Просто так вышло

– Мне кажется, мы попали в царство небесное. Тщательно взбитые миксером, под нами проплывают облака-безе.
– Смотри, какая красота, – тихо произнес Женя, наклонившись ко мне близко-близко. У меня перехватило дыхание. Боже, как хочется прикоснуться к нему, обнять его.
– Да… Действительно невероятно красиво. Небо плывет под нами.
– Обожаю летать на самолете. Иногда мне кажется, что я на экскурсии в Раю, – добавил Женя. Я, наконец, повернулась к нему и заглянула в глаза.
Как быстро пролетели эти пять дней. Словно их и вовсе не было. Этот отдых стал лучшим моментом моей жизни. И все благодаря ему. Если бы мы попали в худшее место на Земле, ничего бы не изменилось. Для меня все было бы так же прекрасно. Когда рядом любимый человек – все преображается.
Сколько новых впечатлений, тепла подарили мне эти пять дней, проведенные вместе. Его губы так красивы. Они гипнотизируют меня, я мечтаю почувствовать их тепло, нежность. Еще пару недель назад он будто стеснялся моих взглядов, отводил глаза. Сейчас же все наоборот. Женя продолжает смотреть на меня. Пройдет еще мгновение, и я отвернусь, ведь с каждой секундой мне все труднее сдерживаться, чтобы не поцеловать его.
Сколько мыслей в его голове. Он уже влюблен в меня, правда боится себе в этом признаться. Чувства волной накрывают его, когда мы смотрим друг на друга. Он почти готов им отдаться, но останавливают и мучают предрассудки о том, что я еще совсем ребенок. Как больно слышать эти мысли. Почему этот барьер, под названием «годы» играет такую важную роль в человеческих судьбах? Почему? Так горько от этого. Несправедливые правила жизни. Они убивают счастье.
– У тебя очень красивые губы, – сказала я, и отвела взгляд.
– Правда? – улыбаясь, спросил Женя. Я всегда чувствую, когда он улыбается. Сразу меняется интонация. – Мне об этом никто не говорил.
– Странно… Твои губы и вправду красивы. Зачем же об этом молчать. Искренние комплименты нужно говорить.
– Спасибо, маленькая, мне очень приятно. Никак не могу понять, что творится в твоей голове.
– Это ведь прекрасно. Так интересней жить.
– Да, пожалуй. На самом деле люди очень предсказуемы. Эмоциями можно манипулировать, поступки предвидеть и читать мысли. С тобой все иначе. Весь отдых мы проговорили, а я не разу не заскучал.
– Я знаю…
– Ты очаровательна, – смеясь, продолжил он. – А откуда ты знаешь?
– Просто у меня такие же ощущения, как и у тебя. Мы с тобой родственные души, которые могли бы разговаривать вечно.
– Я знаю…
– Что ты знаешь?
– Что тебе нравится со мной общаться… Потому что тебе нравлюсь я.
– Нет…
– Что «нет»?
– Ты мне не нравишься.
– Неужели?
– Да…
– А я почему-то уверен, что нравлюсь. Твои глаза говорят об этом.
– Ты ошибаешься.
– Почему ты отрицаешь правду?
– Если бы ты мне просто нравился, я бы вела себя совершенно иначе.
– А ну-ка, давай поподробней?
– То, что я чувствую, определенно больше, чем простая симпатия, – шутливо ответила я и вновь обернулась к нему. Глаза Жени были широко открыты. Он смотрел с изумлением.
– Насколько больше? – спросил он, улыбаясь одними уголками губ.
– Намного, – загадочно продолжила я.
– Мне бы хотелось знать подробности.
– Ты хочешь это услышать?
– Да…
– Я люблю тебя, – медленно и очень тихо произнесла я и выдохнула. На душе стало легко-легко. Его сердце бешено колотилось, эти удары были слышны сквозь мысли, которые быстрым ветром метались в голове. Он растерялся. Странно, ведь мое признание было очевидным. Женя хотел, чтобы я сказала вслух о своих чувствах, но потом сделал вид, будто и не догадывался. Логики в этом не было.
– Ты любишь меня?
– Ты ведь слышал. Зачем переспрашиваешь?
– Это не есть хорошо.
– И почему же? – немного раздраженно ответила я, и вновь отвернулась к иллюминатору, сосредоточив взгляд на облаках.
