Дворянство. Том III (СИ)

Да, дикие. Да, мёртвые. Да, изувеченные.
Мария, как я заметил, держалась молодцом, хотя как по мне она вообще не вписывалась в нашу скромную компашку. Уж больно благородной она была. А с такими… опасно иметь дело.
Суть магов — красоваться. Она, определённо это умеет, а в бою такое непростительно.
— Они что, — первым заговорил я, цепляясь глазами за «порезы» на телах, — дрались между собой?
Вместо ответа Виктория пожала плечами.
— Ну, сами посмотрите, — продолжил я, показывая пальцем на несколько фотографий. — У двоих глубокие порезы и рваные раны. Словно от когтей и зубов, а вот здесь, — я достал ещё одну картинку, — дикий, который при жизни был мутантом. Посмотрите на его когти, на что похожи?
— След его когтей, — согласился со мной Павел. — Я бы сказал, очевидные следы.
— Именно! А вот здесь…
Маги, в том числе и Светлана, смотрели на меня с лёгким изумлением. И я не мог этого не заметить. Они вполне слушали меня, стараясь не перебивать, в то время как я показывал… на очевидные вещи. Укусы, следы зубов, следы когтей, шипов и прочего.
Более того, все эти многочисленные травмы подвели меня к очень интересному выводу.
Они дрались между собой! Хоть рой диких и состоял из… так скажем, представителей разного типа носителей, так они ещё были «заражены» в разное время. Уж явно… они не хранились в одном месте, и не заразились одновременно.
Ведь одни пропали пару месяцев назад в одной точке нашей области, а другие вообще из другого региона.
Попахивало чем-то чертовски странным. И, разумеется, загадочным.
Особенно, когда она заявила, что тело последнего до сих пор не увезли. Оно лежит в погребе, дожидается нашего осмотра. Вдруг мы свежим взглядом увидим что-то, что ускользнуло от других. Собственно, сейчас я как раз это и делал просто по причине того, что только недавно появился в мире носителей симбионтов и многие вещи просто не успели для меня стать привычными или незначительными.
— И? — удивился я. — Почему его не забрали?
— Потому что я его обнаружила, — недовольно ответила Светлана. — Случайно. Как и сам погреб.
В данный момент никто не собирался, да и не планировал спускаться в погреб. Но тем не менее нам нужно было добить последние факты и уже после них… начать исследовать мерзость. Я заметил очень странную в себе вещь. Вот что-что, смотреть на их фотографии я готов, а вновь встречаться…
Неужели история с Вадимом оставила настолько сильный отпечаток?
Виктория миролюбиво наблюдала за тем, как я проявляю свои навыки, до момента, пока ей не позвонили.
— Слушаю, — она взяла телефон, и мы замолкли. — Ага. Приняла.
Посмотрев на каждого из нас, она сообщила нам не самые приятные новости.
— Было найдено ещё четыре тела. Правда, за рамками юрисдикции нашей гильдии.
Мы уставились на наёмницу с несколько непонимающим взглядом.
— Ярослав, тебе придётся вызвать себе такси и ехать в одиночку. Я не могу взять туда с собой мутанта, вроде тебя.
— И куда ты собираешься? — немного не понимая её, спросил я. — Ты… же тоже мутант!
— Я представитель нашей гильдии, в данный момент, — ответила она. — Светлана — маг, поэтому её пустят на территорию, тебя, увы, нет. Даже на меня косо будут смотреть.
Она коротко объяснила причину, по которой я не могу пойти вместе с ними.
Территория, на которую они собирались, принадлежала одному очень важному роду, с которым лучше не ссориться. Магов, конечно же. Тела диких были обнаружены в бочках из-под огурцов на вилле одного из важных представителей Дворянства в нашем городе, и мутантов он на свою территорию не пустит. Имеет на это полное право, как оказалось.
Мне же ничего не осталось, как проводить эту скромную компанию до автомобиля Виктории. А сам же… стоя под проливным дождём, мысленно про себя негодовал.
Ну разве нельзя было собраться в другом месте? Почему именно я должен осматривать дикого?
  
