слуховой аппарат, но сегодня не надела его, ради праздника. Глухая? И что? Зато старушка оказалась самой смелой сотрудницей «Хроноса». ― Я по поводу наказаний. Стоит ли сейчас приступать к тренировкам? А то вот так, сразу, лично я не отожмусь. И военной формой нас фирма обеспечит, или самим покупать придётся?
Начальник чуть не завыл и принялся расхаживать вдоль столов. Я с ужасом поглядывала на его испачканные песком светло-серые брюки.
– Наказаний не будет, милые дамы. Но, думаю, навести порядок нам всё-таки придётся. Профессор ― гениальный знаток старины, но, как и все гениальные люди, немного рассеянный. Словом, работа всех ждёт напряжённая, интересная, и её будет много.
Казалось, старушки не вслушивались в речь, заворожено наблюдая за передвижением хозяйской задницы. Я повернулась к начальнику спиной и красноречиво похлопала себя по ягодицам. Вздрогнув, полубог попятился, схватил пальто и прикрыл им свой позор.
– Значит так, я у себя в кабинете. Продолжим знакомство там. Все ко мне, по очереди. А Вы, девушка, ― Вадим Дмитриевич кивнул в мою сторону, ― идёте первой, с ключами. Посмотрим на Ваше поведение, возможно, сегодня и не расстреляю.
Схватив с полки тяжёлую связку, я пожала плечами и поплелась за новым господином, прикрывая его тылы.
– А наш хозяин оказался засранцем. ― Донеслось до моих ушей.
– Не суди строго, Верочка! У мальчика, наверное, диарея разыгралась.
 
Я искренне надеялась, что господин Русанов этого не услышал.
― Чёрт! Надо же так было опростоволоситься в первый день!
Вадим замкнул кабинет изнутри и… через пару минут оказался без штанов. Красивые крепкие ноги, обтянутые вверху боксерами, а внизу вдетые в носки, произвели не меня неизгладимое впечатление. Он повернулся, указывая на великолепный зад.
– Трусы, надеюсь, чистые?
А если бы были грязные, что тогда? Я бы увидела то, что гордо выпирало спереди во всю длину?
– Да не смущайся, как школьница. Ты же тоже археолог? Тогда должна знать, что когда живёшь неделями в пустыне без элементарных удобств, границы приличия расширяются.
Откуда мне было знать пределы тех самых границ, если я ещё не попала ни в одну экспедицию?
Вадим кивнул на дверь в углу.
– Уборная?
– Да, там и душ имеется, если надо.
– Не надо. Мне бы чуть штаны застирать.
Застирать не получилось. Брюки намокли полностью. Я как раз закончила надевать чулки, когда в дверь постучали.
– Сядьте за стол, босс. Верх у Вас вполне пристойный.
Полубог кивнул, поправил галстук, одёрнул пиджак и принял позу мыслителя, облокотившись о полированную столешницу.
Теодора Францевна подозрительно осмотрела кабинет. Слышала старушка плохо, зато видела превосходно. И от этого цепкого взгляда не укрылись ни мои порванные колготки, которые я не успела подобрать с пола, ни голые лодыжки нового владельца, видневшиеся, о, ужас, из-под передней панели стола.
– Я… эм… тут не вовремя?
– Очень вовремя. Присаживайтесь, пожалуйста, а Вы, милочка, пока свободны. Разговор не закончен. ― Вадим широко улыбнулся, а я, подхватив испорченный продукт чулочной фабрики, вылетела в коридор.
К шести старушки начали собираться домой, тихонько обсуждая вновьприбывшее начальство. Если исключить испачканный зад, впечатление Вадим Дмитриевич произвёл хорошее. Говорил по делу, в проблемы вникал быстро, нос высоко не задирал. Коллектив, явно, остался довольным и вздохнул с облегчением. А вот мне было не по себе. Работать с мужчиной своей мечты бок о бок не входило в мои планы.
По трудовому договору я должна была отбыть в «Хроносе» ещё пару часов у телефонного аппарата в кабинете начальника. Наши клиенты жили в разных уголках необъятной России-матушки, и разница во времени иногда затрудняла переговоры. Что же делать сегодня? Моё рабочее место занял новоиспеченный шеф, лабораторию опечатали, а хранилище надоело, как горькая редька. Решив отпроситься пораньше, я побрела в кабинет.
– Тук-тук.
– Входи.
Вошла и даже не ослепла. Начальник стоял у окна, скрестив на груди огромные руки. Пиджак и галстук валялись на кресле.
– Я это… того… можно домой пойду? Вы же всё равно сидите у телефона. Если что, трубочку снимите?
Вадим Дмитриевич взъерошил непослушные волосы.
– Да, иди. Тебя, наверное, муж ждёт, дети.
Дети? До такого счастья я ещё не дожила.
– Обитаю одна. Мужа и детей не имею. Кстати, мы до сих пор не познакомились. Я Даша.
– Уже в курсе. Весёлые бабули все уши про тебя прожужжали, какая ты талантливая и способная.
– А Вы? Вы долго тут ещё будете? «Хронос» обычно на сигнализацию ставят.
Хозяин тяжело вздохнул.
– До завтра точно, а там, как брюки высохнут.
Я представила полуобнажённого атлета, встречающего старушек утром. Это же сразу пять инфарктов!
– У меня есть машина… в сугробе. Если раскопаю ― могу подвезти.
– А через холл гостиницы я пойду, гордо сверкая голыми коленками, как воинственный шотландец?
 
Да, неувязочка.
– А хотите, я смотаюсь в отель за другими брюками?
– Тебя не впустят в номер. Там всё очень строго. Но у меня есть предложение лучше, гораздо лучше. Что, если ты останешься, и эту ночь мы проведём вместе?
Перед глазами всплыло обеспокоенное лицо Лерки. «Беги, Даша, беги! А то из Золушки превратишься в тыкву!» Я кашлянула.