Академия Теней. Проклятие Василиска (СИ)
— Ты не расскажешь ректору ничего, — Дедарк уже вернул себе самообладание и тоже ухмыльнулся. — Мы ведь договаривались. И с дядей у тебя отношения весьма натянутые. Тебе лучше оставаться на нашей стороне, парень.
— А я еще не решил, на чьей стороне оставаться, — говоря это, Фред смотрел на меня. — И тэра Гранд, похоже тоже… Да, тэра Гранд? — он усмехнулся. — Или вы решили променять дядю на… Тэра Ридда?
— Идти вы все к гхарку! Оба! — я сорвалась на крик и, оттолкнув Фреда, выбежала за дверь.
Меня разрывало от негодования и злости. На глаза наворачивались слезы, но я сдерживала их изо всех сил. Хотела было сразу сбежать к себе в комнату, но потом вспомнила, что меня ждет Лисса. Пришлось возвращаться за ней.
Только, кажется, я и здесь ошиблась: Лисса нашлась в компании Бигельтона. И, судя по сияющему взгляду и улыбке на лице, ей это общество вполне себе нравилось. Она даже не противилась его руке на своей талии и излишней близости, грозившей перейти в объятия.
Вернулся Дейдарк, зыркнул на меня гневно, но двинулся не ко мне, а к столу с выпивкой. Интересно, чем закончилось их общение с Фредом? Надеюсь, не конфликтом. А то парень зубастый… И действительно может рассказать обо всем ректору. Неужели организаторы вечеринки упустили его из виду? Забыли о существовании племянника ректора? Впрочем, это уже не моя забота. Мне же лучше поскорее покинуть это ставшее внезапно злачным место… Я устремилась к выходу, но дверь распахнулась раньше, когда мне до нее оставались считаные шаги. На пороге вырос Итан Модейро, и у меня все похолодело внутри. Откуда он здесь? Губы сжаты, желваки напряжены, ноздри раздуты — несомненно, представшая перед ним картина ввергла его в яростный шок.
— Что. Здесь. Творится, — ректору не нужно было даже повышать голос, чтобы его услышали.
И в следующий миг в комнате повисло ошеломленное молчание.
Глава 17
Ох, великая Калла… Что же сейчас будет? От страха я даже боялась оглянуться и посмотреть, что происходит за моей спиной, стояла почти напротив ректора и ждала, что он скажет или сделает дальше.
— Господин ректор, я сейчас все объясню… — наконец подал голос Ричард Лоуд.
— Сейчас вы займетесь тем, что уберете весь этот притон из Академии, — процедил ректор. — И немедленно. А объяснения я жду завтра утром. От каждого из вас. В девять часов и ни минутой позже, на этом же месте. Кто не придет к назначенному времени, может считать себя уволенным.
Тут он заметил орка, похрапывающего в кресле.
— Тхуко? — ректор направился к нему. — Тхуко? — потрепал его по плечу, пытаясь разбудить, но тот даже не шевельнулся. — Что с ним? — обратился он уже к присутствующим.
— Он просто перебрал немного, господин ректор, — отозвался Бигельтон нарочито беспечно.
— Перебрал? — улыбка, в которой растянулись губы Итана Мадейро, была похожа на оскал. — Тхуко? Да он способен выпить в десять раз больше, чем каждый из вас. Чем вы его опоили? Отвечайте немедленно!
— С-сок тис-сана, тэр, — запинаясь, ответил все тот же Бигельтон. С него вмиг слетела маска уверенности и беззаботности, а лицо побледнело.
— Сколько он выпил его? — угрожающе уточнил ректор.
Кажется, он сейчас взорвется. Может, попробовать улизнуть, пока не стало совсем горячо? Я сделала несколько осторожных шагов к двери, но жесткий окрик заставил мое сердце испуганно сжаться, замереть:
— Тэра Гранд!
Заметил, гхарк! Я остановилась и обернулась.
— Не спешите сбегать, тэра Гранд, — чеканя каждое слово, продолжил ректор. — К вам у меня есть отдельный разговор.
О, нет… Что это значит? На этот раз сердце пустилось вскачь. О чем он хочет поговорить? Надеюсь, это связано с вечеринкой, а не чем-то другим…
— Так сколько он его выпил? — ректор вернулся к допросу.
— Двадцать капель на бокал крепленого вина, — ответил за Бигельтона Лоуд. — Будет спать до утра. На самочувствии никак не должно сказаться.
