Долгий поцелуй на ночь (СИ)

— Всё наладится, обязательно наладится, — как в бреду повторяет он, хватая за руки в попытках притянуть к себе и обнять. Как утопающий за соломинку…
— Не смей! Я больше никогда не позволю тебе ко мне прикоснуться!
— Нет, нет, Алиса не говори таких вещей…
— Отпусти!
— Никогда не отпущу тебя, слышишь маленькая? Никогда! Ты только моя, моя… Мы обязательно пройдём вместе все трудности…
— А если я не хочу?! — кричу настолько громко, чтобы заглушить его голос и ужасающую трель в моей голове от его слов, от осознания, что он не отпустит.
— Тебе лучше захотеть Алиса, потому что только я смогу тебя защитить от остальных, кто сейчас на тебя открыл охоту… — замерев отвечает с непроницаемым лицом и холодным взглядом, не отражающим ничего, кроме жестокой решимости.
Князев ухватив меня за руку, притягивает к себе и резко обхватив за затылок, заставляет взглянуть ему прямо в глаза, его тяжёлое дыхание почти на моих губах…
— Тебе и твоей сестре придётся очень не сладко маленькая — другие, как я с тобой, церемониться не станут… — замираю и уловив видимо промелькнувший страх в моих зарёванных глазах, жёстко ухмыляется.
Господи… Он совершенно целенаправленно угрожает мне Вероничкой… Вопрос их обнаружения с Кириллом видимо временный… Он меня никогда не отпустит… Никогда…
Всё внутри меня сжимается от страха и задрожав всем телом, сглатываю очередной удушающий ком в горле… В голове полная каша…
— Хорошая девочка, — также сжимая меня в стальной хватке, наклоняется и касается губ.
Слёзы льются непрекращающимся потоком, меня трусит от его близости, на что ещё способен этот «человек»? На какие жестокости?!
Не получив от меня взаимности и потеряв видимо терпение, он впивается в мои губы в жёстком поцелуе причиняя боль, надавливая на шею, где он всё ещё удерживает меня, лишая возможности сопротивляться, а перед глазами снова мелькают вспышки того, каким жестоким он может быть, того как он меня избивал и насиловал…
Инстинкт самосохранения… Всё происходит молниеносно…
— Ч..т..о? — отрывается он от моих губ резко выдохнув и ослабив свою хватку, но я только сильнее всаживаю нож, который уже вошёл ему под рёбра, горько обливаясь слезами.
Князев оседает на пол, утягивая меня за собой.
— Алиска… — тяжело выдыхает и смотрит на меня уже затуманенным взглядом.
— Пора завершить нашу историю Слав… Запомни теперь одно: выживешь — никогда не ищи со мной встреч! Я тебя не прощу!!! Слышишь?! НИКОГДА!!!
Вырываюсь из его ослабевших рук и подскочив на ноги, хватаю ветровку и несусь со всех ног из номера…
На лестнице сталкиваюсь с Ветровым, вся растрёпанная и до сих пор ревущая, с окровавленными руками, которыми я успела уже перемазать лицо, стряхивая слёзы.
— Твою мать, что случилось? — спрашивает ошарашенно. — Он тебя ударил?
— Если он выживет, пусть больше никогда не ищет встреч со мной… Я клянусь своим нерождённым ребёнком, что убью его в следующий раз! Пусть только попробует меня тронуть! — кричу в истерике, вырываясь из рук Ветрова.
— Что?! Что ты натворила?! — побледнев от закрадывающейся догадки, он ощупывает свои карманы и не найдя в них своего ножа-бабочку, кидается со всех ног наверх к другу. — Твою мать…
__________
*Кондопога — город расположенный в южной части Карелии.
**Барыга — скупщик украденных вещей.
Глава 27 Алиса (Эпилог)
Находясь в полной прострации, я по инерции лечу вниз и хватаю плащ, висящий на спинке стула администратора и вылетаю на улицу через служебный вход отеля.