– Потому что я не могу ответить тебе взаимностью. Ты – юная девочка, очень хорошая, мне с тобой приятно общаться, но не более. Я взрослый мужчина, а ты школьница. Я боюсь разбить твое сердце.
 
– Слишком много лишних фраз и мыслей. Перестань думать о возрасте, обстоятельствах и о правилах. Просто следуй велению своего сердца. Нам хорошо вдвоем, зачем же все усложнять? – Я вновь обернулась и посмотрела ему в глаза. – Загляни в свои мысли, душу, сердце и дай ответ? Ты уверен, что никогда не сможешь сказать мне со всей искренностью: «Я люблю тебя»?
– Нет, не уверен, – прошептал он. – Глупый разговор. Пойми, ты еще слишком маленькая, чтобы говорить о любви. Ты не можешь знать, что это такое. У тебя переходный возраст.
– Вы что, сговорились. При чем тут переходный возраст? – его слова разозлили меня. – Ты хочешь сказать, что лучше меня знаешь, что такое любовь? – раздраженно спросила я, заглядывая ему в глаза. – Хочешь сказать, что за все годы своей жизни ты научился различать где любовь, а где подделка?
– Да, – ответил он с неуверенностью в глазах и твердостью в голосе. – Я однажды любил.
– И что же случилось с этой любовью?
– Ничего. Это было давно. Ее звали Даша.
– Что? – вырвалось из груди, сердце сжалось от возмущения и боли. – Ты хочешь сказать, что это была любовь?
– Да… Это была любовь.
– Во-первых, это неправда и ты сам это знаешь. А во-вторых, скажи, сколько тебе тогда было лет? Я отвечу. Столько же, сколько и мне сейчас. Ты противоречишь собственным аргументам.
– Хватит. Давай прекратим этот нелепый разговор. Все так прекрасно начиналось.
– Прости, что сказала правду. Это больше не повторится. Слова о любви делают тебя глупцом и трусом, – я отвернулась от Жени. Больше мы не разговаривали.
Самолет пошел на посадку. Я пристегнула свой ремень безопасности, прижалась спиной к сидению и закрыла глаза. Голова очень болела и хотелось плакать. Я жалела о своих словах, жалела о своем признании. Женя сидит рядом, и я слышу его дыхание. Я допустила ошибку. Он был не готов услышать это признание. Мной овладела непреодолимая тоска. Через мгновение мы опять расстанемся. Как дальше сложится жизнь? Когда я увижу его снова, ведь он улетает на два года. Почему все так несправедливо. Почему?
Я чувствую, как он смотрит на меня, слышу, как он вздыхает и не может начать разговор примирения. Да и у меня нет желания произносить ни звука. Мне кажется, с первым же словом из моих глаз польются реки слез. Белоснежные облака исчезли. Я вижу землю. Она все ближе. Эта земля разлучит нас.
Самолет приземлился. Мама и папа пошли к выходу. Я последовала за ними. Женя шел позади. Неужели все так и закончится? Господи, как же я глупа и импульсивна. Почему, почему все складывается именно так? Я не выдержала и обернулась. Мы встретились взглядами. На его лице застыла печаль. О Боже, как сильно я люблю его!
– Ангелина… Постой. Давай я помогу тебе, – выхватив у меня из рук единственную сумку, сказал папа, когда мы зашли в помещение аэропорта.
– У тебя самого тяжелый чемодан, – прозвучало сзади. Это был Женя. – Я помогу ей. Мне не сложно.
– Спасибо, – с горькой улыбкой произнесла я и отвела взгляд.
– Папа только улыбнулся и направился вперед за мамой.
– Мы шли молча. Полет утомил всех пассажиров, и, наверное, каждый мечтал оказаться дома. Только не я. Мне хотелось продлить время, пока он рядом. Иногда я смотрела на Женю и пыталась запомнить каждое мгновение.
Когда подъехали три такси, наша компания начала прощаться. Я была растеряна и грустна, не могла произнести ни слова. Катя благодарила всех за компанию и за прекрасный отдых. Мама с папой, обнявшись, поддерживали беседу. Женя что-то поддакивал.
– Ну что друзья, будем разъезжаться? – сказал мой отец, укладывая чемоданы в багажник.
– Да, уже пора домой. Завтра всем на работу. Отдых окончен, начинаются суровые будни.
– Папа взял сумку из моих рук и положил ее в салон. Сначала ко мне подошли Катя с Игорем, мы крепко обнялись.