— Да он храпит как суанский медведь, — хохотнул Бигельтон. — Небось, видит десятый сладкий сон.
— Перенесите Тхуко в его комнату, сейчас же, — приказал ректор. — А после займитесь уборкой… И этих… — он махнул в сторону девушек. При его появлении все три перебежали на самый дальний конец комнаты и теперь испуганно жались друг к другу. — Тоже уберите из Академии.
— Господин ректор, девушки ни в чем не виноваты. Позвольте им остаться до утра, лодка за ними приплывет на рассвете, — попросил Лоуд.
— Тогда пусть помогают наводить порядок. Но чтобы к утру духа их здесь не было, ясно?
— Конечно, господин ректор, — Лоуд покорно опустил голову.
— Приступайте, — сказал ректор и двинулся к выходу. По пути он бросил мне: — Тэра Гранд, следуйте за мной.
Но я от волнения медлила, не в силах двинуться с места.
— Тэра Гранд? — Итан Модейро остановился в дверях. — Мне применить силу, чтобы увести вас отсюда? Или вы все же еще в состоянии передвигаться сами?
— Более чем, — выдавила я из себя и направилась к нему.
Ректор шел впереди, быстро, порывисто, не оглядываясь на меня, но я знала: стоит мне замешкаться, он тотчас заметит это. Почувствует. Его спина была напряжена, руки в черных перчатках сжаты в кулаки, гнев, который исходил от него, казался почти осязаемым. Мне так боязно было находиться рядом с ним, пожалуй, только в день моего прибытия на остров. Я вспомнила, как тогда почти вот так же следовала за ним до башни и обмирала от страха.
В этот раз наш путь тоже закончился в его кабинете.
— Присаживайтесь, — я услышала в его голосе едкие нотки. — В ногах правды нет, так ведь? И есть ли она, вообще, эта правда?
Мне не нравились эти намеки, очень не нравились. Я опустилась на самый край кресла и замерла, сложив руки на коленях. Ректор же сел в свое кресло и откинулся на спинку.
— Вижу, вы тоже не прочь были поучаствовать в этой пирушке за моей спиной, — он побарабанил пальцами по подлокотнику. — А ведь выставляли себя такой порядочной тэрой... Куда все исчезло? Вино, мужчины, флирт…
— Прошу вас, господин ректор, не делать столь скоропалительных выводов, — во мне начало закипать возмущение. — Вы не знаете наверняка, как я там оказалась и по какой причине. В моей руке не было бокала с вином. Рядом со мной не находился ни один мужчина. И уж тем более я ни с кем не вела разговоров и не строила никому глазки. С чего же вы решили, что можете оскорблять меня своими подозрениями?
— С того, что я вам не верю, — Итан Мадейро подался вперед и облокотился о стол. — Потому что единожды вы мне уже солгали. Как я могу быть уверенным, что не лжете сейчас?
— Солгала вам? — мой голос дрогнул. Догадка пронзила меня, вызвав уже настоящий ужас. Спина взмокла, ладони тоже стали противно-влажными.
— Да, когда устраивались на эту должность, — сейчас тон ректора был преувеличенно спокойным, ровным и холодным. Он вдруг заметил конверт среди прочей скопившейся почты, потянулся за ним. — Кстати, а вот, возможно, еще одна улика против вас… Я тоже узнала печать на конверте: она принадлежала университету Фалвейна. Внутри все натянулось, задребезжало. Неужели это…
— М-м-м, — ректор уже разорвал конверт и теперь изучал письмо. — Что ж, все одно к одному. «На ваш запрос сообщаем: выпускница нашего университета Паола Гранд не получала официального направления на стажировку в Академию Теней. Более того, у нее имеется освобождение от любой стажировки где бы то ни было», — зачитал он вслух. — Как любопытно… А еще, представьте себе, сегодня на балу я был представлен некому Филиппу Гранду, у которого — какое несчастье! — пропала дочь. Или сбежала. И звали ее… Паола. Занятное совпадение, правда? — Итан Модейро отложил письмо и склонил голову набок. — Так кто же все-таки лжет, тэра Гранд? Я сцепила пальцы в замок и прикрыла глаза. «Это конец. Это конец. Это конец», — звучало в голове в такт бухающему сердцу. Что мне ему ответить? Правду? Но поверит ли он? Поймет? От мысли, что этого не произойдет, стало больно, почти физически. Мне почему-то было важно, чтобы он поверил. И даже не из-за страха разоблачения, а чтобы не… разочаровать его. Откуда вообще возник этот страх и именно сейчас?