Преодолеваю расстояние до своей машины и забравшись внутрь — плавно отъезжаю с места, не привлекая к себе лишнего внимания…
Я уверена больше чем на сто процентов, что всюду курсируют люди Князева…
Лишь отъехав на достаточно хорошее расстояние, меня начинает отпускать и колотить так, что мне еле удаётся удержать машину на дороге…
Господи… Что же я натворила…
Я была уверена, что Князев выживет, он та ещё живучая скотина, но меня пугало другое… Его желание вновь вторгнуться в мою жизнь и проходным билетом он считал теперь Вероничку… Господи…
 
Я не смогла бы так жить… Лучше смерть, чем каждодневная агония рядом с ним… Рядом с человеком, которого я никогда в жизни не смогу простить и принять…
Это был финал…
Сдавая накануне дорогие часы в ломбард местному барыге, я осознавала риск быть обнаруженной, но я надеялась на совершенно другой исход…
Я ждала людей Котова, поскольку связаться с ним по телефону не удалось… Риск был велик, но у меня не оставалось другого выбора…
Добравшись до нашего отеля с Лёвой, меня внезапно схватили незнакомые люди у входа, потащив в чужой номер и втолкнув меня внутрь — закрыли дверь, отрезая путь к отступлению…
Воздух в лёгких выбивает так, словно меня ударили под дых, к горлу подступает ком и я бесшумно начинаю рыдать, боясь, что он обернётся ко мне… Хотя он и знает, что я давно уже в помещении…
Он медленно поворачивается, обжигая своим взглядом — изучая, ощупывая им буквально меня всю, чтобы не упустить ни одной детали…
Наверное сейчас я выгляжу до безобразия жалко, в этом грязном спортивном костюме, дешёвом плаще с чужого плеча — вся растрёпанная, в синяках и гематомах, с размазанными по лицу слезами и кровью Князева…
Меня сковывает страх, не в силах ни двинуться, ни отвести взгляда…
Он медленно направляется ко мне походкой хищника, готовящегося к смертельному прыжку, в одной руке бокал с янтарной жидкостью, другая мирно покоится в кармане тёмных джинсов…
Весь излучающий спокойствие и расслабленность, но я уверена, что он собран как никогда… Это всё напускное…
— Приветствую Соня… — нарушает он гнетущее молчание своим чуть хриплым голосом. — Или лучше теперь тебя называть Алисой?
Не в силах выдержать этого взгляда, я опускаю глаза и голову вниз, роняя на пол большие капли слёз…
— Не молчи, — продолжает с нажимом.
— Меня зовут Антипова Алиса Романовна, — тихо выдавливаю из себя не поднимая головы, ненавидя себя за беспомощность и чувство животного страха перед этим человеком.
— Всё таки лиса Алиса, — ухмыляется Котов, одним залпом осушая свой бокал и отставляя его в сторону.
Приблизившись вплотную, он берёт меня за подбородок, от чего я вздрагиваю и поднимает мою голову, заставляя взглянуть ему прямо в глаза. И мне не остаётся ничего, кроме того как подчиниться…
— Посмотри, что они с тобой сделали… А ведь я тебя искал Алиса… Почему ты сбежала от меня? — спрашивает не выпуская меня из рук.
— Я вас боялась, — совершенно искренне признаюсь ему. — Очень боялась…
— Тем не менее, бояться тебе стоило других людей, — отвечает ухмыльнувшись и поворачивая мою голову в разные стороны, рассматривая мои синяки и ссадины на лице.
— Откуда кровь? — его взгляд снова впивается прямо в глаза.
— В сорока километрах от этого города, я всадила в Князева нож и сбежала, чтобы забрать Льва…
Котов замирает удивлённо моргая и всматриваясь в мои глаза, переваривая услышанное…
— Тогда у тебя большие неприятности девочка, — не весело заключает он, отпуская меня. — Мне только вчера передали, что ты обрывала телефоны моего офиса, разыскивая меня… Признаться я был очень удивлён, учитывая, что ты столько времени скрывалась от меня… Теперь многое становится на свои места…
— Андрей Михайлович, — нахожу в себе силы начать. — Я виновата очень перед Вами… Я… Я не знаю, каких слов мне подобрать, чтобы объясниться с Вами… Просто знайте, что я искренне сожалею о содеянном… Но мне стоит быть до конца честной: если бы для сохранения жизни моей сестры, обстоятельства вновь вынудили бы меня выбирать — я выбрала бы тот же путь… Выбрала бы её…
Котов стоит напротив меня и молча разглядывает, потом отходит в дальний конец комнаты и прикурив сигарету, усаживается на кресло.
— Здесь всё то, что ребятам удалось нарыть, это та самая флешка, которую должен был передать Вашему человеку Макс Бесявый, — вытаскиваю из кармашка флешку. — Андрей Михайлович, я понимаю, что не в праве просить Вас о чём-либо, но чтобы её достать, после смерти Владимира Ивановича, мы все очень сильно рисковали…