Глава 16
 
Мерзопакостное чувство, которое я испытал, спустившись в подвал, было не описать словами. Зато Кактус, который встретил меня дома в благодушном настроении, наоборот, не издевался, а даже поддержал! Зараза такая!
 
— Я когда случайно наткнулся на уже порядочно давно умершего дикого, тоже… еле-еле сдержал рвотные позывы, — недовольно виляя от воспоминаний хвостом, говорил кот. — Правда, я тогда мутантом был, с очень слабым желудком. Но потом, поверь, привыкаешь.
А нет, всё же пытается издеваться.
— Что необычное смог найти на теле? — спросил Кактус. — Ты же не просто так задержался на ферме после ухода остальных, верно?
— Верно, — сухо ответил я. — Я не смог его перевернуть, но заметил весьма интересную деталь на затылке.
Кот внимательно посмотрел мне в глаза и потребовал продолжения. А я же, чуть растворяясь в воспоминаниях, постарался сдержать очередной «позыв». Уж слишком мне это было всё тошно: что полуразложившийся дикий, что сама ситуация.
— Метка. На его затылке, в костной части была вырезана метка. Явно ещё сделанная при жизни.
— Ты сфотографировал или так опишешь? — оживился кот. — Давай, Ярослав, не тяни!
Я медленно потянулся за телефоном в кармане. Словно пытался оттянуть момент, где мне вновь придётся увидеть всю эту мерзость. Однако кот так и мечтал поскорее посмотреть на диковинку, которая ему, возможно, ещё не попадалась — всё равно такое нечасто видишь.
А увиденное им и вправду оказалось диковинкой. Более того, он дал мне весьма любопытную подсказку.
— Такое я уже видел, — честно признался он. — Рисунок квадрата и тройки внутри. Знаешь, что это такое?
Судя по моему бледному лицу, которое выражало лишь отвращение, он понял, что я ничего не понял и вообще старался туда не смотреть.
— Слышал о такой вещице, как бои собак… а?
Конечно, о подобных поединках я слышал и не один раз. Да и видел в фильмах. Так что я просто кивнул в ответ.
Только вот то, что он мне рассказал, вдаваясь в детали, мне очень не понравилось.
Весьма давно у некоторых «славных» дворян было в некотором роде подвальное казино. Оно представляло собой запрещённые, с одной точки зрения, игры. Точнее, не столько игры, сколько ставки.
Любая карточная игра имеет лишь одну ставку: еду. Будь то Ихор или артефакт.
— Среди дворянства есть коллекционеры. Ими, как правило, становятся одни из богатейших носителей, которым уже всё остальное наскучило, — кот потянулся на полу, будто мы разговаривали о каких-то мелочах и продолжил: — Для них, причудливый артефакт или выигранная вещица — дороже золота, потому что этим можно хвастаться среди подобных себе, особенно когда вещь уникальная.
— Типичные игроки, — кивнул я. — И что, как к таким относят блюстители Кодекса?
— Ярослав, — Кактус смотрел на меня, не моргая. — Ты меня порой поражаешь. Или ты думаешь, что носители симбионтов — это всё, приговор? Не могут жить как обычные люди и развлекаться как хотят?
— Да я как-то… — замялся я. — Последнее время вообще думаю, что мы теперь два разных вида и носителей симбионтов нельзя называть людьми в полной мере.
— А, вот оно что, — захохотал кот. — Ты бы это, Ярослав… в люди бы вышел, что ли. А то только две вещи делаешь, с лекарем любовную линию выстраиваешь, и тренируешься… развеялся бы, хотя бы чуть-чуть. Банальные вещи перестаёшь понимать.
Я с сомнением хмыкнул, но ничего в ответ не сказал. Тем временем Кактус продолжил мне разъяснять про одну особенность любого мира. Точнее, про ответвление.
Теневой мир.
Носители симбионтов повторяют жизнь людей точь-в-точь, только я об этом никогда и не думал.
У носителей также есть чёрный рынок, подпольные казино, запрещённая продукция и многое-многое другое. В общем, всё то же, что существует и для обычных людей, а иногда эти предприятия и направления совмещаются в причудливых формах. А я, в связи со своим умением попадать не в самые приятные ситуации, как раз таки напал на след этого теневого бизнеса.